Пожалуй, эта прода - топ нежданчиков. Потому что реально - ну кто мог подумать! А если серьёзно - я впечатлился вашей поддержкой - подписками, донатами, и попросту некоторое время ОТОДОХНУЛ.
 (ВО многом как раз благодаря тому, что не тревожился и не стрессовал из-за куска хлеба - так что деньги - Великая Сила!)
 
Нет, вряд ли этот фанфик будет так быстро писаться - потому что ещё есть по ЗВ вариант - это тоже надо писать и люди проды ждут. Но пусть эта глава - здесь будет для того, чтобы вы знали - КМНГ-2 существует. Есть. Будет.
p.s. Импи - один главных персонажей фанфика.
p.p.s. За донаты и подписки - СПАСИБО. Именно они сотворили это чудо.
Тут всё просто. Нищета=стресс. Стресс=отсутствие потенции для проды.
Чем меньше я думаю о хлебе насущном - тем больше спокойно пишу проду - ибо если убрать всё остальное - это останется в сухом остатке, как образ жизни.

Хриплый вздох заставил всех стоящих трёх сотен Кустодиев вздрогнуть. Они почувствовали, как силы имматериума взбесились – и ринулись сквозь них – к тому, кого они охраняли.

Вершина золотого трона – место, куда взойти могли десять тысяч лет только они. Так было до недавнего времени — кустодии не доверяли приближаться к императору даже техножрецам — сами изучив техножреческие трактаты и обслуживая Золотой Трон – хотя некоторым из них формально пришлось стать техножрецами. Естественно, никто из них даже близко не верил в духи машин и всё прочее.

Громадный золотой трон был объять торнадо из психической энергии – а простой смертный, вошедший в этот зал – сошёл бы с ума. Изредка сюда приводили псайкеров, которые должны были стать либо топливом для Астрономикона – либо астропатами. Для них существовал отдельный вход в Санктум Империалис – не стали бы они открывать Врата Вечности всякий раз, когда нужно привести пополнение из псайкеров, или сменить караул? Почтенная реликвия – парадные ворота — оставались закрытыми. Души астропатов навсегда связывались с Его силой, что давало им возможность говорить друг с другом через варп образами, видениями и шифрами. Жертва их не была напрасна – они были связью для империума, самой важной его частью.

Варп вздрогнул, словно вода, в которую упал метеорит, и ещё взорвался на глубине с невиданной силой – а вихрь энергии эмпирей взвился с новой силой, раздался ещё один хриплый вздох. Потом ещё. Никто из стоявших Кустодиев не мог обернуться, чтобы посмотреть, что происходит – правила были такие – они стоят и охраняют. Почётный караул – с вполне понятной задачей – последний рубеж обороны, за которым Император.

Бог человечества, главное его достояние. И главная причина, по которой человечество вообще выжило во всей этой сумасшедшей вселенной, наполненной такими угрозами, которых никто не ожидает.

Кустодий Марк Аврелиан очень хотел обернуться – он стоял ближе всех. Он, как и все – понимал, что дыхание могло принадлежать только одному человеку – их Повелителю! Оно было подобно грому среди ясного неба – и порыву ветра после иссушающей жары и штиля. Первым каплям дождя на иссохшую, умирающую землю – оно несло в себе надежду и радость, которой переполнились стоявшие в зали кустодии.

Марк Аврелиан, впрочем, быстро вернулся с небес на землю – когда услышал позади себя хрипы. И вот тут он уже резко развернулся – первым из кустодиев.

– Что ты делаешь? – спросил второй.

– Повелителю может быть нужна помощь, – отрезал он, шагнув ближе.

– Стой, глупец!

Марк увидел перед собой очень уставшего гиганта – глаза его были закрыты, но золотые доспехи вздымались, в такт глубокому и хриплому дыханию. Он всмотрелся в лик повелителя человечества – его грубые черты лица, длинные чёрные волосы – не обрамлённые, как раньше, тиарой из аурамита – ныне тиара была на челе святого Кайроса.

– В наш долг входит не только охранять Повелителя от врагов извне, но и помогать ему, – сказал Марк своему командиру, и протянул руку. Повелитель был наклонён вперёд, и рука Марка Аврелиана коснулась аурамитовых доспехов и толкнула его повелителя назад, усаживая ровно на троне. Хрипы прекратились, а Император закашлялся, и вскоре открыл свои глаза, сияющие золотым светом. Марк всё ещё поддерживал его, выпустив из рук оружие и прислонив его к подлокотнику трона.

– Повелитель, вы очнулись…

Золотые глаза моргнули и посмотрели на остальных кустодиев, которые застыли в ужасе. Сказать что-то Император мог, но направлял все свои усилия и псайкерские силы – тот их излишек, который он мог выделить – на срочное восстановление, чтобы его тело не сломалось. А оно нуждалось в его биомантии более, чем когда-либо. Стремительно восстанавливающееся тело перпетуала уже не было таким слабым. Марк Аврелий тут же отцепил из своей брони флягу с водой, и поднёс её к губам повелителя, заметив, что они были пересохшими. Император выпил воды, блаженно зажмурившись. За десять тысячелетий он был рад вкусу простой очищенной воды.

Шумно выдохнув, он положил руку на плечо Кустодия.

– Я в порядке, – произнёс он тихо, – Спасибо, воин!

– Для меня честь служить вам, повелитель!

Император шумно выдохнул, и несколько минут отходил от тех телодвижений, которые ему пришлось совершить. Многие из присутствующих кустодиев нарушили свой служебный порядок и повернули головы к трону, наблюдая за происходящим. Марк Аврелий отошёл на пару шагов.

– Повелитель, вы снова с нами, – старый кустодий подошёл ближе, и почтительно склонился в поклоне.

– Я никуда и не уходил, – мышцы лица ещё не могли восстановить подвижность, поэтому улыбка получилась жуткой, – решил размять это старое тело. Мне нужно восстанавливаться.

– Повелитель, что мы можем сделать для вас?

– Сейчас – продолжать свою службу, – Император посмотрел на старого служаку из его личной охраны, – а ты – сходи и принеси ещё воды. Побольше.

– Слушаюсь!

Дворец Императора ощутил это – воздух стал тяжелее, но насыщенней. Пропадало ощущение затхлости – гигантские своды дворца, как казалось, стали менее тёмными и мрачными. Исчезло ощущение болезненности.

Перед Санктум Империалис толпились паломники – далеко не каждый мог войти в Зал Героев – огромное помещение, километров сорок в длинну и десять в ширину – эта огромная площадь – была заполнена паломниками. Помещение было настолько большим, что в нём была своя атмосфера и образовывались свои облачка под потолком. Миллионы паломников регулярно входили сюда, многие оставляли здесь свои жизни – умереть рядом с Императором считалось почётным. Здесь жила практически своя община фанатично верующих паломников – никто их не прогонял – на замену умершим приходили новые.

Даже просто дойти досюда, начав паломничество в Императорский Дворец – было почти чудом, и собравшиеся здесь были самыми истовыми верующими. Двери Санктум Империалис – Врата Вечности – возвышались в конце зала – возле тропы героев – и были практически иконой, на которую молились все присутствующие. Под дверьми на лестнице стояли тысячи старых потрёпанных штандартов – самых прославленных в боях подразделений, когда-либо служивших Императору.

Внезапно по залу прошёлся лёгкий гул – и волна силы – Врата Героев слегка вздрогнули и волна психической силы окатила всех присутствующих, приводя их в умопомрачительный восторг – многие даже умерли от счастья – подумав, что их Бог наконец-то с ними!

Восторг охватил всех присутствующих – когда психическая сила вымела из помещения запах затхлости и тени – и внезапно ярче засияли символы империума, намоленные присутствующими.

Впрочем, ликующая толпа была безразлична тем, кто находился дальше – а дальше находился Император и его Кустодии.

Император восстанавливал своё тело быстрее, всё быстрее и быстрее – с того момента, когда он очнулся и кровь вновь побежала по его венам, а сердце сделало несколько ударов, и система искуственной циркуляции крови больше не была нужна. Окропляя трон кровью, он вытащил из своего тела трубки, поморщившись при этом и быстро залечив раны.

И после всех процедур, которые заняли час, он посмотрел вокруг своими глазами. Окружали его кустодии – а Санктум Империалис звенел от обилия его психической силы, разлитой в воздухе. Здесь было слишком опасно – лишь кустодии сделаны так, чтобы быть полностью невосприимчивыми к его психической мощи.

Император продолжал сидеть на золотом троне и думать. Талисман Семи Молотов – это специфическое устройство – он обезвредил одним из первых – вытащив его из Золотого Трона. Император попытался встать. Это было тяжело – после десяти тысячелетий бездействия – мышцы, полностью восстановившиеся, верно служили ему – но тело слишком долго не знало движения – поэтому он скорее подскочил на троне, отталкиваясь руками, и только с третьей попытки сумел слезть – выпрямившись.

От ран, которые загнали его на трон – остались уродливые шрамы – но они заросли, не без помощи крайне сложных устройств тёмной эры. Император поднялся впервые за долгое время, разрывая сеть связи с Золотым Троном. Его психический усилитель уже давно перестал работать как раньше.

Император не без труда шагнул вперёд, заставляя себя учиться ходить в этом теле заново. И когда спустился перед своими верными слугами – Кустодианцы были вне себя от счастья.

Он обернулся на них и таинственно посмотрев, пошёл в сторону – к двери в Санктум Империалис, ведущей во дворец – двери, в которую входил только он. Не мог же он входить, вместе с остальными, в свой собственный тронный зал – снаружи?

Дверь эта не обслуживалась десять тысячелетий, и когда он дёрнул ручку – ручка осталась в руке, а дверь, сделанная некогда из очень редкого дерева – покосилась и упала, прямо на него.

Император уклонился в последний момент, и пнув дверцу, вошёл в проём. Его ожидала прогулка до своих покоев. Безусловно, он не жил во всём дворце – дворец размером с континент был неприятен для жизни – поэтому покои императора располагались рядом с Санктум Империалис – в пятиста метрах от него. Покои содержались в образцовом порядке – и в них ничего не изменилось за десять тысячелетий – на столе лежала открытая полуистлевшая книга, на полах лежали истлевшие ковры, но всё, что не поддавалось порче временем – осталось на своих местах. На столе стоял пустой графин – дорогое вино из него давно высохло – книжные полки из бронзы остались в порядке, в отличие от драгоценных книг на них. Император пожалел, ведь это была неприятная потеря.

Зато технически помещение содержали – здесь горел свет, а в уборной и ванной – имелся водопровод, и он работал – Император не медля сорвал с себя осточертевший аурамитовый доспех, швырнув его в стену, и включил воду – ему нужно было срочно помыться. После ста веков без капли воды – он отдал бы всё за душ.

Душ освежал, а горячий пар в его личной сауне – расслаблял тело. И спустя пару часов – Император вышел из ванной – банное полотенце и халат его размеров тоже почему-то были свежими и ожидали задержавшегося владельца апартаментов.

Император оглянулся на доспех и взмахом руки заставил их перелететь в комнату. И блаженно сел в огромное металлическое кресло.

Проснулся голод. Сильный. И Император, быстро пройдя от центра апартаментов к входной двери во дворец – открыл и эти уже более роскошные врата, и выглянул. Два сравнительно молодых кустодия, которые несли у двери охрану – были шокированы. И наставили было оружие на того, кто осмелился войти в покои Императора, но увидев его самого – не поверили глазам.

– Распорядитесь подать ужин. И побольше, – сказал Император.

И закрыл дверь.

Кустодии были в шоке.

– Это…

– Молчи. Выполняй.

Через пять минут стол в личных апартаментах Императора ломился от яств. Император с наслаждением вгрызался в сочные куски мяса, на столе стояла «роскошная» еда.

О, продовольствие в Империуме было давно не таким, каким было когда-то. Аристократы позволяли себе нормальную еду – и это уже было деликатесом – но для Императора – получив экстренный заказ – постарались и сняли стазис с заранее приготовленных деликатесов. Сам Император, увидев их и учуяв запах, погрузился в воспоминания.

– Капитан, сядь со мной, поужинай, – сказал гигант.

– Ваше Императорское Величество…

– Сними уже этот шлем.

Кустодий тут же подчинился.

– Я вижу, в меню моего дворца произошли разительные перемены, пока меня не было?

– Это ваш Святой Кайрос, – сказал Капитан гвардии.

– Кому как не ему… – протянул задумчиво перпетуал, – пицца, давно я не видел этого блюда.

– Оно древнее?

– Достаточно древнее. Первые прообразы его – появились в империи, появившейся не без моего участия, за три тысячи лет до того, как люди впервые вышли в космос. В единственном на земле городе, где население было больше миллиона человек.

Кустодий понял, что речь идёт про настолько седую древность, что человечество тогда было в зачаточном состоянии и с уважением посмотрел на странный пирог. Император же взял странный нож – с круглым лезвием на рукояти, и ловко разрезал им угощение. На столе стояла стеклянная бутыль.

– О.

Это была Кока-Кола – чуть менее древний напиток. Император уже очень давно не пробовал его вкуса – и был очень удивлён тем, насколько он хорошо соответствует его воспоминаниям – с наслаждением выпив двухлитровый бокал. Это было прекрасно.

– Я так понимаю, они там изготавливают провизию древней Терры?

– Пока только в небольших количествах, – скромно сказал Кустодий, – как деликатес и для разведения. Коровы, свиньи, овцы и другой скот, который существовал на заре человечества — вновь наполнил столы аристократов.

– Это замечательно, – Император отрезал себе большой кусок фунтового стейка из говядины, и весь стейк умял за четыре больших укуса.

– Угощайся. Негоже есть за столом в полном одиночестве.

Вскоре были умяты Пожарские котлеты, утка по-пекински, куски сёмги, а так же совсем неаристократическая еда в виде куриных крылышек в особом кляре, которая была когда-то популярна в древние времена.

Император насытился, смолов только шесть килограмм мяса и запив пятью литрами жутко засахаренного древнего чёрного напитка, который на взгляд кустодия не выглядел как что-то съедобное. Но Император – вот чудо — пил его с огромным удовольствием, забыв про вино.

Блаженно откинувшись на стуле, Император прикрыл глаза, наслаждаясь чувством сытости. Кустодий же не знал, что ему делать – Повелитель был неожиданным. Слишком. Хотя нечто подобное его пробуждению обсуждали – но никто не знал, что всё произойдёт так скоро.

Что предпримет Император? Это загадка.

– Не беспокой меня, я хочу поспать.

– Как пожелаете, повелитель.

– Пусть принесут новое постельное бельё – и моя спальня ещё сохранилась?

Спустя сутки Император чувствовал себя ещё лучше, чем вчера. Закрыв свой разум от варпа – а во дворце он был в полной безопасности – он мог выспаться. Десять тысячелетий его разум не отдыхал полноценно – и вот, наконец, он сумел поспать – и поспать хорошо. Чувствуя себя свежим и обновлённым, Император с сомнением посмотрел на золотую броню. Она была хороша и была его символом – но он провёл в ней так много времени, что… не желал снова оказаться в ней – броня успела ему настолько надоесть, что он затребовал себе портного.

И вот тут случился казус. Портных на Священной Терре было много – но личного портного Императора просто не существовало в природе. Никогда.

Неожиданный приказ заставил Кустодиев зашевелиться – и пулей метнуться прочь из дворца – как ни странно, у двора тоже не было портных. И вскоре – кустодии приволокли страшно перепуганную женщину, которая шла под их конвоем.

Судьба её к такому не готовила – она была талантливым модельером и портным – и занималась одеждой аристократов Терры – но визит двух амбалов в золотых доспехах – и почти беззвучное похищение её со всем, что ей необходимо – были слишком неожиданны.

– Повелитель, мы доставили портного.

– Хорошо. Подойди сюда.

Женщина, увидев перед собой огроменного гиганта – которому она была по пояс – икнула от удивления. Габариты Повелителя Человечества внушали уважение. Сам он уже давно прошёл курс «вправления мозгов по Кайросу» – чего ему не хватало, так это человечности. И обыденности – он слишком потерялся в том, насколько странным существом он стал за всё это время – и не видел в этом ничего странного – но кое-кто ему всё же указал правильный путь – как не стать неведомой зверушкой и по меркам людей чем-то чуждым и непонятным. Император улыбнулся.

– Подойди ко мне.

Женщина на негнущихся ногах подошла к Императору, не в силах вымолвить ни слова.

Император взял в руки карандаш, больше похожий на небольшое бревно, и быстро начертил на большом белом листе бумаги нечто, похожее на старинный старомодный мундир.

– А… э…

Увидеть ЖИВОГО Императора, да ещё и говорить с ним – для обычного человека империума слишком шокирующий опыт. Слишком велик был имперский культ. И женщина не знала, как себя вести – пребывая в прострации.

– Вы меня слышите?

Она закивала.

– Смотрите, вот тут золотое шитьё, вот тут эполеты, – показывал он карандашом, – и всё это нужно изготовить как можно быстрее. Справитесь?

Она снова закивала.

– Тогда располагайтесь здесь – я не буду вам мешать.

С помощью современных технологий механикум, изготовление одежды было не таким трудным – а вот сам Император пошёл к своим книжным полкам, потом к кустодиям, и вскоре был осчастливлен привозом новых книг на специальной тележке. И это были огромные книги – увеличенные под его размер – в числе которых была классика древней терры – от античных времён – вроде сочинения древнегреческих философов – до конца эры раздора.

И кустодии откуда-то притащили… большой компьютер.

– Повелитель, святой Кайрос передал нам это с наказом передать вам, когда вы вернётесь к нам.

– Я никуда и не уходил, – заметил Император, – если вы не заметили.

Замявшийся кустодий – был встречен улыбкой. А вот на древнем инфокомпьютере двадцать третьего тысячелетия – содержалась прорва самой ценной и интересной информации. Одна из которых – большой архив фильмов и сериалов той эпохи. Император искренне считал их утерянными! Он и помыслить не мог – что старомодные двумерные пикт-фильмы и сериалы – сохранятся где-то, тем более – их были миллионы. Глаза разбегались. Объёмы накопителей у этого компьютера внушали уважение – а ещё он проецировал изображение на стену с помощью лазерных лучей – образуя очень яркую и чёткую картинку. Император развалился на диване и включил фильм «20 тысяч световых лет от дома» – фильм из эпохи колонизации планеты, позже ставшей известной как Криг. Тогда это был зелёный рай, превращённый из мёртвой планеты. Этот фильм был прекрасной космооперой с драмой, и большими батальными сценами в космосе.

Несчастная женщина, которой принесли ткани и всё прочее – попутно смотрела за фильмом.

Вопросов в её голове становилось больше – потому что фильм неплохо изображал реалии двадцать первого тысячелетия – корабли, людей, моду – вот к последнему женщина прикипела взглядом – потому что модная одежда тех лет вызывала у неё восторг. В чём только люди ни ходили давным-давно!

С костюмом она справилась за три с половиной часа – и получился лучший костюм, который она могла сшить – огромный военный мундир, сшитый по меркам и подогнанный по фигуре Повелителя Человечества.

В нём он чувствовал себя лучше, чем в сияющих доспехах и решил носить его дома. Женщине он щедро заплатил тронами – благо что древние монеты человечества у него в покоях водились — в специальном шкафу – хотя в них не было нужды. Получив от Императора горсть монет из ауродиевого сплава – женщина чуть не упала в обморок – хотя менее стойкие упали бы давно, лишь увидев Императора.

– Мне могут понадобиться твои услуги в будущем, – сказал он, поправляя мундир, – Я пришлю за тобой, если это понадобится.

Женщина не могла поверить своему счастью – сжимая в руках монеты, она была выпровожена, однако, нельзя просто так зайти к тому, кого весь Империум считает настоящим Богом, и просто сшить ему костюм и уйти. Кустодианская Гвардия – услышав, что она нужна их Повелителю – отправила двух кустодиев вместе с ней на челноке. Взволнованная и едва не падающая в обморок женщина была привезена обратно.

В большом небоскрёбе было много посадочных площадок, где крутилось немало знатных особ – модный район, модные люди – и вдруг с неба словно гром рушится челнок в золотой расцветке, и из него под конвоем двух гигантов в золотом выходит Селли Брайтс – известный модельер – и под конвоем кустодиев, сжимающих свои гибридные алебардо-болтеры – заходит в здание – провожаемая десятками заинтересованных взглядов. Кустодии вскоре вышли, вернувшись в свой челнок, и улетели – а к мадам Брайтс уже стягивались люди, желавшие узнать, что происходит — и почему Личная Гвардия Императора возит её.

Первой зашла вальяжно женщина в пышном наряде, и спросила:

– Селли, что произошло? Что это было?

– Я сама не поняла, – мадам Брайтс рухнула в кресло и приложила холодные монеты к голове, – Император…

Зашедшие за аристократкой – и второй дочерью известного вольного торговца, другие аристократы – резко повернулись к ней, – сделал заказ.

– В смысле? – спросил чуть визгливо один из присутствующих – из высших чинов эклезиархии, – это ере…

Но ему заткнули рот раньше, чем он успел договорить.

– Думаешь, кто-то отважится изображать из себя Кустодиев возле стен Дворца? – спросил холодный голос инквизитора Пэрта.

Красивый холодный сопрано не менее симпатичной инквизиторши. Прежде, чем дурак наговорил себе на статью – она заткнула его, подперев челюсть дулом болт-пистолета, – мадам, – спросила она строго, – вы ничего не перепутали?

– Нет. Он даже заплатил, – она высыпала на стол жмень старинных монет, времён Великих Крестовых Походов. На них ещё не было лика Императора – лишь старинное изображение аквилы. Инквизиторша взяла монету, но отдёрнула руку – та обжигала её, слегка сияя. Пребывание рядом с Санктум Империалис на протяжении десяти тысячелетий – не прошло даром, и не каждый мог взять в руки такие монеты, особенно не имея на них права.

– Они настоящие.

– Император… Вернулся… – блаженно сказала женщина, улыбаясь, – Наконец-то! И теперь я шью для Него одежду. Надо бы ещё сшить что-то в том же духе, что и он потребовал…

На неё посмотрели присутствующие как на душевнобольную. Впрочем, некоторые чувствительные псайкеры почувствовали волну в варпе, прошедшую из Золотого Дворца – и не могли дать ей объяснение. Поэтому инквизитор сочла нужным поверить этой женщине. Но чтобы император заказывал платье у модных модельеров? Это было что-то слишком… обыденное. Что она и высказала.

– Но почему мы об этом не знаем? – задал логичный вопрос член эклезиархии.

– Значит, узнаете, – прервала его инквизитор, – разве вы не почувствовали это недавно?

– Да, но…

– Вот и не смей сомневаться в Императоре. Немного странно, что он обратился к вам, мадам, для пошива одежды, а как же его золотое облачение?

– Валялось в углу, кучей, – ответила портниха, – кажется, оно ему… надоело. Десять тысяч лет быть облачённым в одну и ту же броню – это, наверное, непросто. Его нынешний френч, который я сшила, так ему идёт! Так подчёркивает золотой цвет его глаз и чёрные прямые волосы, – мечтательно сказала она, – Ну а вы что думали, человек всегда что ли в броне ходит?

Вопрос поставил всех в тупик, потому что иначе чем в золотой броне Императора не представляли.

– Похоже, мне нужно приставить к вам охрану, если это не сделали Кустодии. Не верить вам причин я не вижу, а монеты берегите. Если Император и правда поднялся с Золотого Трона… это величайший день для всех нас!

– Особенно для меня, – с улыбкой сказала портниха.

Не осознавая, какие слухи она запустит и какие в итоге последствия её ожидают – впрочем, закончится всё для неё более чем хорошо. Слухи – что какая-то портниха – пусть и известная на Терре – говорит, что видела Императора – дошли до многих, кто немедленно объявил её в ереси – в припадке своего фанатизма – и вскоре – уже следующим утром – дошли они и до Императора – что у неё начались проблемы с Эклезиархией.

Его Императорское Божественное Высочество в этот момент… смотрел сериал. Мультсериал. Глупый, но весёлый – и пил Мьод космических волков – который притаранили для него Кустодии по личной просьбе с «Света Императора». Когда ему понадобился не только костюм – но и многое другое – он затребовал портниху – но та оказалась занята.

Император сильно изменился – и прежде всего… Перестал видеть сам в себе бога – как говорил Кайрос – бог – это понятие низшего разума. Тот, кто достоин этого звания больше других — никогда себя никаким богом не считает и считать не будет. Бог – это тот, кто не возвышает себя сам – ибо возвышением он встанет на один уровень с необразованной глупой толпой.

Император был атеистом.

– Что значит – арестовали? – Взгляд его золотых глаз сузился, – Челнок мне!

– Повелитель, неужели вы лично…

– Да.

– Но нужно объявить благую весть для…

– Вот и объявляй как надо, – махнул он рукой, уже направляясь к своим доспехам, и надевая их. Точнее – они прилетали к нему и облачали Императора.

– Подготовь две дюжины охранников – мы летим.

– Но может быть…

– Капитан, я старый человек, – Император остановился и посмотрел на него сверху-вниз, – и я знаю, как трудно найти хорошего портного. Мне импонирует видение моды этой женщины — поэтому она будет работать на меня. Нужно спасти её.

Тем временем в эклезиархии ничто не предвещало беды – одна из многочисленных арестанток прибыла в оковах, по обвинению в ереси. Тонкости имперской бюрократии были таковы, что еретиками занимались все, кому не лень – от Адептус Арбитрес – судьи и палачи в одном лице – до комиссаров имперской гвардии – которая тоже была на Терре. Ими занимался и космодесант, и… похоже, все вообще – но Эклезиархия больше других была ретива в войне с ними – и Адептус Администратум – обрабатывал анонимки и прочие жалобы – задерживая людей посредством своих силовых структур.

Комплекс эклезиархии уступал Золотому Дворцу в размерах, и намного – но тем не менее, оставался гигантским – и ничто не предвещало беды – когда в небесах над шпилями Терры пролетели восемьдесят боевых барж кустодиев. Это были совсем не те боевые баржи, на которых летал космодесант — эти были настоящие. Это летающая платформа, десантный транспортник. Они прилетели к самому крупному посадочному узлу огромного комплекса, раскинувшегося недалеко от стен дворца, и поэтому лететь им тут было десять минут. Тем не менее, полёт был стремительным, а после посадки – кустодии стройными колоннами начали выходить, от золота их брони слепило глаза, знамёна трепыхались на ветру, поднятом двигателями барж, и грохот их ног заставил всех разбежаться – ещё бы – с таким почётным караулом они никого доселе не сопровождали. В центре построения трепыхалось на ветру знамя с символом молнии – Императорский штандарт. А недалеко от него – шёл сам Император, возвышаясь над своими Кустодиями на целый метр. Они выстроились и расступились, пропуская по коридору – огороженному от посторонних – своего повелителя и две дюжины его личных телохранителей – которые следовали за ним неустанно и неотлучно. Ворота в комплекс храма были немедленно открыты – и Император зашёл внутрь – его раздражение отражалось в психической силе – а взгляд обжигал души – случайно попавшиеся ему на пути священнослужители в рясах упали почти замертво – их потом долго откачивали. Император же, пошёл дальше, за ним потянулась вторая и третья рота охраны. Он направлялся напрямую к эклезиарху, и открыл дверь едва ли не с ноги.

Эклезиарх, бывший Лорд Терры, а ныне просто глава Имперского Культа – обустроился в очень роскошных хоромах. Увидев Императора – да ещё и при всей его охране – и множество золотых воинов за дверью – он чуть не умер от инфаркта.

Император смотрел на него. Матом. У бедного священнослужителя от этого пропал аппетит, потенция и камни в почках – потому что он почти готов был упасть в спасительный обморок, но Император чуть-чуть его поддержал на этом свете.

– Где Моя Портниха? – спросил Император строго.

– Что? – проблеял по-петушиному эклезиарх.

– Капитан, выдайте ему чапалах.

После получения живительного подзатыльника от капитана кустодианской гвардии, император повторил вопрос.

– Где портниха?

– И… Б… В… ваше… – он не знал, что сказать.

– Портниха. Моя портниха. Куда вы её увезли? Где она?

– Повелитель, – вмешался в допрос Капитан, – возможно, он не знает.

– Я знаю, что не знает, но напомнить ему это не лишнее! Твои люди вчера арестовали Мою Личную Портниху, которая мне одежду шьёт. И я требую немедленно подать её сюда! – сказал Император, – И да, я вернулся. Можешь побежать и раструбить об этом всем вокруг.

Судя по бледному лицу и холодному поту, Император понял, что его фигура возможно стала более сакральной, чем он предполагал.

– Капитан, повторить.
 
++++++++++++++++++++++
Эй, а лайки? Я для кого стараюсь? Не поставил лайк = не хочешь проду.