Третий глаз | 37 глава
Думан растянул губы в откровенно издевательской улыбке, демонстрируя всем почти серые зубы и отсутствующий верхний правый клык. Серая тюремная роба не имела никаких опознавательных знаков или номеров и немного висела на мужчине. Цветной ирокез перестал держать форму, и потрёпанные пряди склонились, подобно ветвям ивы, к выбритой местами макушке, напомнив Селине старую половую тряпку.
Ведьма не смогла сдержать усмешки. Пусть её лицо сейчас тоже было далеко от идеала: бледная кожа, излишне выделяющиеся скулы и тёмные круги под глазами, — но в сравнении с Думаном Селина ощущала себя почти профессиональной моделью.
Мазнув взглядом по Селине, Думан, словно услышав её мысли, демонстративно поморщился, размял шею и занял своё место в центре, по пути несколько раз звякнув блокирующими магию наручниками. Его движения были нарочито расслабленными, почти небрежными, но судьи, казалось, видели его насквозь.
Глаза Таиши засияли тем же цветом, что и круг истины, и давление магии в зале стало почти невыносимым. Думан, находившийся в самом центре, усмехнулся, показывая, что для него это не более чем детские шалости. Селина невольно затаила дыхание и подалась вперёд. Она и сама тяготела к тёмной магии, но пропасть между её умениями и возможностями Думана была поистине колоссальной. Осознав, что поток мыслей ушёл не в то русло, ведьма поджала губы и начала сверлить взглядом тёмного мага.
— Представьтесь, — Тинаша приняла более расслабленную позу и сложила руки «домиком» перед собой. — Уверена, всем интересно узнать кем же в действительности является один из самых известных охотников на фей в истории Магикса.
Думан звякнул цепями, шутливо поклонился главному судье и оскалился.
— Я четвёртый ученик тёмного мага Иллидиса, — глаза Думана лихорадочно блестели, но в голосе отчётливо слышался холод. — Фамилии у меня нет. В те времена, когда я только начал познавать магию, они имелись лишь у знатных особ. А имя вы и сами прекрасно знаете.