Дорогие друзья! Ну как-то так вышло, что по мере написания фф по МГА, у меня пропало желание. Не загорелось. Фанфик прикольный, написано ровно 250 вордовских страниц - объём очень почтенный.

Однако, всё равно, потеря интереса имеется в наличии - а при потере интереса - фанфик глохнет. Ну я просто не хочу его писать и всё. И последние несколько глав, откровенно вымученные, тому подтверждение.

Я тут недели две-три страдал, а потом решил написать что-нибудь радикально другое - и решил написать фанфик по Наруто. Почему бы и нет? Классический, архиклассический - таких сейчас уже не делают. У меня сгорела пятая точка от авторов, которые пишут вроде бы фанфик, но берут только сеттинг, и то урывками - и пишут про какого-нибудь крайне левого, как Владимир Ильич Ленин, героя, который вообще к канону никаким боком не относится, или пишут про древние времена, или настолько упарываются по каким-то внеканонным вещам - что найти хороший, чисто канонный, фанфик, по Наруте стало невозможно. А это как-никак последний из оставшихся, пусть даже получивший недостойные продолжения, годный сёнен.

Я понимаю, глядя на фанфики некоторых авторов, что таланта у меня нет. Меня это ещё больше вгоняет в депрессию.

Я начал фанфик по наруте, и активно его пишу. Думаю, пора его начать потихоньку выкладывать. Моя изначальная идея была в том, чтобы сделать без лишних искривлений мира - банального попаданца в наруто из будущего в прошлое, в начало первого сезона, первые главы\серии.
ГГ должен быть опытным, стариком, не таким, который получает мегасилу лишь потому, что чуть-чуть потренировался, как у большинства МС. Этот на опыте и на знаниях, плюс уже не такой дурачок, чтобы хотеть стать хокаге. Ну вы поймёте.

Если хотите фф по Наруто - сообщайте в комментах и ставьте сердечко - я выложу. Если нет - я ещё напишу побольше, прежде чем дойду до выкладки.

p.s. МГА - как фандом - полное говно. Серьёзно. Ну вот жопа говна, состроенная из нелепо сляпанной героики, которая хайпанула на фоне мстителей и марвела в целом - но так то - нелепое, нескладное, неинтересное говно, закономерно к пятому-шестому сезону настолько скатившееся, что быстро стало популярным - и быстро же превратилось в ничто. Так, что даже конец МГА никто толком не заметил, всем уже было похрен.


____________
– Малолетний хам, – беззлобно сказал Тодороки. Старший – Старатель.

А всё потому, что я в рот наоборот все эти их японские расшаркивания – извинения, поклоны, позаботьтесь обо мне, и всё прочее. Поздоровался, как полагается во всём мире – вежливо, но без подобострастия.

– Я старался.

– В Шиндзюку какое-то нападение – пойдём туда.

– Хорошо. Пешком побежим?

– Шутить вздумал?

Громила был немногословен, а ещё зол на меня за то, что я предал огласке его сомнительные моральные качества – в итоге… Стажировка превратилась в бесконечную пикировку между нами двумя – он мне сделать ничего не мог, я ему тоже.

– Тогда поехали!

Происходило то, чего я ждал – происходило нападение Ному и этого убийцы героев – поэтому когда машина затормозила – все вылезли – я, Тодороки старший, и другие герои из его агентства – вокруг уже была разруха, пожары, убийства, и многочисленные нападения громадных монстров на людей. Хаос и анархия, проще говоря. Я тут же создал десяток клонов и отправил их на разведку.

Тодороки хоть и был тем ещё японским самураем с кодексом головного мозга – всё же понимал ценность клонов. Это была бесценная причуда, позволяющая собирать информацию, не рискуя собой – и десяток моих копий тут же бросились врассыпную – искать противников и собирать информацию. Я искал Мидорию Изуку.

К сожалению, нашёлся он довольно быстро – в подворотне, и я устремился туда – Старателю я сообщил предварительно о численности врага и диспозиции по району – пожары, монстры, нападения!

Я забежал в подворотню – оставив ному позади – а там… Ситуация развивалась так, как я и ожидал – прибыл я поздно – тут был герой какой-то третьего эшелона, нечто вроде индейца. Японец-индеец выглядел смешно и был ранен. Изуку, а так же лежал Иида.

Костюм тут же обволок меня, покрывшись прочнейшей чешуёй. Моё новшество! Внешний слой брони был не гибким, а твёрже закалённой стали. Я напоминал, наверное, нечто вроде венома из фильма – только поменьше – и главный злодей заметил меня.

– Ещё один малолетний самоубийца. Пародия на героев!

– Я так понимаю, передо мной убийца героев. Наглядное пособие того, как заскорузлый японский менталитет пытается примириться с существованием причуд? – спросил я у него.

– Что? – это туловище было большим, замотано в бинты и выглядел он страшно. А ещё держал в руках меч.

– Я говорю – шизофреник, со съехавшей крышей на тему того, что герои должны быть исключительно благородными рыцарями, которые в огонь и воду бросаться должны поголовно за спасибо, и жить аскетичной жизнью? Это ты?

– Ты… – он оскалился.

– Слышал-слышал уже твои завывания про то, какие герои неправильные, – я пошёл ближе к нему, – что ж, чисто японское сознание – средневековый менталитет, сломавшийся от шизофрении и не сумевший переварить существование героев как профессии, а не как абстракции. Иные люди считают, что героем вообще может быть только тот, кто уже умер ради благой цели – живых героев не бывает…

– Что за бред ты несёшь?

– Как это бред? – возмутился я, – это самая что ни на есть правда! Подумай хорошенько – все твои убеждения – это всё равно попытки разума биться внутри клетки, которая ограничивает твоё сознание установками. Запретами и исключительно примитивным, средневековым мышлением! – наставительно поднял я палец, – поэтому ты пытаешься затянуть других в свою парадигму мышления – в некий светлый, почти религиозный образ. Религиозность – это вообще черта средневековья, – я хмыкнул, – Японцы правда немного прибабахнутые все. Они не понимают, что мир не ограничен их маленьким островом, а люди не ограничены таким же мышлением, как они сами. Они создали из героев поп-идолов, но и только.

– Заговариваешь мне зубы?

– Нет, веду проповедь! – важно сказал я, – вся твоя философия – не более чем попытка сохранить целостность своей картины мира в условиях, когда мир уже давно ушёл вперёд. Ты очень похож этим на старателя – такой же мудак, который имеет средневековое мышление и приносит людям вокруг только горе. Твои проповеди о том, должны ли герои вообще брать деньги и быть медийными личностями – напоминают бредни шизофреника, живущего в своём собственном мире. Беда в том, что многие японцы тоже живут в этом мирочке… – я важно хмыкнул, – ты всего лишь банальный шизофреник-убийца, который сам себе назначил право убивать других – все твои росказни о том, какими должны быть герои… идеалистическая картина атавизма и средневековья. Картина о рыцарских идеалах мальчишки, который так и не сумел повзрослеть мозгами.

– Убью!

Он бросился на меня – изуку заорал «ОСТОРОЖНО!!!» – и видимо, хотел предупредить о его причуде – но… Это будет проблематично – я бросил вперёд липкую массу-сеть – которая покрыла его меч и связала его с стеной – этот засранец тут же выдрал его из стены, но… меч зашипел.

Липкая масса содержала очень едкую кислоту, которая начала растворять металл, со страшной силой – и пористая структура позволила доставить к мечу поллитра кислоты. Оружие в его руках очистить от липучки с помощью взмахов не удалось – и он попытался ранить меня.

Не получилось – глухая полнотелая броня не позволила ему получить ни капли моей крови – меч завяз в моём плече, точнее, в жидком костюме на плече – и покрылся целиком, облепил его как следует – а сам бросил в него липкие нити – он уклонился от них и бросил свой меч.

– Ты жалок, – сказал я, глядя на него, – ты мнишь себя правильным – но на деле ты отсталый атавизм японского менталитета – пытающийся жить какими-то жёсткими установками. Ты как ребёнок, обнаруживший, что во взрослой жизни всё не так просто и радужно, и от этого сошедший с ума и психанувший.

– Заткнись!!! – заорал он, – я убью тебя!

– Заметьте – не я на тебя нападал.

Он бросился на меня со всей доступной ему мощью – и использовал вытащенный из-за пазухи нож – я отреагировал просто – бросился навстречу ему – моя сила в режиме венома огромна, защита тоже – а сверхсилой, кажется, он не обладает – я выпустил из ладоней липкие ленты, от которых он уклонился, и одним ударом заставил его полетать в стену – стену бетонную он не пробил, ударился и… опал на землю, крепко приложившись затылком.

Немедленно я сковал его ноги липкой массой – выпустив её из рук, как человек-паук свою паутину, и руки сковал вместе, приковав к ногам, в позе бублика, крест-накрест. Всё, теперь не уйдёт, скотина!

Удобная у меня причуда для связывания и обездвиживания.

– Изуку, ты цел?

– Да, но Иида ранен!

– Я… в порядке… – Иида Тенья наконец-то сумел подняться. Он держался за кровоточащее плечо, – причуда этого злодея обездвиживает.

– Да? Опасная причуда.

– А ты очень силён, – сказал с облегчённой улыбкой Изуку, – это убийца героев – очень опасный тип!

– Ну, ему не следовало на меня нападать, – пожал я плечами, – пойдёмте, я доведу вас до безопасного места.

– Не стоит, мы можем идти.

– Да на вас обоих живого места нет!

Веном сполз с моей головы, открывая лицо, выглядело это… жутко, довольно жутко.

Я среагировал замедленно – когда рядом появился Ному, и попытался схватить убийцу героев – развернулся и послал липкую ленту в него – Ному был безмозглой тварью, но всё же уклонился – это громадное человекообразное существо почти уклонилось – липкая лента мгновение – и разделилась на сотни ленточек поменьше – выстреливших во все стороны и опутавшая Ному. Эта тварь запуталась и попыталась высвободиться – но тщетно. Прочность этой ленты больше, чем у кевлара – она выдерживает сотни тонн нагрузки – и опутан он как паутиной такими нитями. Структура материала укреплена причудой, плюс я поработал над химическим составом и наноструктурой своих сетей – благодаря работе с Незу – директор подсказал идею, я создал нанокомпозит. Управление структурой причудного липкого материала – очень полезная функция!

На всякий случай – связал ещё и убийцу героев, остаток его меча – подобрал. Осталась только рукоять и обломок лезвия.

– Пошли, – я поднял за грудки убийцу героев, и залепил ему рот – чтобы не трындел много. Закинул его на плечо и потащился на выход. Ному оставил позади – я уже знал, что это биооружие, а не люди – и на них мой гуманизм не распространялся. Поэтому эта тварь была сдавлена лентами, мгновенно сократившимися – и раздавлена на куски.

Снаружи был полный хаос – пожары, раненые, злодеи – в лице ному, и герои, подоспевшие. Я склеил ноги бросившемуся придурку Мидории – и тот распластался на земле, пропахав носом асфальт.

– Придурок, ты куда ломанулся?

– Но им нужна наша помощь! – эмоции из него так и пёрли.

– Ты не профессиональный герой, и помогать не имеешь права, так что оставь это профессионалам. Да и Мидория, ты так хреново контролируешь свою причуду – что я бы сказал, помощь нужна тебе. Желательно, помощь хорошего учителя!

Один из Ному ломанулся к нам – по небу – клон заметил его и развеялся, предупреждая меня – я обернулся и бросил в него паутино-ленту – большая сеть из тонких липких нитей. Тварь влетела в неё, как рыба на нересте – в сеть рыбака – и крылья её тут же спутались, оно рухнуло на землю.

– Ты ведь применяешь причуду! – обвиняюще сказал Иида.

– Это не люди, это раз – и оно на меня нападало – это два, – наставительно сказал я, – если не хотите, чтобы вас потом таскали по полиции и судам – действуйте как положено. Помогайте людям добрым словом!

– Развяжи меня уже! – Деку обиделся, – я всё понял, понял.

– Хорошо, что понял.

Я снял с него причуду – захотел и она сама распалась, превратившись в желе. Мидория поднялся на ноги.

– А костюмчик то у тебя херня какая-то, – хмыкнул я, глядя на него.

– У самого не лучше.

– Я костюмов не ношу – это прекрасная высокотехнологичная броня, созданная из моей причуды, – стряхнул я невидимую пылинку с плеча. Однако, так как на плече лежал злодей Пятно – стряхнулся он, и злобно зыркал на меня.

– Ой, сорян. Эй, Старатель!

К нам спешил громила в огне – он выскочил из-за угла, и увидев нас, тут же с неприязнью посмотрел на меня.

– Геройствовать вздумал?

– Неа, оно само на меня напало. Шизофреник, дурачок местный, погоняло Пятно, – я поднял его, – вроде как злодей.

– Разберёмся. Давай его сюда и выводи своих друзей подальше, – он схватил злодея, так, что легко перекинул себе на плечо и утащил в сторону автомобиля.

– Ты стажируешься со Старателем!? – удивился Изуку, – неужели…

– Незу заставил, – вздохнул я, – но Старателю я мозги смачно пополоскал, хе-хе, – гадко рассмеялся я, – человек с глубоко средневековым менталитетом, от чего и сам всю жизнь страдает, и семью свою замордовал. Нет бы просто и без затей работать и становиться лучше – ему постоянно нужно что-то… вот я его и перевоспитываю!

Изуку уже был немного ранен – рука, нога, видимо, его порезал этот шизоид. Иида тоже был ранен – а битва вокруг нас утихала – Старатель постарался – Ному уже кончились – и в основном проблему представляли пожары.

Я создал клона и тут же его развеял – передавая другим клонам команду – всем развеяться, и передавая команду одному спящему клону.

– Пойдём отсюда? – спросил Иида, которого под плечо держал Изуку.

– Подождём транспорт.

И мы стали ждать. Изуку мялся, порывался броситься спасать – но я его останавливал – вскоре прибыла скорая помощь – люди в касках и жилетках, на минивене скорой помощи – бросились в нашу сторону. И других погружали в машины, тут же включая сирены и уезжая – сейчас они занимались скорее эвакуацией и оказанием первой помощи на месте. Одна девушка в костюме скорой помощи подбежала к нам:

– Тут раненые? – тут же заметила Ииду и его кореша-индейца, и последнему нужна была помощь больше, чем нам всем – девушка положила его на землю и начала работать.

– Мисс, я могу чем-то помочь?

– У вас есть целебная причуда? – спросила она, повернувшись. Красивая! Милашка похлеще Урараки.

– Не совсем – моя причуда позволяет синтезировать химические вещества, в том числе лекарства. Я могу ввести их в кровь, свою или чужую, без проблем.

– Нужных лекарств у нас хватает, – она расстегнула костюм индейца, – спасибо за помощь. Ещё помощь нужна?

– Да, Иида, вот этот пацан в костюме, ранен в плечо, а у парня в зелёном – шило в жопе и пара царапин. Шило уже извлекли, царапины сами зарастут.

– Всё равно нужно в больницу, – упрямо сказала она.

Раздался гул над нами – и шум непривычный, басовитый, с лёгкими нотками стрёкота – через мгновение из-за крыши дома вылетел и пронёсся над улицей, мой квадрокоптеровертолёт. Большая такая туша, он завис над нами и начал медленно опускаться на улицу, поднялся страшный ветер, сносящий с ног. Ииду я поддержал.

– Девушка, если этого индейца нужно доставить в клинику – предлагаю воспользоваться услугами аэрофлота.

Вертолёт приземлился рядом и открыл заднюю аппарель – грузовую, через которую был вход в салон.

– Ээээ! – Изуку удивлённо уставился на него.

– Пошли. И этого индейца прихватим с собой, а то бедняга не дотянет до госпиталя, пока его по пробкам довезут.

Я создал четверых клонов, которые тут же сформировали из причуды – удобные носилки, переложили на них индейца, и строевым шагом занесли его внутрь вертолёта. Мидорию и Ииду я потащил за собой – и вскоре запрыгнул прямо к нам учитель Мидории – сухой низкорослый старичок – росточком он с меня был, где-то. Стоило мне зайти на борт – вертолётокоптер закрыл аппарель и автопилот-ИИ повёз нас в госпиталь. Девушка-санитарка тоже полетела с нами – точнее, со своим пациентом. Его уложили на диван, а Изуку и Иида уселись в кресла – старичок тоже.

– А нынче герои любят летать с комфортом, – сказал он, улыбаясь, – зови меня Гран Торино.

– А я Минору Минета.

– Тот самый Минору Минета? Знаменитый художник?

– Вы знаете меня?

– Да, видел пару картин в интернете, – кивнул он, – куда мы летим?

– В госпиталь.

– Ты не пострадал? Нигде не болит?

– Нет, к счастью, моя причуда отлично меня защищает.

Иида и Мидория – с несколько ошалевшим взглядом – смотрели на интерьер салона моего вертокоптера – у них были столики, кресла, комфорт. Даже мини-бар был – и я им тут же воспользовался – пошёл через весь салон, открыл в перегородке створку мини-бара – и извлёк из холодильника виски джек дениелс, несколько больших бокалов, закуску, и вернувшись, разлил всем по несколько глотков, добавив щедро льда.

– Алкоголь? – Иида, как самый правильный, возмутился, – но нам же нет двадцати одного, это неправильно!

– Иида, заткнись, пожалуйста, кондиционер не справляется с твоей духотой. А теперь бери и выпей. До дна и залпом.

Я подвинул ему бокал виски со льдом. Иида посмотрел на Гран Торино – но тот подтвердил:

– Хорошая идея, можно и мне бокальчик?

– Конечно!

Налил и Изуку – он хлопнул бокал вискаря легко и непринуждённо. После прошлой попойки Изуку уже перестал сильно сопротивляться и повторять, что ему нельзя – выхлестнув бокал, он как-то слегка окосел, и шумно выдохнул.

– Закусывай, закусывай, парень!

– Ага.

Иида выпил, поморщился.

– Ну и гадость! Ох…

– Алкоголь после нервных потрясений полезен, – сказал наставительно Гран Торино, – помогает расслабиться. Главное не напиваться.

Сам про герой цедил вискарик по глоточку, наслаждаясь вкусом.

– Ох, – Изуку был слаб к алкоголю – его качало очень быстро, так что он покачнулся, щёки покраснели. Иида оказался ещё слабее Изуку – и его взгляд быстро потерял фокусировку.

– Ага, – поддакнул он, – правда расслабляет.

– А ты?

– А нам, алкашам, не страшно, – я выпил стакан, – ох, хорошо пошла! И огурчик…

– Я не знал, что у тебя есть свой вертолёт, – сказал Изуку, резко став более спокойным и говорливым.

– Это случайно вышло. Я создал клона, когда думал, что купить его – хорошая идея. Я потом передумал, а клон купил. Кстати, на почти все оставшиеся у меня деньги после той халтуры с супергеройским кино и продажей картин. Квартиру в городе, особняк за городом и вертолёт.

– Оооо, – протянул Изуку, – ты богат!

– И не говори.

– Зачем тогда тебе вообще становиться героем? – спросил Гран Торино, – ты успешный художник, у тебя есть деньги, к чему тебе вот это всё?

– Не знаю, наверное, в жизни не хватает чего-то. Жизнь слишком скучна и обыденна.

Мы зашли на посадку.

– Что-то далеко летели, – Гран Торино прильнул к окошку.

– Не во всех госпиталях есть посадочные площадки для вертолётов, – пояснил я, – самое время передохнуть. Я помогу, – создал клонов, которые тут же пошли этапировать индеец-куна на носилках.

Вот так всей компанией мы вышли через задний выход, стоило только двери открыться – и тут же попали в заботливые лапки целителей. Люди в белых халатах немедленно пошли осматривать пострадавшего – и схватив Ииду – даже пикнуть не дали Изуку – затащив его за собой вниз.

– Я здоров, – покачал я головой.

– Это не важно, вы подверглись воздействию чужой причуды. Пока мы не будем уверены, что вы не пострадали – не можем вас отпустить.

– Лучше с ними не спорить, – шепнул Торино.

– Хорошо, – вздохнул я, – так и быть. Тогда мне хорошую палату и медсестёр посимпатичнее. И я вещи заберу.

В вертолёте я забрал вещи – денег пачку, и обнёс мини-бар, забрав оттуда две бутылки виски, бутылку вина, закуски и прочие прелести жизни одинокого художника. Благо, что шмон на входе в палату не устраивали – осмотрели меня самого, выдали больничную пижаму – и так как была ночь – оставили спать. А ещё подселили мне Изуку и Ииду – Торино, пользуясь своей причудой – сбежал, а красивая медсестричка, которая с нами прилетела – исчезла, как и Индеец узкоглазый. Видимо, у него дела были плохи, и его в обычную палату не положили.

Нда… мне доводилось когда-то раньше – не помню, когда и где – лежать в больницах – это крайне унылое времяпровождение. Ну, до изобретения мобильного интернета! Теперь же – когда все ушли – я достал из под кровати пакет с алкоголем и закусками.

– Я требую продолжения банкета!

– Смилуйся, врач и без того на нас косился! – воскликнул Иида, – Я не буду пить.

– Не отказывайся, нас тут как раз трое. Самое время выпить за успешное ваше выживание.

Бутылка недорогого, но сносного виски джек дениелс – была откупорена и парни переглянулись.

– Что-то я… не хочу.

– Я один всё не выпью.

* * * * * * *

Проснулись мы все трое утром, в прескверном настроении – разбудил нас доктор, который делал обход – и войдя в палату – тут же раскричался. Изуку схватился за голову:

– Аййй! Болит!

– Конечно болит, дурень, откуда у вас… вам нельзя, вы ранены! – доктор был в ярости, он схватил бутылку, на дне которой плескались остатки.

Я пока синтезировал себе обезболивающее и сделав из него таблетку – проглотил.

– Что это вы пьёте?

– Обезбол. Ну, похмелье не настолько сильное – не знаю, почему Изуку так слаб к алкоголю, – я аккуратно прищурился, посмотрев на двух докторих – молодую и немолодую, за спиной доктора. Молодая – видимо совсем зелёная – зато красивая… Она как-то поёжилась при моём взгляде.

– Извращенец.

– Ну что вы, не извращенец, а обладатель хорошего вкуса, прекрасная леди, – постарался я оправдаться, – будем знакомы, я Минору Минета.

– Э…

– Хватит флиртовать с персоналом, – Доктор на меня посмотрел убийственным взглядом, – пускать вас в палату было большой ошибкой. А теперь не мешайте делать мне мою работу!

Ииде назначил он рентген, МРТ, таблетки, капельницу, а Изуку – отделался зашиванием вчера наспех перевязанной и заклеенной пластырем раны, которое сделала пожилая врачиха.

– А вы… – он на меня посмотрел убийственным взглядом, – не пострадали?

– Неа, но меня всё равно сюда положили. Хотя я был против.

– Пострадали вы или нет – это не вам решать, – доктор поправил очки – на нём были очки, но так органично смотрелись, что я их даже не заметил особо, – раз у вас алкоголь в крови – назначу ка я вам клизмы!

У меня дёрнулся глаз.

– Н… ненадо.

– Надо.

– Ну пожалуйста!

– НАДО!

И развернувшись, ушёл.

Сбегу. Как есть сбегу – никто меня не остановит.

* * * * * * *

– Гаф, вы не должны были вмешиваться. Мы благодарны вам за то, что вы поймали злодея, но ваше вмешательство – противозаконно… Поэтому вам лучше молчать про то, что злодея поймали вы. По официальной версии – это сделали герои.

– Это кто ещё тут вмешивался? – раздался голос от двери.

Да, это детектив Гаф, он же собакоголовый – пришёл к нам, чтобы объяснить, что мы молодцы – но не должны возникать и нужно сидеть тихо. На каждую хитрую собачью морду – найдётся свой ошейник. В данном случае – роль прекрасного ошейника и крепкого поводка выполнял пожилой мужчина японской наружности, в пиджаке, очках, от вида которого веяло, что он высокооплачиваемый уважаемый человек.

– Кто вы такой?

– Эйчиро Томояки, адвокат мистера Минеты, – сказал он, – вижу, детектив, вы в своём репертуаре. Ай-яй-яй…

– Эти молодые люди вмешались в битву со злодеем и нарушили закон!

– Очень хорошо, – сказал Адвокат, – надеюсь, у вас есть доказательства, что именно они напали на него?

Позиция полиции была немного ослаблена. Но держала оборону. А Эйчиро Томояки – решил потрошить.

– Как вам известно, допрашивать и опрашивать несовершеннолетних не в присутствии их родителей или законных представителей – противозаконно. Я что-то не вижу здесь родителей ребят.

– Я не провожу допрос, просто зашёл сказать, что им ничего не грозит.

– Не грозит? – адвокат стал похож на гончую собаку, вцепившуюся в шею подстреленной утки, – мои подзащитные подверглись ужасному нападению, едва выжили, умудрились при этом поймать злодея – прошу заметить, не нанеся тому серьёзных травм – а вы решили обрадовать их новостью, что родное правосудие не будет их преследовать за то, что они выжили? Какая щедрость со стороны закона! И вы потребовали от них солгать прессе – это уже серьёзно.

Пёс-детектив был обескуражен напором, тут то адвокат и разошёлся не на шутку:

– Минета-доно, вы нападали на злодея, именуемого пятном?

– Нет, он напал на меня первым.

– Вы пришли искать его?

– Нет, что вы, я пришёл искать своих друзей – Изуку и Ииду – ну а злодей уже был там.

Собакен совсем приуныл.

– Мой подзащитный утверждает, что он не нарушал закон – что вы ему инкриминируете? Применение причуды для самозащиты? Или, может быть, вы хотите заявить, что убийца героев, убивший уже немало профессиональных героев, не представлял для них никакой опасности?

– Всё равно они применили причуды.

– Это не противозаконно, – хмыкнул адвокат, поняв, что победил, – особенно если имеет место самооборона, особенно если злодея обезвредили без нанесения ему серьёзного вреда. И тем более – если нападавший был опасен для них. Вам банально не хочется признавать, что злодея, за которым вы охотились – поймали студенты.

– гаф, нет, конечно нет!

– Тогда в чём причина такой пристрастности? – уточнил адвокат, – хотя постойте, я кажется, начинаю догадываться… – он сделал картинную позу, – Герои сели в лужу, да? Из-за опасности Пятна никто не захотел за ним охотиться, вот он и пользовался их страхом и нежеланием заняться делом. Они предпочитали безопасные и простенькие дела, которые позволяют попозировать на камеру – а не сражение с убийцей героев, а теперь, когда проблему решили простые студенты юэй – признаваться в собственной трусости им не хочется.

– Гаф, всё не так!

– А как? – Адвокат посмотрел в его собачьи глаза, – безнадёжно. Ребята сделали работу героев и полиции, и об этом уже стало широко известно, – адвокат сложил руки на груди, – благо видеозапись инцидента была выложена в сеть в прямом эфире!

– Как, гаф?

Я ухмыльнулся. Клон с камерой – был неподалёку и снимал всё происходящее – включая наш разговор и бой с Пятном. Я предусмотрел такую вещь, как регистрация своего героического подвига – это позволило избежать ответственности.

– Разве вы не знали? Уже на первых полосах крупных каналов – новость о том, что мой подзащитный победил Пятно, и государство это решило скрывать. Вы лишь добавляете масла в огонь. Я понимаю, – примирительно сказал адвокат, – мой подзащитный не раз выступал с критикой законов о причудах и профессий героя, но так откровенно палиться в попытке стереть его имя из новостей – это уже слишком, следовало бы принести ему извинения за попытку манипуляции прессой.

– Э… Хорошо, прошу прощения.

Собакоголовый быстро ретировался. А адвокат, поправив галстук, посмотрел на меня.

– Вы неплохо справились, – кивнул я ему.

– Поверить не могу, что полицейский пришёл вам угрожать и шантажировать, требуя отказаться от совершённого! – возмущённо сказал он, – это может быть поводом для серьёзного судебного разбирательства!

– Нет, пока нет, – остановил я его, – сейчас это выставит меня не в лучшем свете. Да и тащиться в суд по каждой мелочи… против моей же собственной философии. Так что никаких судов – пока не нанесут серьёзного ущерба!

– Как скажете, если передумаете – дайте мне знать.

– Хорошо, конечно же.

Адвокат ушёл. А я вот решил, что с меня хватит – удерживать меня здесь против моей воли они права не имели – я вообще остался тут ради друзей, ну и переночевать негде. Поэтому встал с кровати, потянулся.

– Ну-с, друзья мои, на этом я вынужден откланяться!

– Что? Ты уже решил уйти? Тебя же не выпустят.

– Я сбегу, – пожал я плечами, – ведь я не ранен, и вообще никак не пострадал. Причуда того идиота на мне не подействовала, так что я цел и здоров.

Изуку впервые задал логичный вопрос:

– Но как ты сбежишь? Охрана тебя не выпустит.

– Окно в палате есть, – посмотрел я на окошко, – и оно, кажется, даже открывается. Правда, тут нужен ключ… Сейчас, мастер-класс.

Я создал своего клона, который тут же развернулся и залез на кровать. А сам, подойдя к окну, заставил часть причуды стечь с пальца и залезть в замочную скважину нашего окна. Она легко затекла внутрь и повинуясь моей команде, приняла форму ключа, вытолкнув эти, как их там называют, штифты, или что ещё. Лёгким движением руки замок щёлкнул и окошко широко открылось.

– Ну, встретимся в Юэй, друзья мои.

– Хорошо. А… – Изуку посмотрел и у него дёрнулся глаз, когда я залез на подоконник, и легко прилепил пальцы, покрытые тёмной материей причуды – к стене больницы. И на ногах тоже создал слой – дальше было просто. Шаг вверх левая нога, правая рука…

Лезть было легко – как по обычной лестнице, если создать из причуды специальный твёрдый каркас, руки легко прилипали к стенке и отлипали по моему желанию – ноги тоже, чтобы не сорваться, я использовал широкий захват, прилепляясь к большому слою штукатурки. Это в кино человек-паук мог по любому дому лазить, игнорируя законы физики – на практике, если прилепить человека к непрочной штукатурке ещё можно – то отвалится он легко, вместе с ней.

Поэтому я использовал широкие мягкие площадки, и поднимался шаг за шагом. На следующий этаж, потом ещё один, легко закинул наверх длинную ленту, липкую, и сократил её, она как искуственная мышца, или даже поршень – подняла меня наверх, прямо к ограждению крыши.

Вертолёт никуда не делся – стоял на большой вертолётной площадке, и я, перемахнув через ограждение, пошёл к нему, открыл дверцу, создал клона-пилота, и приказал искуственному интеллекту:

– Пилот, летим домой, мне нужно переодеться!

Ага, и перестать летать на вертолётах над городом. Когда шасси оторвалось от площадки – я наконец-то почувствовал, что побег из курятника получился удачным…