Поддержать мою работу можно на Patreon

С Джоном Хирсом мы обсудили то, что на первый взгляд не имеет отношения к политической философии, — грузинскую супру.

Но за ритуалом застолья стоит модель, которую не удалось построить ни одному современному институту: власть, неотделимая от служения, и служение, неотделимое от уязвимости. Любые отношения власти и поклонения стоят перед лицом Единого, будь то корпорация, государство или брак. Тамада произносит тост — и в этот момент становится слугой, потому что принять или отвергнуть — во власти гостя.

В чём смысл обязательного пятого тоста за мёртвых? На грузинском языке мёртвые не позади, а перед нами. Каждое застолье — ритуал, напоминающий о вечной жизни. Старый Свет это знал. Новый Свет пытается открыть заново — через грузинский стол.