Barogor

Barogor 

Пишу фанфики и свои истории.

16subscribers

90posts

goals4
13 of 17 paid subscribers
Барьер пробит! Четвертая цель: 17 подписчиков. Давайте проскочим одно хоть и простое, но не самое удачное число : )
4 of 4

Глава 63

docx
Глава 63.docx27.47 Kb
Когда мы втроем в сопровождении уцелевших стрелков выскочили из бокового переулка обратно на главную улицу перед баром «Ржавый клапан», центральная баррикада уже догорала.
Приехавшие на помощь старику Вектору добровольцы из «Мальстрёма» бились на флангах с отчаянным куражом. Основной части их банды, сидевшей на севере, было глубоко плевать на чужой передел южных трущоб, но вот эти несколько десятков любителей порохового угара, подтянувшихся по старой дружбе ради хорошей драки и богатых трофеев, держали боковые проезды мертвой хваткой. Вместе с наемниками Вектора они плотным перекрестным огнем отсекали пехоту триад и байкеров от трехметровой фигуры своего вожака.
Сам же Чэнь Вэй на фланги даже не смотрел.
Все это безумное вторжение через мосты затевалось им ради одной конкретной цели. Старому китайцу нужна была голова Вектора. На улицах Найт-Сити репутация стоила дороже денег, и самопровозглашенный Дракон должен был наглядно показать всему городу, что он всегда забирает долг сторицей.
И старик Вектор прекрасно понимал, за чьей именно тушкой пришла эта бронированная ящерица.
Решала не стал дожидаться, пока вольфрамовая махина проломит стены самого бара. Он заранее сыграл на слепой гордыне своего врага и подготовил для него персональную сцену в бетонном складском каземате напротив бара.
У массивных стальных дверей этого полуподвального бункера стояли шестеро охранников в тяжелых штурмовых бронежилетах и закрытых касках с забралами, которые яростно палили в сторону Чэнь Вэя из автоматов, всем своим видом показывая, что прикрывают личное убежище босса. Ослепленный жаждой мести и дымом пожаров Дракон даже не обратил внимания на то, как странно, дергано и невпопад двигаются эти защитники. Под закрытыми шлемами и казенной броней Вектора сидели вовсе не элитные ветераны, а обычные привокзальные торчки из числа должников бара, которых перед боем накачали дешевыми стимуляторами и поставили изображать почетный караул у пустой наживки.
— Вектор! — пророкотал вокодер трехметрового киборга на всю площадь. — Твои псы не спрячут тебя от гнева Неба!
В два тяжелых прыжка Чэнь Вэй смял заслон у входа, одним взмахом когтистой лапы и хвоста разбросав одурманенных наркоманов по асфальту, после чего вцепился когтями в створки бронированных ворот каземата, с визгом рванул металл с петель и целиком ввалился внутрь темного бункера.
Однако внутри подземного зала никого не оказалось.
Посреди пустой бетонной комнаты стоял лишь старый деревянный стол, на котором светился экран включенного студийного монитора и лежал микрофон проводной трансляции, протянутый из точно такого же запасного подвала через улицу.
С экрана на возвышающегося в темноте киборга спокойно смотрело изуродованное старыми шрамами лицо живого Вектора.
— Стареешь, Чэнь, — с холодной усмешкой произнес из динамика голос решалы, лязгнув железной челюстью. —Передавай привет своим предкам.
В ту же долю секунды под бетонным полом ложного бункера сдетонировали триста килограммов промышленного аммонала, заложенного людьми Вектора .
Земля под нашими ногами выгнулась куполом. Глухой подземный удар вышиб ворота каземата наружу вместе с языками багрового пламени, а следом двухэтажная кирпичная надстройка над подвалом со страшным грохотом сложилась внутрь воронки, похоронив Чэнь Вэя под десятками тонн битого кирпича и железобетонных плит.
На секунду стрельба на улице стихла. Даже боевики северных триад замерли за укрытиями, глядя на оседающее облако серой цементной пыли.
Но старый китаец недаром вложил в свое новое тело лучшие военные разработки.
Через десять секунд в самом центре дымящегося завала с глухим скрежетом шевельнулась многотонная плита перекрытия. Взвыли на предельных оборотах гидравлические цилиндры задних лап, бетонная глыба раскололась пополам и съехала в сторону, а из огненного кратера на поверхность начала медленно выбираться трехметровая черная туша.
Взрыв в замкнутом пространстве здорово потрепал монстра. Половина чешуи на груди и плечах осыпалась, из перебитых трубок охлаждения валил густой белый пар, а стальной кожух на горле вмяло внутрь, намертво пережав толстый армированный шланг подачи горючей смеси у самого основания пасти.
Он был тяжело ранен, оглушен и впервые за весь поход открыт для прямого удара.
— Сейчас, пацаны, держите его пехоту! — крикнул я, срываясь с места и пробегая по крыше сгоревшего пикапа на дистанцию двадцати метров от края воронки.
Дэн сработал как профи. Упершись спиной в бетон, он с двух рук открыл такой плотный беглый огонь из пистолета-пулемета и револьвера по кинувшимся на выручку боссу бойцам триад, что ни один северянин не смог поднять головы над баррикадой. Одновременно с ним с верхних этажей соседних зданий по выбирающемуся из ямы киборгу ударили все уцелевшие пулеметы, автоматы, противотанковые орудия людей Вектора и добровольцев «Мальстрёма», высекая на его пробитом панцире сотни искр.
А я вскинул левую руку с открытым передатчиком импланта «Рейвен» и на максимальной мощности выплюнул прямо в оголенный спинной узел Дракона тот самый записанный на развязке командный пакет корпоративной закладки.
Мощности моей портативной деки и импланта без стационарной антенны не хватало для постоянной трансляции, но в сочетании с неуправляемым после взрыва телом скрипт сработал.
Внутри хребта Чэнь Вэя проскочил жесткий конфликт протоколов. Трехметровая махина, уже занесшая лапу, чтобы выбраться на ровный асфальт, вдруг судорожно дернулась и застыла на краю воронки с вывернутым плечом, на две драгоценные секунды потеряв управление сервомоторами.
И ровно в это окно вписался Трэвис.
Наш двухметровый напарник вышагнул из-за угла полуразрушенной стены в пятнадцати метрах перед застывшим ящером, опустился на одно колено для упора и навел четыре вороненые трубы «Громобоя-4» прямо в ободранный грудной отдел Дракона.
— За счет заведения, ящерица! — прогремел Трэвис и всадил в цель весь четырехствольный кассетный залп без остатка.
Четыре кумулятивно-термобарические ракеты разорвались прямо на груди и шее Чэнь Вэя в одну секунду.
Ударная волна сорвала с его торса остатки вольфрамового забрала, обнажив раскаленные добела ребра внутреннего титанового каркаса, за которыми тускло мигала бронированная колба с мозгом, и окончательно расплющила искореженную горловину топливного инжектора.
Казалось, после такого попадания киборг должен был рухнуть обратно в яму мертвым грузом.
Но в воспаленном сознании старика, запертого внутри закипающей капсулы, сработал последний, слепой импульс ярости умирающего зверя.
Сбросив зависание приводов, Чэнь Вэй не стал отступать. Он издал глухой металлический рев, распахнул искореженную челюсть и до упора врубил аварийный насос своего термического огнемета, рассчитывая залить площадь перед собой широкой волной огня.
Вот только из-за того, что взрывом бункера и ракетами Трэвиса подающий шланг у основания его глотки сплющило почти вдвое, как пережатый пальцами садовый шланг, физика процесса изменилась самым кошмарным образом.
Чудовищное давление турбонасоса не смогло пройти через узкую щель одним потоком. Струя перегретой смеси на выходе из разорванной форсунки со свистом раздвоилась на два узких, ослепительно белых луча запредельного напора, которые ударили веером под углом друг к другу на двадцать метров вперед, словно два гигантских автогенных резака, и одновременно начали заживо плавить изнутри саму глотку и грудной отсек самого Дракона.
Удар получился настолько стремительным и мощным, что на площади начался сущий ад. Хотя основная масса бойцов на флангах успела нырнуть за бетонные блоки баррикад, с десяток стрелков Вектора и панков на передней линии все же попали под край раскаленного веера. Тех, кого луч задел напрямую, убило на месте от мгновенного болевого шока, а остальные повалились на мокрый асфальт в горящих разгрузках, оглашая улицу нечеловеческими криками.
На центральном же пятачке перед воронкой стояли мы трое.
За секунду до того, как двойной огненный росчерк рассек воздух, я рефлекторно дернул на себя невидимый рычажок в голове. Я привычно пережил последствия сдвига, и в подаренные мне три секунды форы что было сил толкнул стоявшего рядом со мной Дэна вбок, за массивную чугунную опору уличного фонаря.
Вторая, боковая ветвь раздвоенной струи ударила точно по тому месту, где мы только что стояли, насквозь прожгла стальной борт брошенного пикапа и рикошетом от бронированного капота плеснула жидким пламенем по нашему укрытию. Нас с Дэном швырнуло спинами на мокрый асфальт в груду битого кирпича, нещадно обожгло плечи сквозь тлеющие куртки и оглушило звоном в ушах, но бетонная тумба и ускорители рефлексов сохранили нам головы.
Трэвису уходить было некуда.
Морпех стоял на одном колене посреди открытого проезда, и первая, самая мощная струя из пережатой глотки Дракона вместе с судорожным взмахом двухметрового стального хвоста пришлась ровно по нему.
За долю секунды до удара Трэвис успел сделать единственное, что могло прикрыть его лицо и горло от прямого термического прожига. Он вскинул перед головой как щит массивный четырехствольный блок «Громобоя-4».
Ослепительный резак пламени за секунду превратил многослойные стволы гранатомета в руках морпеха в бесформенный ком капающего жидкого металла, испарил тканевую разгрузку и расплавил его внешнюю армейскую бронеплиту от Каптера в кипящий шлак. Сразу следом по его боку и спине сокрушительным тараном пришелся боковой удар вольфрамового хвоста,  на остатки бронника, принявшей на себя добрую треть кинетического импульса.
Остальное выдержал корпоративный имплант со склада «Рейвен», который утром вшила ему под кожу Лиза.
Подкожная броня выдержала температуру и не дала металлу вскрыть грудную клетку, но чудовищный удар вогнул внутренние пластины внутрь тела. С сухим, отчетливым даже сквозь грохот боя хрустом у Трэвиса сломались четыре ребра с правой стороны, одно из которых острым осколком вошло внутрь плевральной полости, пробивая и схлопывая правое легкое.
Двухметрового ветерана оторвало от земли, пронесло пять метров по воздуху и глухо впечатало спиной в кирпичную стену бара. Трэвис мешком сполз на тротуар, судорожно хватая ртом воздух, а на его губах и подбородке тут же выступила густая розовая пена.
А в центре площади извержение самого Дракона закончилось катастрофой для его собственного тела.
Титаническое обратное давление в пережатом шланге разорвало внутренний коллектор прямо внутри его грудной клетки. Белое пламя хлынуло внутрь корпуса, за две секунды выплавляя силовые кабели, гидравлику и контуры охлаждения реактора.
Трехметровый черный ящер захлебнулся собственным огнем. Из всех щелей его раскаленного докрасна панциря ударили фонтаны кипящего масла и черного дыма, коленные сервоприводы с визгом заклинило намертво, и полутонная стальная громада безжизненно рухнула на колени посреди воронки, превратившись в неподвижную, остывающую статую.
Бойцы Вектора с победным ревом уже выскочили из-за укрытий, вскидывая автоматы, чтобы в упор расстрелять светящуюся за пробитыми ребрами киборга колбу с мозгом Чэнь Вэя.
Но в этот момент на сцене появился тот, о ком в горячке дуэли с драконом все забыли.
С крыши соседнего дома прямо перед носом наступающих южан с сухим хлопком упали шесть армейских дымовых гранат с белым фосфором и металлической крошкой.
За одну секунду всю площадь вокруг поверженного Дракона затянуло такой непроглядной, слепящей оптику и тепловизоры завесой раскаленного дыма, что стрелять прицельно стало невозможно. А из гущи этого белого тумана по нашим позициям ударил идеально слаженный, кинжальный огонь десятка ручных пулеметов личной гвардии, которую Старый Гао берег в резерве до самого конца.
Никто из нас в дыму не увидел, как именно одноногий старик на своем титановом протезе взлетел по раскаленной спине догорающего монстра. Мы услышали лишь четыре сухих щелчка аварийных пироболтов, вскрывших внутренний грудной сейф, лязг гидравлических кусачек, перерубивших кабели нейрошины, и короткую команду на кантонском диалекте.
Когда через минуту ветер разорвал фосфорную завесу над воронкой, посреди разбитой мостовой стоял только пустой, выгоревший изнутри трехметровый остов механического ящера с распахнутой грудной клеткой, откуда бесследно исчез тридцатисантиметровый био-цилиндр.
Старший сотник Вектора тут же с матом бросил десяток своих самых быстрых автоматчиков и бойцов «Мальстрёма» в погоню по горячим следам. Преследователи неслись на пределе сил, буквально наступая беглецам на пятки в дымных проходных дворах и спустились за ними в открытый люк ливневого коллектора. Схватка в подземных туннелях шла на считанные секунды, и стрелки Вектора даже успели зацепить огнем замыкающую двойку гвардейцев у самой воды. Однако Старый Гао готовил этот маршрут отхода еще с ночи. На ключевых поворотах трубы преследователей встретили заранее установленные растяжки с осколочными минами и обрушенные решетки шлюзов, которые выиграли одноногому ветерану те самые полминуты, чтобы погрузить капсулу с мозгом друга на быстроходный катер у свай моста и уйти в туман залива.
Нам с Дэном, впрочем, было не до погони за одноногим китайцем.
Ковыляя на обожженных ногах, я вместе с напарником кинулся к стене бара, где в луже крови среди стонущих раненых лежал Трэвис.
Морпех был уже без сознания. Его лицо посинело от удушья, правая половина груди под оплавленными лохмотьями брони не поднималась при вдохе, а из угла рта при каждом поверхностном хрипе пузырилась алая кровь.
Мы с Дэном упали на колени рядом с другом, и я уже трясущимися пальцами рвал молнию своей полевой аптечки, пытаясь нащупать декомпрессионную иглу, когда сверху на нас упала широкая тень.
Тяжелый армейский ботинок без церемоний отодвинул меня в сторону от тела.
Над Трэвисом присел штатный полевой медик добровольцев «Мальстрёма», мрачный жилистый мужик, у которого вместо правой кисти поблескивал многофункциональный хирургический манипулятор с пневматическими инъекторами и лазерным коагулятором, а левый глаз заменяла широкая диагностическая линза.
— А ну пиздуйте отсюда оба, не мешайте работать! — рявкнул на нас медик, одним движением срезая с груди морпеха остатки дымящегося кевлара. — Нашли время своими грязными клешнями в открытую грудину лезть, любители хреновы!
Он сработал с такой пугающей, доведенной до абсолютного автоматизма скоростью, что мы с Дэном только рты открыли.
За десять секунд манипулятор медика с точностью до миллиметра вогнал в межреберье Трэвиса титановый дренажный клапан с обратным отсосом, откачивая кровь и воздух из плевральной полости, следом залил обожженную грудь густой белой пеной криогенного геля и всадил прямо в сонную артерию двойную дозу военного нейро-блокатора с жидким перфтораном для насыщения крови кислородом.
Розовая пена на губах Трэвиса исчезла, синюшность спала с лица, и уцелевшее левое легкое морпеха ровно, глубоко вздохнуло.
Двое санитаров с носилками тут же раскатали рядом с ним серебристый герметичный кокон реанимационного спец-мешка с автономным аппаратом жизнеобеспечения, аккуратно переложили туда нашего громилу и застегнули магнитный клапан.
Медик «Мальстрёма» поднялся с колен, вытер стальную клешню ветошью и с искренним профессиональным уважением покачал головой, глядя на показатели монитора на крышке мешка, пока санитары уносили Трэвиса в развернутый на первом этаже соседнего здания полевой госпиталь, откуда со всех сторон доносились дикие крики обгоревших под струей огнемета бойцов.
— В рубашке ваш напарник родился, пацаны, — хрипло сказал рипер банды, доставая сигарету. — Если бы на нем под шкурой не стоял этот ебать какой навороченный корпоративный имплант, вы бы его сейчас в совок веником сметали. Там же не просто титановая сетка от пуль, там закрытый военный сэндвич с многослойной аэрогелевой термоизоляцией и распределением нагрузки. Без этой подкожной обшивки он бы за полсекунды сварился в собственном соку от болевого шока, как вон те бедолаги у воронки. А так внутренние органы от жара вообще не задело, только ребрами легкое проткнуло. Полежит сутки в охлаждающем спец-мешке на искусственной вентиляции, потом рипер поставит ему свежий имплант легкого, и будет как новенький.
Он кивнул подбородком на валявшиеся у стены дымящиеся, сплавленные в единый уродливый слиток остатки четырехствольного гранатомета и разорванную в хлам спинную раму прыжкового ранца.
— А вот железо его можете смело на цветмет сдавать, — добавил медик, уходя вслед за санитарами. — Агрегат восстановлению не подлежат, в чистый утиль. Зато именно эта труба перед мордой приняла на себя первый термический плевок и удар хвоста, иначе бы ему башку вместе с шеей оторвало.
Мы с Дэном остались стоять у пробитой стены бара, глядя сначала вслед уплывающим в госпиталь носилкам, а потом на остывающую на мокром тротуаре кучу оплавленного металлолома, которая еще десять минут назад была нашим главным калибром.
Внутри у нас обоих боролись крайне противоречивые чувства.
С одной стороны, отлегло от сердца так, что хотелось смеяться в голос. Трэвис выжил после прямого попадания из главного калибра трехметрового борга, да и сами мы каким-то чудом остались при своих руках и ногах.
Но с другой стороны, на асфальте у наших ботинок сейчас догорала уникальная четырехствольная ракетница и ранее был взорван армейский реактивный ранец. Стоило это все целое состояние. И в тот момент, среди дыма, гильз и воя сирен скорой помощи, нам с грустно вздохнувшим Дэном искренне казалось, что мы остались у разбитого корыта и хуй нам кто в этой жизни вернет такие бабки за списанное в бою снаряжение.
Subscription levels4
Subscription Spots Are Limited

Чумба [Киберпанки]

$2.58 per month
Архивная подписка для первых читателей.
• Полный доступ ко всем новым главам до публикации на других площадках.
• Заметки, лор и дополнительные материалы по мере появления.
• Моя искренняя благодарность за финансовую поддержку.

Филантроп

$2.59 per month
Базовая подписка для тех, кто хочет читать раньше остальных и поддержать автора рублём.
• Полный доступ ко всем новым главам до публикации на других площадках.
• Заметки, лор и дополнительные материалы по мере появления.
• Моя искренняя благодарность за финансовую поддержку.

Меценат

$6.5 per month
Эта подписка для тех, кто хочет поддержать автора ощутимо сильнее базового уровня и показать, насколько высоко оценил мои работы. Никакого отдельного скрытого контента здесь нет, вы просто даёте мне мощный заряд мотивации и помогаете выделять больше времени на текст.
• Всё то же самое, что и на уровне «Филантроп».
• Моя двойная благодарность за щедрый вклад в дело.

Спонсор

$13 per month
Уровень для по-настоящему обеспеченных и щедрых людей, которые хотят закинуть автору крупную сумму сверху просто от широты души. Я ничего дополнительно здесь не обещаю и буду искренне впечатлен, если кто-то выберет эту подписку. Честно, это очень круто.
• Всё то же самое, что и на базовом уровне.
• Моё предельное уважение и огромное человеческое спасибо за такую мощную поддержку.
Go up