Глава 8. Политика

В один из дней Виктору пришло оповещение от сигнальной системы, что через восточные ворота в город въехал ведьмак. И это точно был не Геральт — сигнатура не совпадала. Правда, других ведьмаков он и не знал, но теперь у него возник повод познакомиться. А то как-то не с руки ему было лично заниматься всякими тварями. Да и знаний о существах у него практически не было. А это было чревато. Напорется так на неизвестную зверушку с коварными способностями — и пиши пропало.

Отследить ведьмака труда не составило, благо весь город уже был в сети наблюдения. Во многом благодаря этому в Цинтре с недавних пор отсутствовала организованная преступность: стража просто уничтожила все притоны и разбойничьи предприятия. В ходе облавы переловили вообще всех, не упустив даже мелких сошек. Ну и перебили тех, кто пытался оказывать сопротивление.

Правда, для такой результативности пришлось привлекать даже королевскую стражу на ответственных направлениях и двух чародеев — его и Цири. Но теперь Цинтра официально могла называться самым безопасным городом Континента. Максимум, что грозило гостю города — случайно забредший карманник, не успевший еще узнать местные порядки.

Но королева милостиво позволяла таким индивидам осознать все прелести жизни в её землях. Хоть и сперва на широко развернувшихся стройках новых производств, где всегда не хватало рабочих рук. А если преступник оказывался не достигшим взрослого возраста, его отправляли питаться за королевский счет и постигать грамоту в специальное заведение.

Занимательно, что изредка в эти заведения сбегали даже дети, у которых вроде бы были родственники. Виктор лично общался с девчушкой тринадцати лет, которая сбежала в интернат к друзьям. До этого она жила у дальних родственников матери в сельской местности. Но пришла в город, решив, что в нём интереснее, да и обращаться с ней будут лучше. А волшебник резко ухудшил свое мнение об одной известной ему придворной даме.

Зайдя в не слишком дорогой кабак, Виктор сразу направился к нужному ему столику.

— Не возражаешь, если я присяду? — обратился он к сидящему за столом мужчине с короткой бородой и собранными в пучок на затылке тёмными волосами.

— Если только не боишься заразиться моим невезением, — буркнул ведьмак.

— Нет, этого я не боюсь, — весело ответил волшебник, присаживаясь. — Меня зовут Виктор Вега.

— Кольгрим, — представился мужчина. — Мне надо понимать, что ты подошел ко мне не просто поболтать?

— Всё верно, — кивнул Виктор, подзывая официантку. — У меня есть деловое предложение, по твоему профилю.

— Здравствуйте, хотите сделать заказ? — подскочила к ним бойкая девушка. — У нас сегодня особенное предложение: сельдь по княжескому рецепту, такой вы больше нигде не попробуете! К ней хорошо подходит новый сорт эля из пивоварни Йохана Краузе.

— Вот ты и сделала за нас заказ, — Виктор улыбнулся официантке, отчего та зарделась. — Две порции и по кружке нового эля.

Он делал этот заказ, вполне уверенный в результате, ведь рецепт что эля, что селедки был из того списка, что ему составляли Бессмертные. Немного измененные в местных реалиях, но без потери уникальности вкуса.

— А если бы я не любил рыбу? — почесав на правой щеке идущий вдоль линии бороды шрам, поинтересовался ведьмак. Про эль он комментировать не стал.

— То я бы съел две порции, — пожал плечами Виктор. — Я некоторым образом участвую в производстве этих блюд, так что уверен в результате.

— А что по поводу основной причины нашего общения? — Кольгрим перешел сразу к делу.

— Ты, может, еще не знаешь, но в нашем королевстве решили несколько упорядочить работу различных деятелей. Ведьмаки подпадают под это решение.

— Понятно, — мрачно вздохнул мужчина, очевидно решивший, что ничем хорошим для него это не обернется.

— Не думаю, что понятно, — усмехнулся волшебник. — Королева решила, что работа ведьмаков напрямую с крестьянами порождает ненужные конфликты. Споры о наградах, недоверие и прочие обиды. Но всё это легко решить, если установить четкую оплату за работу.

— Они все равно постараются съюлить и не выплатить полную цену, — похоже, что на основе своего обширного опыта сообщил ведьмак. — То убил не так, то маловата тварь за такие деньги. А уж про проклятия и говорить нечего — там вообще невозможно угодить.

— И именно поэтому платить за работу будет представитель королевы, а не деревенский староста или кто еще. Убил чудовище, принес доказательства — получи награду по четкой ставке. Развеял проклятие — оплата в зависимости от сложности и опасности, также по четким ценам. Разве не удобнее так работать?

— А кто будет устанавливать цены? — задал естественный вопрос Кольгрим. — Не думаю, что власти расщедрятся на высокую награду.

— А вот для этого я к тебе и подсел, — расплылся в улыбке Виктор.

В это время официантка принесла им две тарелки с рыбой, две кружки с элем и две маленькие плошки с соусом. Пожелав гостям приятного аппетита, она улыбнулась замаскированному иллюзиями волшебнику и упорхнула.

— Я предлагаю тебе поучаствовать в создании нового закона о борьбе с проклятиями и чудовищами. Ты поможешь установить справедливые расценки на работу, выполняемую ведьмаками, за что тебе будет отдельно заплачено как за консультационные услуги.

— И я смогу устанавливать любую цену? — недоверчиво спросил мужчина, пробуя селедку. Судя по его приподнявшимся бровям, вкус его приятно удивил.

— Конечно же нет! — поспешил разочаровать его Виктор. — Цены будут основываться на том, что ты сочтешь справедливым.

— И как вы решите, что я считаю справедливым?

— Я умею распознавать, когда мне лгут, — развел руками волшебник. — Так что просто буду спрашивать.

— То-то мой амулет дрожит с тех пор, как ты подошел, — проворчал Кольгрим. — И сколько мне заплатят за эту консультацию?

— А вот тут все зависит от объема работы, — мысленно торжествуя, Виктор закинул в рот кусок нежнейшей рыбы с травами.

***

Очередной вечер Виктор, Цири и Кольгрим корпели над выросшим в целый документ законом «О деятельности борцов с чудовищами, проклятиями, тёмной магией и прочими злодеяниями сверхъестественного происхождения». Или коротко: законом о ведьмаках. Правда, речь в нём шла далеко не только о профессионалах этого дела.

— Почему за снятие проклятия в два раза больше плата, чем за убийство волколака? — удивился Кольгрим, видимо привыкший, что за это всегда платят одинаково.

— Потому что с точки зрения королевства, — объясняла увлекшаяся этим направлением Цири, — ты не только избавляешься от чудовища, но ещё и спасаешь подданого королевы. Плюс это сложнее, чем просто голову срубить, так что бонус за сложность.

— Впервые вижу, чтобы королям было не плевать на жизнь кмета, которого они даже не знают, — горько усмехнулся ведьмак.

— Если тебя это утешит, то считай, что это голый прагматизм: каждый подданый платит налоги, — сказал ему Виктор. — Чем больше людей и чем дольше они работают, тем больше налогов.

— Хм, с такой точки зрения моя картина мира в порядке.

Через некоторое время вопрос возник уже у Цири:

— Вендиго? Это людоеды такие? — похоже, она припомнила аналогичное слово из прошлого мира.

— Вы их знаете? — удивился Кольгрим. — Это ведь очень редкие существа. Да и я не заметил в королевстве проблем с пищей, а это проклятые каннибалы.

— Нет, не встречала, — княжна мотнула головой. — Просто слышала. Жуткие твари.

— Честно говоря, я их и сам не встречал, — признался ведьмак. — Хотя думал, что по невезению я чемпион.

— А мне вот интересно, — задался неожиданной мыслью Виктор, — если перебить чудовищ на определённой территории, то останется только не пускать туда пришлых?

— Ну и убивать изредка возникающих проклятых, — подтвердил Кольгрим. — Со всем остальным и обычная стража справится. Главное не давать разрастись проблеме.

— А есть чудовища, которых ведьмаки принципиально не убивают? — спросила Цири.

— Зависит от школы и каждого конкретного ведьмака, — пожал плечами мужчина. — Коты вон вообще больше людей убивают, чем чудовищ.

— А у тебя есть такие запреты?

— Я стараюсь не убивать тех существ, которые не опасны для людей. Но точного списка не имею.

— Тогда учти, что троллей у нас в королевстве не убивают, — весело сообщила ему княжна.

— Почему?

— А они мирные, — ответил за девушку волшебник. — Еды, как ты заметил, у крестьян в достатке, так что они охотно ею делятся. И тролли в обмен помогают в меру своих сил: пень выкорчевать, телегу из грязи вытащить и всякое такое.

Кольгрим замолк на минуту, о чем-то размышляя, после чего произнес:

— Разумный подход. А это только троллей касается?

— Пока только с ними удалось договориться, — Виктор развел руками. — А что, есть еще кто-то на примете, с кем можно заключать подобные сделки?

— Великаны тоже разумны, — задумчиво сообщил ведьмак. — Хоть и куда более агрессивны. Ну и в порядке фантазии: высшие вампиры. По разумности ничуть не уступают человеку, могут жить без крови, но бойцы непревзойденные.

— Только вот как и где их искать, — высказалась Цири, со значением посмотрев на волшебника.

— Тут уж я не подскажу. Если высший вампир не захочет, чтобы его обнаружили, и не будет совершать ошибок — его почти невозможно изобличить.

— Но они вроде бы не отбрасывают тени и не отражаются в зеркалах, — очевидно, припомнила княжна.

— А одежда их тоже не отражается и не отбрасывает тень? — усмехнулся волшебник. — Даже стекло отражается и отбрасывает.

— Магия? — не желая сдаваться, предположила Цири. — Ты ведь, когда становишься невидимым, тоже не отбрасываешь тень. Как и твоя одежда и предметы в руках.

Кольгрим бросил на них удивленный взгляд, но ничего не сказал, вернувшись к описанию очередного чудовища.

— Ладно, пока не наткнемся на следы деятельности этих самых вампиров, что-либо предпринимать бесполезно, — подвел итог размышлений Виктор, после чего обратился к ведьмаку: — А как вообще у нас по сравнению с другими землями дела обстоят? Больше чудовищ или меньше?

Тот не стал торопиться отвечать, задумавшись. Однако это продолжалось недолго, и он уверенно ответил:

— Я бы сказал, что хорошо. Не знаю, как с морскими тварями, но на земле всё достаточно спокойно. Наверное, патрули стражи помогают, но я за время, пока двигался от парома из Бругге, не заметил следов ни трупоедов, ни утопцев.

— Думаю, что от тракта их и Виктор мог распугать, — выдала логичное предположение княжна.

— У вас местность не располагает к обилию монстров, — заметил ведьмак. — Много открытых пространств, никаких болот и даже лесов не особо много. Надо еще посмотреть, что в предгорьях и Эрленвальде творится, но на севере королевства всё очень благообразно выглядит. Даже лучше, чем в Нильфгарде.

— А у чёрных нет проблем с чудовищами? — с легким недовольством в голосе спросила Цири. Похоже, её злила сама мысль о том, что у врага что-то может быть хорошо.

— Всё зависит от провинции, — спокойно ответил Кольгрим. — Чем ближе к центру, тем безопаснее. А вот в недавно завоёванных землях дела обстоят гораздо хуже. В назаирский Ассенгард, где Империя устроила настоящую бойню, я бы и за телегу золота не полез. Там всё кишит трупоедами, призраками и чёрт знает чем. Руины на километры вокруг распространяют запах смерти…

После этих слов присутствующие погрузились в мрачное молчание, должно быть, представляя подобное на месте сверкающей и благоухающей Цинтры.

— Хрен им, а не с Цинтрой подобное сотворить! — пообещала нахмурившаяся княжна. — Скорее они все сгорят в «Адском пламени»!

***

В очередной раз Виктор посетил Брокилон в конце февраля. Он старался не слишком часто беспокоить дриад, но ничего не мог с собой поделать: он нервничал. Все же должен был родиться его первый ребенок в этой жизни. Причем ребенок, на которого он не рассчитывал.

Иногда волшебник даже подумывал, что согласился на эту сделку только из-за неслабо так приложившего его мощнейшего Оживления. Он тогда вообще плоховато соображал. Хоть по прошествии месяцев и ни о чем не жалел. Какая разница, почему пришла новая жизнь в этот мир? Теперь лучше думать о том, чтобы она была счастливой.

Вот только в этот раз проблемы начались сразу, как он прибыл. Стараясь быть вежливым, он всегда аппарировал снаружи поселения дриад и заходил уже ножками. Но в этот раз его ждали.

— Тебе тут нечего делать, крылатый, — объявила знакомая ему дриада, которая по красоте вполне могла соперничать со своей повелительницей. — Госпожа Эитнэ сказала, что тебе закрыт вход в Дуэн Канэлл.

— Сирисса, какого черта? — возмутился волшебник, с которым девушка обычно была весьма мила. — Там вообще-то скоро мой ребенок должен родиться!

— Она дочь госпожи, а не твоя, — твердо произнесла дриада.

— Эмм, а я вот четко помню, что участвовал в её создании!

— И мы благодарны тебе за это, — поклонилась Сирисса. — Но сейчас не время беспокоить их.

— Я вообще-то очень хорош в целительной магии, — Виктор попробовал зайти с другой стороны. Такая встреча была для него совершенно неожиданна.

— За госпожой наблюдает Аглайиса, — нервно усмехнулась дриада. Она явно опасалась, что мужчина попробует проникнуть в поселение силой. А они уже знали, что в таком случае его только Эитнэ и сможет остановить. — Надеюсь, ты не будешь утверждать, что она недостаточно хороша для этого?

Тут ему было нечем крыть, глава брокилонских целительниц свое дело знала крепко. Так что оставалось только два варианта: отступить или применять силу, чего совершенно не хотелось делать.

— Когда мне можно будет увидеть мою дочь? — Виктор четко выделил интонацией последние два слова.

— Это нежелательно до трёх лет, — Сирисса даже еле заметно сжалась, произнося это. Видимо, опасалась вспышки гнева у человека, хотя он никогда не позволял себе ничего подобного. — Малышке надо соединиться с Лесом, тогда ей будут не страшны болезни, принесенные извне.

— Ахренеть, — пробормотал волшебник. Такое развитие событий совершенно выбило его из колеи. Достав из сумки две коробочки, он протянул их дриаде: — Передай их Эитнэ, там подарки им двоим.

Дриада с растерянным видом взяла коробочки, сочувственно посмотрела на человека и произнесла:

— Прости, что так вышло, но так должно быть…

— Я всё понимаю, — грустно улыбнулся Виктор. — И я еще вернусь.

— Не сомневаюсь, — ответила с улыбкой дриада.

***

Виктор стремительно вошел в кабинет королевы, где его уже ждали. В этот раз в совещании участвовали привычным малым форматом, возможно, последний раз до начала активных действий.

— Дело сделано, ваше величество, — легко поклонился он королеве, пока стражник закрывал дверь.

— Как все прошло? — спросила Калантэ, жестом указывая на стоящее перед её столом кресло.

— Я навел на них банду назаирских разбойников, — усмехнулся волшебник, присаживаясь. — Но они думают, что сами их нашли. К тому времени, как работники ножа и топора напали, я уже вытащил всю информацию из нильфгаардца. — Он нагнулся и положил на стол внушительную стопку конвертов. — Тут все донесения от нильфгаардской ячейки в Цинтре. Судя по тому, что я нашел в его голове, ничего интересного они не накопали. Хотя то, что мы часто общаемся вчетвером, отследили. Пытались подкупить стражу, но никто не поддался.

— Имена отказавшихся знаешь? — с довольным видом спросила королева. Получив подтверждающий кивок, она продолжила: — Надо будет их наградить за верность и наказать за то, что не доложили.

Все присутствующие понимающе улыбнулись, догадываясь, что награда будет все же существеннее наказания.

— Значит, за эту неделю надо будет схватить всех оставшихся шпионов, — перебирая письма, заявила Калантэ. — Начинайте с низов и поднимайтесь наверх. Семейку Аттре оставьте напоследок. Посмотрим, что они будут делать, когда поймут, что мы накрыли всю их сеть.

— Я могу взять всех их за одну ночь, — сообщил Виктор.

— Даже так? — не особо то и удивилась королева, задумчиво разглядывая волшебника. — Тогда хватай всех, кроме Аттре. Князь Виндхальм точно не замешан в этих делах?

— Уверен, что он даже не догадывался. Слишком честный и принципиальный. Может, поэтому его даже и не стали вовлекать.

— Мда, а вот семейка у него оказалась та еще… — вздохнула Калантэ, явно разочарованная некоторыми своими поддаными. — Ладно, тогда прилюдно разоблачим их и посмотрим на его реакцию. Что по другим разведкам?

От разведки наших северных заклятых друзей из Ковира остались рожки да ножки. Слишком уж активно лезли на новые предприятия и намёков не понимали. Зря людей только сгубили. Остальные оказались куда более понятливы, так что ограничилось восемью трупами в сумме на всех.

— Больше не лезут?

— Нет, спокойно ждут, чем мы с ними поделимся, и выдают начальству за впечатляющие успехи.

— Прекрасно! — королева положила на стол привыкшие как к перу, так и к мечу руки и оглядела присутствующих. — Вот мы и выходим на завершающий этап. Лишившись своих агентов, Нильфгаард задергается, но уже поздно. Теперь мы будем готовиться куда более открыто.

— Может, нам всё же накрыть и остальные разведки? — предложил Эйст. — Кто его знает, куда их начальство пересылает отчеты?

— Виктор?

— Никаких проблем, сделаю.

— Только если с нильфами, за исключением дворян, можешь действовать как тебе угодно, то с северными шпионами будь всё же понежнее, — со зловещей усмешкой сказала Калантэ. — Пускай излишне не напрягаются. Нам вполне достаточно того, что они полные штаны навалят, когда мы всех их разом возьмем.

— Всё понял, — кивнул волшебник. — Ни одного перышка у них не вырву.

— Отлично, тогда обсудим дела армейские. Эйст, как дела с наёмниками?

— Все, кого мы смогли достать, будут собраны уже в конце июня, так что сможем начать их слаживание.

— Возмущаться не будут? — уточнила королева, не слишком доверявшая наёмникам.

— Виктор им достаточно платит, так что пускай засунут своё возмущение поглубже, — высказал здравое предложение конунг Скеллиге. — Наши ребята прибудут в начале июля, так что тоже поучаствуют.

— Ясно, значит, урожай с полей кметы убрать успеют, — покивала своим мыслям Калантэ, в очередной раз бросая взгляд на составленную волшебником топографическую карту долины Марнадаль. — Как дела с троллями и големами?

— Кирасы для троллей готовы, — отчиталась Цири. — Пришлось помучиться с креплением, но изловчились. Ремни замаскировали, так что в глаза бросаться не будут.

— Количество големов доведено до восьмидесяти двух штук, — доложил Виктор со своего фронта работ. — Если напрячься, могу еще парочку успеть создать…

— Не надо, — отмахнулась королева. — Ничего они не решат, только отвлекаться будешь от более важных задач. Лучше займись назаирскими ребятами, чтобы, если кто и вырвется из наших крепких объятий, дальше Йелены не прошли.

— Вас понял, займусь.

— Но сперва шпионы, — напомнила Калантэ. — Бери столько стражи, сколько понадобится, но чтобы никто не ушел. Не терпится посмотреть на это представление.

*** Йеннифэр ***

Приглашение на большой прием застало чародейку врасплох. Она всего неделю как вернулась в Цинтру, помаленьку перебираясь в неё окончательно, но пока живя на два дома. Хотя стоило признать, что Шани была права: после Цинтры что Венгерберг, что любой другой город Севера вызывали легкое раздражение. Всё ощущалось как-то не так, неуютно.

В главном зале королевского замка Йеннифэр первым делом отыскала Литту, дабы разузнать, в честь чего все тут собираются. Правда, ответ подруги разочаровал:

— Честно говоря, я и сама не знаю. Заметила только, что королевская стража сегодня вся в мыле. Но думаю, что нам скоро всё объяснят.

— Её королевское величество, королева Калантэ Фиона Рианнон! — провозгласил герольд.

В зал через боковой вход вошла королева в полном доспехе, с мечом на поясе. Не хватало только шлема, но его заменяла достаточно скромная корона в виде золотого обруча с лепестками. Сев на трон, она дала отмашку герольду, и тот крикнул:

— Ввести арестованных!

По толпе собравшихся пронеслись полные изумления шепотки. Всё происходящее с самого начала выглядело уж очень необычно, но теперь напоминало начало войны.

Основные двери в зал распахнулись, и первым вошел могучий чародей в чёрной переливающейся золотыми искорками броне. Следом за ним, скованные по рукам и ногам, тащились люди, которых некоторые видели чуть ли не каждый день. Среди них были слуги, лавочники, один трактирщик и даже держательница борделя. Удивляло, что следов пыток или даже побоев на них не было видно, однако на идущую впереди фигуру они бросали совершенно панические взгляды. При этом совершенно не опасаясь стражников, которые окружали их.

— Похоже, что пока мы спали, у нас тут целую шпионскую сеть накрыли, — весело прошептала Литта на ухо подруге. Вот только та чувствовала, что это еще не всё.

— Ваше величество, — выйдя на центр пустого пространства перед троном, Виктор поклонился королеве. — По вашему приказу шпионы Нильфгаарда схвачены.

— Прекрасно, князь. Но вы никого не упустили? — Калантэ, очевидно, знала ответ на этот вопрос, но играла спектакль. — Все здесь?

— Все в зале, но не все в цепях, — ответил чародей, вызвав новую волну шепотков, куда оживленнее предыдущей. — Мы можем спросить у арестованных, кого среди них не хватает.

— Ну что же, давайте выслушаем.

Виктор крутанул ладонью в воздухе, и шпионов подхватило и стало расставлять в шеренгу перед троном.

— Сообщите её величеству, кто помогал вам среди знати.

Едва невидимая сила отпустила их, закованные в цепи люди бросились обличать:

— Аттре! Раинфарн!

— Ваше величество! — из толпы вышел сам князь Аттре — Виндхальм и упал на одно колено. — Это невозможно! Раинфарн — верный вам рыцарь! Они лгут, пытаясь его оклеветать!

— Встаньте, князь, — властно повелела Калантэ, что тот не замедлил исполнить. — К сожалению, их показания уже проверили, и они верны.

В это время, подчиняясь манящим жестам чародея, через расступающуюся толпу левитировал опутанный веревками рыцарь. Когда он оказался перед королевой, несмотря на всё сопротивление, чужая воля заставила его встать на колени.

— К сожалению, ваш рыцарь и наставник предал вас, — со сталью в голосе сказала Калантэ. — Также он предал меня и Цинтру, согласившись работать на нашего врага. Причем не обычного врага, а врага жестокого и безжалостного. Врага, который хочет не просто захватить наши земли… Нет! Он хочет залить эти земли нашей кровью! Убить любого и каждого, кто окажет сопротивление!

Королева встала с трона и окинула пылающим гневом взором стоящих перед ней в изумлении людей.

— Все мы знаем, что эти звери в человеческом обличии устроили в Ассенгарде! А кто не знает, я вам расскажу! Они перебили всех защитников города, кто сражался. А тех, кто сдался, подвергли пыткам и глумлению! Они убивали их медленно и мучительно!

Собравшиеся в зале будто забыли, как дышать. Йеннифэр сама готова была признаться, что слова королевы захватили её и напугали. Калантэ будто каждым своим словом била в нужное место, вызывая нужные ей чувства.

- Но этого тварям показалось мало, и тогда за дело взялись так называемые «Геммерские миротворцы», любимые псы императора! Они устроили свою любимую забаву — «игру по-геммерски»! Это означает жестокое групповое изнасилование женщин и детей, вне зависимости от пола, на глазах у их еще живой родни!

Зал замер в ужасе от описываемых картин. Львица из Цинтры еще раз окинула его полным ледяной ярости взглядом, выхватила меч и продолжила:

- И я не допущу, чтобы подобное свершилось на нашей земле! Чёрные познают нашу ярость! Они услышат наш рёв! И это будет последнее, что они услышат в своих жалких жизнях! Потому что кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет!

Внезапно напряжение спало, королева вскинула руку с мечом, и весь зал, как по команде, в едином порыве заревел:

— За Цинтру! За королеву Калантэ!

Йеннифэр еле удержалась, чтобы не присоединиться к общему рёву. Бросив взгляд на свою подругу, ответившую ей ошалевшим взором, она поняла, что не одна такая. У неё даже появилась мысль, что на них как-то воздействуют. Хотя, учитывая наследственность Калантэ, вполне возможно, что она сама могла производить такой эффект.

Едва выкрики стали стихать, королева опустила руку с мечом, окончательно их заглушая. Когда восстановилась полная тишина, она продолжила уже спокойным тоном:

— Нильфгаард уже собирает войска для нападения на нас, и мы его встретим как следует. Но дабы избежать утечки информации, мы также арестовали и всех шпионов других стран, — Калантэ усмехнулась и подмигнула послу Редании. — Кроме тех, кто находится здесь, конечно же. Не беспокойтесь, мы не причиним им вреда. Уже к завтрашнему вечеру их в целости и сохранности выдворят за пределы королевства. Имущество сотрудничавших с иностранными разведками, естественно, перейдет в собственность казны. Но казней не будет. Кроме этих вот…

Королева не озвучила, кем она их считает, но по её презрительному выражению лица было понятно, что ничего хорошего она не подразумевала.

— Мы долго терпели игры наших партнёров из северных стран, — объявила Калантэ, отработанным движением возвращая меч в ножны, — однако теперь мы на войне. Поэтому передайте своим друзьям, что до окончания войны любые шпионы любой страны будут считаться вражескими.

Посмотрев на людей, стоящих на коленях, она снова сдержала рвущиеся наружу слова и коротко бросила стражникам: «Повесть эту нечисть!» После чего развернулась на каблуках и покинула зал.

***

После объявления королевой подготовки к войне все механизмы государства начали работать, не скрываясь. Конечно, кроме дел, за которые отвечал Виктор. Те же рунные стрелы должны были оставаться в секрете до самого последнего момента. Правда, даже если бы они попали в руки к врагу, он бы не смог их воспроизвести. Но даже знание об их наличии было бы неприятным событием.

По причине того, что до последнего момента власти Цинтры не выказывали никакого интереса к шпионам иных сил, расплодилось их без всякой меры. Многих сюда отправляли чуть ли не как на курорт. Поднабраться опыта в тепличных условиях, получить выслугу лет и, возможно, даже как-то проявить себя.

Тем проще было их брать. Большую часть шпионов брали настолько легко, что даже не понадобилось участие Виктора и Цири. Они были настолько удивлены, что о них всё знают, что безропотно сдавались обычной страже. Королевскую стражу привлекали только когда надо было захватывать высокородных шпионов северных королевств. Просто чтобы соблюсти некоторую вежливость.

Виктор даже думал, что от такой показной вежливости хозяева этих шпионов вполне могут заработать себе сердечные расстройства. Уж слишком издевательски выглядели их захваты. Слишком явно цинтрийцы показывали: мы всё про вас знаем! Вся информация, которую вы получаете, это то, что мы позволяем вам узнать!

Правда, нашлись агенты и не только от государств. Были агенты от чародейских организаций, и тут брали только рядовых исполнителей. Были агенты нелюдей, которых тоже мирно принимали. Но были и агенты отдельных личностей. А вот с ними Виктору было бы интереснее всего пообщаться. Но пока просто не хватало времени.

Одна группа шпионов особо привлекла внимание волшебника, потому что лезла туда, куда никому лезть нельзя. Если за попытки конкурентов лезть на новые производства Виктор убивал лишь исполнителей, то интерес к его особе и Цири вызывал в нем желание добраться до заказчиков.

Особенно его привлек один персонаж, который руководил ячейкой, интересующейся исключительно княжной Цинтры. А интересным в нём было то, что Виктор не смог сходу проникнуть к нему в разум. Кто-то поставил защиту, которую приходилось медленно и методично вскрывать.

Уже сам факт подобной защиты вызывал интерес. Виктору даже стало любопытно: эта защита поставлена против него, или хозяин просто защищал ценного исполнителя? Ведь ответ на этот вопрос мог многое изменить. Впервые за долгое время поставив его перед угрозой сущностей, которые могут представлять реальную угрозу.

Но пока Виктор не сделал окончательных выводов, пленный полуэльф находился в мире сладких грез, пока его разум блуждал в мире розовых пони. В то время как установленные в его разуме барьеры падали один за другим.

Еще одним моментом приготовления к будущему сражению являлась подготовка места его сражения. То, что переправа через реку Марнадаль является идеальным местом, было решено единогласно. Но ведь можно его и улучшить!

Сама река была достаточно быстрой и чистой — сбегая с гор Амелл, она нигде на своем протяжении не создавала топких мест или тем более болот. В отличие от медленного и тяжелого Понтара, который к моменту впадения в море сам становился тем еще болотом. Что, как обычно, было и хорошо, и плохо: быстрая горная река не создает вокруг себя широкую и плодородную пойму. Зато и не привлекает к себе чудовищ, так как не создает для них удобных укрытий.

Но если река не создает вокруг себя топких мест, то почему бы этим не заняться волшебникам? Подумав так, Виктор с Цири отправились затапливать южный берег переправы, дабы создать видимость естественности процессов. Ведь никто не полезет в место, которое очевидно только что затопили.

Ну а чтобы не вставать дважды, они еще и углубили другие переправы, оставив только те, которые находились на достаточном удалении. Ведь победа в предстоящем бою должна была быть одержана именно обычными бойцами, а не всемогущими чародеями. Тут уже был вопрос не эффективности, тут в силу вступала политика.