Бьорн Торссон 

На мори на кияне, на белом камне

Латыре Латыриче стоит царь жилезный от земли до неба, подъпершись

жилезным посыхам, закрывает и заповедает всякаму жилезу и своим детям:

красному булату и синей стали, и проволки, и всякой меди, каленым

и никаленому жилезу, и стрельным, и всякому оружию, стрельным на

стрелах, всякому перу лебединаму, и гусиному, и орловам, и тетеревам, и курином, и филивановам, и всякому перу, заморским птицам и руским.

Станут вас посылать всякие воинския люди на службе, турки, татары и

немцы, ливы, черкасы, церемисы, чуваши, мордва и всякие некрещеные люди, еретники, еретницы, парневы выблитки, девки простоволосы, белицы и красные девицы, и всякие недруги. И вы меня, дети

всякие жилеза, каленыя стрелы и никаленыя, на стрелах всякие перья, не налетайте, ни убивайте моего тела, верного сердце, и коня его, и дружины ево храброе.

И вы, каленые стрелы, полетайте к своей матке дубовое в дуб, кленовое в клен, ясливая в ясель, яблыныя в яблынь, рябинавая в рябину, ивава иву, березывая березу, жимылысная жималась, можевеливая можевель, липовая липу, все свою матерью сырую землю, всякие луки, древо во древо внис, а клей в рыбу, а рыба в моря и все перье в птицу, а птица к небу. Такоже не видать всем воинским людям и всяким моим недругам меня в дороги, тако же бы земляное небо не сходится с мертвым, такоже не сходились сомною всякие воинские люди, со мной в чистом поле сего дни, сего часа, отъныне и до века.