Никто не спорит с тем, что государственная политика может снизить фертильность. Индия, Китай, Сингапур, Южная Корея… возьмём менее известный пример - Иран. Политику снижения рождаемости начал внедрять шах ещё в 1960-е гг. Исламская революция отменила эту политику как противоречащую, собственно, исламу. Но очень быстро революционеры поняли, что стагнирующая экономика, к тому же отрезанная от западных рынков и технологий (особенно аграрных), просто не сможет прокормить сотни миллионов людей. Они вернулись к ограничению рождаемости, добившись самого впечатляющего результата в истории.

Столь же несомненно, что пронаталистские политики в XXI веке работают плохо. Венгрия тратит на стимулирование рождаемости около 5% ВВП. Мамы получают в виде пособий около 70% медианной зарплаты. Для матерей до 30 снижается подоходный налог; если детей четверо и больше, налог вообще обнуляется. Родители получают субсидируемые кредиты и ипотеки. Плюс бесплатное ЭКО. Но фертильность всё равно быстро падает.

Франция уже имплементировала весь виш-лист пронаталистских политик: снижение подоходных налогов для крупных семей, выплаты молодым матерям в наличке, субсидии на товары для ухода за ребёнком, субсидии на аренду жилья и так далее. В целом Франция тратит на семейную политику 3,6% ВВП, а если добавить налоговые льготы и пенсионные доначисления - 4,7%. Это самый высокий показатель для стран ОЭСР.

И Франция действительно имеет самую высокую фертильность в Европе… за счёт не-европейских мигрантов (их TFR - 2,95, на них приходится 21,7% новорожденных). Французская политика поощрения рождаемости стимулирует огромные африканские и азиатские семьи, усугубляя, а не исправляя проблему уменьшения численности населения. Фертильность среди самих жителей Франции гораздо ниже (1,62), но для коренных французов ещё ниже (насколько - неизвестно: статистики по этническим группам не ведётся, есть только деление на мигрантов в первом поколении и родившихся у граждан Франции). 

Единственные группы с высокой фертильностью среди европейцев - религиозные сообщества, поощряющие рождаемостью и изолированные от окружающего общества. Примерами могут быть амиши, или ортодоксальные голландские кальвинисты, или финские лютеране-лестадианцы. Как правило, чем выше изоляция, тем выше рождаемость. 

Но примеры работающей политики поощрения рождаемости всё же существуют - в странах Восточной Европы времён Холодной войны.

Коммунизм был феминистичным и атеистичным. Коммунистические страны поощряли высшее образование для женщин и их занятость, снимали табу на адюльтер, внебрачный секс и рождение внебрачных детей, уничтожали высоко фертильные закрытые религиозные группы. Наконец, в них были нормализованы аборты. Во многих отношениях эти государства были ближе к современным западным странам, чем к своим современникам - странам Запада времён бэби-бума, первых послевоенных десятилетий. Потому-то их опыт представляет интерес сегодня.

Есть и ещё одна причина для интереса. В нашем мире существует огромная страна, управляемая коммунистами и пытающаяся перейти от политики ограничения рождаемости к политике её поощрения - Китай. От того, какой будет фертильность в Китае в ближайшие десятилетия - 0,9 или 1,8 - во многом зависит судьба второй половины нынешнего столетия.

Придя к власти, большевики принялись за реформы:

- Оплачиваемый декретный отпуск - два месяца до рождения ребёнка и два месяца после (1917)

- В конституции 1918 года были прописаны право и обязанность женщин трудится.

- В 1920 году введены квоты для женщин на предприятиях и в организациях.

- Общая семейная собственность была отменена. 

- Легализация гомосексуализма (1917)

- Женщины не обязаны были брать фамилию мужа (1917)

- Отмена категории незаконнорожденных детей (1917)

- Отцовство устанавливалось по простому заявлению матери. Мать могла получать алименты сразу от нескольких предполагаемых отцов.

- Развод по простому требованию одной из сторон. Женщины (но не мужчины) могли получать алименты.

- Легализация абортов (1920). Они проводились бесплатно, и уже к середине двадцатых на одно рождение в Москве приходилось три аборта.

Впрочем, до начала коллективизации в 1929 году все эти меры слабо затрагивали большинство населения.

В 1930-е, когда СССР ощутил уже не избыток населения, а потребность в рабочих и солдатах, Сталин обратил политику вспять. 

- Аборты были исключены кроме случаев, угрожающих жизни матери (1936). 

- Был введён 6% налог на бездетность (1941) для мужчин от 25 до 50 и для замужних женщин от 25 до 45. Позднее был введён налог 1% для семей с одним ребёнком и 0,5% для семей с двумя детьми.

- Пособия для многодетных (сначала от 7 детей, позднее сокращено до 3) и для одиноких матерей (1944). 

- Официальные награды для многодетных матерей. Рождение десяти детей давало право на звание «Мать-героиня» и всевозможные привилегии.

- В 1944 году женщины потеряли право требовать алименты, если ранее они не жили с отцом ребёнка в зарегистрированном браке.

- Развод был осложнён: требовалось представить мотивы, заплатить пошлину, суды должны были пытаться примирить супругов, а сведения о разводе публиковались в местных газетах (1944)

В ходе войны примерно треть взрослых мужчин в СССР погибли или стали инвалидами. Тем не менее, TFR при Сталине оставалась в районе 3.

После смерти Сталина курс снова поменялся. Новая политика уже во многом напоминала политику современных западных стран. 

- Были вновь легализованы аборты (1955). 

- С 1969 года разводы не требовали судебного заседания, а регистрировались в ЗАГСе.

- С 1970-х пособия для матерей (уже составлявшие 100% зарплаты) были распространены на женщин, ранее не имевших работу. 

Тем временем TFR упал с примерно 3 до примерно 2, и оставался на этом уровне до конца СССР. К концу Холодной войны СССР по этому показателю немного обгонял США и большинство стран Запада, но это мало утешало советское руководство. В 1980-е годы были введены новые стимулы - например, молодым семьям в приоритетном порядке выдавали жильё. (Впервые такую политику опробовала ГДР в 1982 году). 

Видимо, это сработало: несмотря на все экономические проблемы, фертильность в СССР выросла в последнее десятилетие его существования. (Автор не учитывает столь важного фактора, как антиалкогольная кампания). Но затем Союз рухнул, и следующие 15 лет государство слабо интересовалось семейной политикой. Нынешняя российская политика поощрения рождаемости весьма щедрая, но имеет мало связей с советской. 

С семидесятых в ГДР тоже проводилась активная политика поощрения рождаемости. В частности, с 1976 года матери после рождения ребёнка получали годовой декретный отпуск с сохранением зарплаты и рабочего места. Кажется, это работало. Но крупные семьи в  ГДР всё равно встречались реже, чем в ФРГ.

Я думаю, что причин было две: (1) очень маленькие квартиры (2) крайне эффективный государственный атеизм - в ФРГ крупные семьи часто были семьями глубоко верующих. 

Однако доля бездетных в ГДР (12%) была ниже, чем в ФРГ (21%). При этом женщины в ГДР рожали раньше: средний возраст первого рождения в 1989 году составлял 22 - в сравнении с 27 в ФРГ. 

Причина - дефицит жилья. В Восточной Германии, чтобы съехать из (маленькой и неудобной) родительской квартиры, надо было родить ребёнка - молодые родителям выдавали жильё, купить его на рынке было нельзя. Поэтому молодые люди заводили одного, максимум двух детей, и останавливались. Остальные стимулы, вроде пособий и отпусков, слабо помогали. 

Во всем большом германском мире было одно место, где после 1975 года сохранялась высокая фертильность - маленький швейцарский кантон Аппенцелль-Иннерроден. Главная особенность этого кантона - женщины в нём не имели права голоса до 1971 года. Дело не в самом праве голоса, а в положении женщин в целом.

Самый успешный и печальный пример пронаталистской политики в Восточной Европе - Румыния. В 1967 Чаушеску запретил аборты для большинства случаев (с исключениями вроде изнасилования или угрозы жизни матери). Прекратился импорт презервативов. Каждый месяц женщина должны были посещать гинеколога, который отмечал, беременна ли она. Казалось бы, эти меры дали огромный эффект: TFR вырос с 1,9 до 3,7 за год.

Этот рывок был временным явлением. Социальные нормы Румынии 1966 года предполагали «нормальность» аборта, и потребовалось время, чтобы люди приспособились к новым правилам. Нежелательных детей массово сдавали в детдома. TFR быстро упала, хотя и оставалась несколько более высокой, чем у других стран Восточного блока.

Помимо принуждения, Чаушеску использовал и более привычные методы поощрения рождаемости. К 1985 году на семейную политику тратились суммы, равные половине военного бюджета. Налог на бездетность составлял от 10 до 20%. 

Румынский опыт показывает, что сильное авторитарное государство способно поддерживать TFR несколько выше уровня естественного воспроизводства. Правда, Чаушеску был единственным казнённым лидером Восточного блока, так что такая политика, видимо, сопряжена с некоторыми рисками.

Расположим пронаталистские меры в порядке от менее к более эффективным:

- денежные выплаты

- медали и другие почести

- выдача жилья только женатым парам, в идеале с детьми

- ограничения на развод

- полный запрет на аборты и контрацепцию (в Польше ввели запреты на аборты, но это примерно никак не повлияло на рождаемость. В открытой стране с низкими издержками выезда за рубеж это, кажется, не работает. В Китае, правда, обстоятельства другие: каждая китаянка не может за несколько часов выехать в Чехию - прим. пер.)

Современные западные страны в основном ограничиваются первым пунктом. Эффективность китайской политики стимулирования рождаемости будет определяться тем, насколько далеко по предложенной выше цепочке пойдёт китайское правительство. 

Джей Ди Вэнс предлагает выплачивать $5000 (в виде налогового вычета) за рождение ребёнка. Почти все предложения по повышению рождаемости на Западе сводятся к разным денежным или натуральным выплатам, за счёт налогоплательщиков. Основные налогоплательщики - мужчины. И именно у мужчин есть корреляция между повышением дохода и ростом числа детей. Стимулирование рождаемости за счёт выплат снижает доходы мужчин. Круг замкнулся. 

В Венгрии подоходные налоги для матерей снижаются, как уже было сказано, а сами матери получают щедрые выплаты. Это ещё больше увеличивает налоговую нагрузку на мужчин. В результате в Венгрии сравнялись доходы мужчин и женщин, а рождаемость все равно стремительно падает. 

Для женщин действует корреляция, обратная мужской: чем больше заработок за всю жизнь (именно заработок - материнские пособия всё же несколько повышают рождаемость), тем ниже число детей.

Недавнее исследование из Испании показало почти идеальную обратную зависимость между эффективностью пронаталистской политики и тем, как эта политика влияет на заработок женщин (чем сильнее влияет - тем хуже политика).

Очевидное решение - политика поощрения рождаемости должна повышать доходы отцов, и особенно отношение доходов мужчин к доходам женщин. Если это невозможно по политическим причинам, лучше не делать ничего, кроме поощрения усиления религиозных традиционных групп - например, за счёт разрешения детям из таких групп не посещать обычные школы. 

Заметим, что США, с чрезвычайно скромными (в сравнении с Европой) программами стимулирования рождаемости до сих пор имеют фертильность среди белых выше, чем в Европе.

Есть мнение, что традиционная политика пособий будет работать, если платить много. Например, предлагается выплачивать в США $200 тысяч сразу за рождение ребёнка. В США рождается 3,6 млн детей в год, так что программа будет стоить $720 млрд. Даже если рождаемость вырастет на 50%, это все равно будет стоить немногим больше триллиона (ежегодный дефицит американского бюджета - больше двух триллионов). Найти эти деньги вполне реально, если прижать могущественное пенсионерское лобби, но поможет ли это? 

В выигрыше окажутся две основные группы: уже существующие семьи, решающие, стоит ли родить третьего или четвёртого ребёнка, и люмпены, маргиналы, среди которых одинокие матери, рожающие ради получения пособий, уже давно стали нормой. Но тем, кто ещё только собирается вступить в брак и завести детей, выплаты будут мешать - ведь они будут платить больше налогов. 

Рождение детей без отцов ради пособий стало в США нормой для низших классов, в том числе для белых. Они не только мало зарабатывают, но и обычно мало заботятся о детях. Уже сейчас половина государственных пособий и других видов помощи для матерей достаётся в США низшим классам.

Представители низших классов часто покупают продукты на свои продуктовые карточки, перепродают их за часть цены и покупают разнообразные предметы роскоши, пусть даже очень «дешёвой» роскоши. Им предлагается разом выдавать деньги, эквивалентные их доходу за десятилетие (при рождении пары детей), при этом сохраняются все существующие субсидии, помогающие растить ребёнка за государственный счёт. Если сразу выдавать за ребёнка чек на $200 тысяч, появится субкультура матерей, пекущих детей как горячие пирожки. В итоге - дюжина детей, на которых матери-миллионерше наплевать. 

Хорошие новости всё же есть. После 2012 года сильная отрицательная корреляция между высокими уровня дохода/образования и фертильностью становится менее явной, а в некоторых странах, возможно, даже становится положительной. Малообразованные женщины гораздо реже вступают в браки. Но эту тенденцию легко может развернуть вспять выдача больших денежных сумм за рождение детей. 

И это не досужие рассуждения. В 1990-е Клинтон провёл поддержанную обеими партиями реформу соцобеспечения. К тому времени феномен матерей, рожавших ради государственных субсидий (и их бойфрендов, живущих на эти же субсидии плюс мелкий криминал) стал настолько распространён, что его нельзя было больше игнорировать. До реформ Клинтона правительство платило матерям за детей большие суммы. В долларах 2025 года, годовое пособие в 1994 составляло $11 тысяч (надо учесть, что и зарплаты были ниже) В черных районах неработающие матери получали столько же или даже больше, чем работающие.

Обычно об этих детях слабо заботились. Правительства цивилизованных стран не могут спокойно наблюдать за тем, как дети умирают от голода или холода, поэтому денег приходилось тратить ещё больше. И это не говоря уже о преступности (поведенческую генетику никто не отменял). Немедленная выплата $200 тысяч - это точно более мощный стимул, чем выплата $11 тысяч за год, особенно учитывая высокую ставку межвременного дисконтирования у низших классов (деньги сейчас ценятся гораздо выше, чем деньги, которые можно получить через время). 

Есть свидетельства того, что реформа 1996 года не привела к снижению рождаемости. Возможно, дело в том, что Клинтон ещё в 1992 году шёл на выборы с обещанием реформы велфера, и за четыре года поведение потенциальных матерей успело измениться на фоне ожиданий отмены выплат.

Я боюсь, что многие пронаталисты знают и понимают, что огромный класс люмпенов со сверхвысокой рождаемостью - это плохая история. Но сверхстрогие политические и моральные табу на обсуждение ряда вопросов, в том числе расовых, не позволяют им говорить о своих опасениях напрямую. Многие пронаталисты начинают рассматривать в качестве самоцели максимизацию числа людей на планете Земля без учёта того, кто эти люди и в каких условиях они растут.