Друзья, каак и обещал. Эта глава не такая большая, оставлено ещё на субботу чтобы было - ведь в субботу традиционно у нас прода.
____________
В итоге пошли мы с Поттером, и Гермиона – а вот Шарлотта и Джим решили остаться в доме и не мешать – они конечно могли бы поучаствовать, но оба устали после вчерашнего события.

Оно было чертовски опасным для всех, общество пока ещё только очухивалось от произошедшего. У волшебников убивать друг друга мягко говоря не принято – это регулярно происходит, но всё равно – не как у маглов, где тоже мочить друг друга не принято.

Волшебники чаще решают вопросы дуэлью, поэтому террористические методы пожирателей были для всех вновинку. И формально пожиратели не вторглись никуда за пределы Англии, и новый министр получит смачный пинок за организацию мер безопасности. Они были ужасные – если бы не мы, атаковавшие пожирателей смертельными ударами – то ситуация могла выйти из под контроля.

Мы с Гарри вышли по тропинке, проложенной магией в направлении двора – участок у Поттера был большой – возможно, здесь когда-то даже что-то выращивали, земля волшебная ведь и здесь можно разбить прекрасный огород для растений – возможно, кто-то из поттеров-зельеваров когда-то здесь выращивал свои драгоценные растения.

Тропинка была прямой и вела в дальнюю часть поля. Домовой эльф, когда появился, тут же взялся за свои обязанности – и заросший травой и сорняками участок быстро приводил в порядок, при помощи магии.

Что Гарри и говорил Гермионе, когда они топали за мной.

– Это же рабский труд! – возмутилась Грейнджер.

– Немного, – пожал плечами Поттер, – но эльфам, кажется, нравится.

– Гарри, это… недопустимо!

– Допустимо, – я решил в зачатке погасить её позывы к социальной справедливости, – эльфы – магические существа, мисс Грейнджер, не стоит проводить для них магловские аналогии. Они чрезвычайно выносливы, сильны физически, и очень легко колдуют – для этого им не нужны заклинания и палочки. И если вы не заметили – эльфы есть только в тех семьях, которые имеют родовой алтарь. Они подключены к источнику магии – они черпают своё волшебство у волшебников. Эльфов не разводят, как рабов – их призывают служить. И они приходят из тех далёких миров, в которых обитают.

Гермиона на меня покосилась.

– Эльфы пришельцы?

– Да, как и многие другие волшебные существа, мисс Грейнджер. Мир не ограничен трёхмерной вселенной, разные её измерения так же обширны, как и космос. Домовые эльфы приходят в наш мир, получают источник магии, но при этом они связаны нерушимым контрактом с тем, кто их призвал. Эльфов нельзя передарить, продать, можно освободить – в таком случае эльф поживёт ещё немного и умрёт от нехватки магии. В насыщенных магией местах, вроде Хогвартса, свободные эльфы могут прожить чуть дольше – несколько лет. Без этого они могут умереть только если хозяева так захотят, или если род зачахнет и в его алтаре не будет достаточно магии.

– Как… жестоко.

– Это более чем нормально, мисс Грейнджер. Вот мы и пришли. Итак, Гарри, мой юный друг, – улыбнулся я, – в последнее время мы столкнулись с пожирателями смерти, а ещё говорят, что стали более явными тёмные метки у пожирателей смерти. Это значит лишь одно…

– Волдеморт, – утвердительно сказал Гарри.

– Да, Гарри, именно он. Так что я спрошу тебя – что ты будешь делать, если окажешься с ним лицом к лицу?

Гарри задумался, видимо, перебирая возможные варианты.

– Ну?

– Постараюсь не помереть.

– Отчасти верно, – кивнул я, – но главное для тебя – это сбежать. Любой ценой дать стрекача и не позволить ему тебя ухлопать – а он может. Волдеморт очень силён, говорят, он сильнейший тёмный маг – но это не так. Я тоже тёмный маг, и я сильнее – Дамблдор… возможно сильнее, возможно и нет. Волдеморт связан с тобой, Поттер – поэтому он будет жаждать убить тебя.

– Связан? Крестража больше нет, профессор.

– Верно, но эта связь более… эвфемерная. Не то чтобы он всё бросил и рванулся тебя убивать – но не жди, что он забудет про тебя, о нет, Поттер, не забудет. Поэтому если ты когда-нибудь встретишься с ним, или с его верными шавками – сильными тёмными магами и опытными дуэлянтами – то беги. Бросай всё и всех – и убегай.

– Я так не могу, профессор, – сказал Поттер, нахмурившись.

– Придётся. Ты смертен, Гарри, более того – ты ещё слаб, чтобы участвовать в настоящих боях с пожирателями смерти. Ты неопытен, необучен, твоя подготовка… даст результат – но не сразу. Не сегодня и не завтра, ты станешь сильным – но для этого… придётся трудиться ещё больше. Намного больше! И первый навык – это сбежать, ты должен уметь сбегать – чтобы избегать битвы там, где тебе не выиграть. Запомни это!

Я прошёлся перед ним.

– Славные истории про рыцарей и честь – придумали маглы в восемнадцатом-девятнадцатом веке – когда была эпоха романтизации средневековья. Рыцари были совсем не такие крутые романтичные образины. И ты не рыцарь, который должен всех спасать, в любую ситуацию вмешиваться, всем помогать, так ты только погубишь себя. Иногда лучше сообщить о проблеме другим и уйти в сторону, а не лезть самому решать то, что должны решать другие. Не ты.

Гарри смущённо молчал.

– Так о чём это я... главное умение любого мага – это быстро бегать и ускользнуть из любой опасной ситуации. Сбежать, свалить, дать по тапкам, стрекача. В бой можно вступать только тогда, когда ты уверен в победе – это не спорт, где проигравший просто отделается позором – это битва насмерть – проигравший умрёт. И осознавая это – ты должен соблюдать меры безопасности – это не игра, это смертельная битва.

– Я понял, профессор.

– Раз понял, то давай начнём с того, что будем учить тебя главному умению мага – ты должен будешь убежать. Ну а волдеморта буду изображать я! Причём приготовься, я буду бить не то что насмерть – но мощными проклятиями, и действовать как противник с подавляющей силой. Никаких шансов на победу. Вообще. Попробуешь?

Поттер кивнул.

– Хорошо. Разберём способы побега, – я вынул палочку, – во-первых – это навык аппарации. Он работает только там, где нет хорошей защиты – но особенно сильные волшебники, хорошо знающие, как работают чары защиты и освоившие аппарацию мастерски – могут преодолевать защиту от аппарации. Но не все и не всю. Главный способ побега – это переместиться магически туда, где враг тебя не достанет – существует аппарация, трансгрессия, портключи, способы экзотического перемещения – например, позвать своего домовика и попросить его унести тебя прочь, или использовать звериную аппарацию магических существ – таких как фениксы. Твой амулет, – я заложил руки за спину, – он сделан с функцией преодоления защит и ограничений – он может выдернуть тебя при смертельной опасности даже из Хогвартса или Гринготтса. Его чары сделаны специально так, чтобы преодолевать барьер с помощью силы алтаря твоего рода. Это ещё один путь преодоления защиты.

…

Поттер кивал. Грейнджер… записывала. В блокнотик.

– Защиты от аппарации бывают разные – простенькие чары – просто мешают самому процессу аппарации. Более продвинутые чары – способны заблокировать часть пространства с помощью табу, например – запрещая определённое действие. Самые сложные чары – изменяют пространство так, что аппарировать внутри невозможно – изнутри наружу и снаружи внутрь тоже. Это мощная защита. Но любую из этих защит можно преодолеть двумя способами – искусностью или проломить силой. Так уж получилось, что идеальной защиты не существует, как и идеального способа её взлома. В критической ситуации ты можешь позвать своего домового эльфа – их способности к обходу защиты от аппарации очень хороши. Почти нет мест, куда не мог бы переместиться домовик. Аппарировать учат на пятом курсе, и это требует лицензии министерства. Причина в том, что аппарация опасна – волшебник может расщепиться в процессе – чаще всего с не смертельным, но очень травматичным исходом. Хотя бывали и смертельные случаи.

Гарри сглотнул.

– Считается, что дети слишком юны и неопытны, чтобы ответственно отнестись к такому умению – и могут травмировать себя и других – и слишком… эм… слишком не сконцентрированы – несерьёзны. И это так! Юноши и девушки часто ведут себя как бессмертные, не думая о последствиях. Баловство, шаловливость, извечное «авось пронесёт» и самоуверенность – так и прут из всех щелей. Далеко не все взрослые волшебники любят аппарировать – иначе не существовало бы каминной сети, например, и ночного рыцаря… Второй способ сбежать – это твоя метла.

Если нельзя аппарировать – то запрет на полёты установить неимоверно сложно – чаще всего метла – это надёжный способ свалить откуда угодно. Летать можно и в Хогвартсе, и внутри Гринготтса, да везде, по сути.

Гарри задумался.

– Метла – не гарантия безопасности, конечно – но это быстрый воздушный транспорт. Компактный, удобный, и главное – надёжный. Но в воздухе тебя могут догнать – воздушные баталии между волшебниками тоже случались, и не раз. Квиддич – как раз про такие вещи, хорошая тренировка. Ещё один способ ты мне назови.

Гарри задумался. Крепко.

– Я не знаю, сэр.

– Гермиона, может, ты скажешь?

– Мантия-невидимка? – спросила Гермиона, – если нельзя аппарировать или улететь на метле – можно спрятаться.

– Бинго! Заклинания невидимости и маскировки, вроде той же дезиллюминации, – я провёл ладонью по своей одежде и наложил дезилюминационное заклинание.

– Вы можете меня видеть, но очень плохо. Это оптическая магическая маскировка, адаптирующаяся к окружающему пейзажу. Это заклинание не даёт полной невидимости, но вам будет куда сложнее меня обнаружить, если я замаскируюсь. Впрочем, гоменум ревелио это не обманет – как не обманет и острое восприятие сильного волшебника – поэтому надеяться на то, что вас не заметят – не стоит, а вот что противнику будет чуть сложнее на вас сфокусироваться во время боя – вполне вероятно. Ему будет сложнее попасть – а вам легче уклониться, – я легко снял маскировку, – впрочем, существует много других способов стать невидимым. В их числе – использование мантии-невидимки или зелья невидимости, волшебник может делаться невидимым сам, или делать невидимыми объекты и других людей – используя магию, лучше всего об этом написано в невидимой книге о невидимках – советую почитать. Если, конечно, вы сможете её найти, – улыбнулся я обворожительно, – вы всё поняли?

– Да, профессор, – Гарри шумно вздохнул, – я понял.

– Отлично. Кстати, Гермиона, – сфокусировал я взгляд, – А как там Молли Уизли и Рон?

– Э… После вчерашнего нападения? Я не знаю.

– Надо будет проведать их – они ведь толком не общались с Гарри – и по-моему, новый имидж мистера Поттера им совсем не понравился.

– Рон, он… э… – Гермиона замялась.

– Завидует? О, не стоит пытаться искать эвфемизмы – опытный легилимент не нуждается в чтении мыслей, чтобы знать, что чувствуют люди вокруг и о чём они думают. Мистер Уизли почти полностью отдалился от Гарри, видимо, обиделся за то, что его не поставили в известность. Молли… пока что вы с ней не очень часто сталкивались – но берегитесь – она может крепко сесть тебе, Гарри, на уши.

– Я учту это, сэр.

– Приступим к тренировке. Конечно же, просто повторять до тех пор, пока у вас не получится – можно, но это займёт непозволительно много времени – поэтому начнём с отработки главного – уклоняться вы научились – теперь заклинание дезилюминации!

* * * * * *

Люциус Малфой сидел в своём особняке и крепко пил. У него не получилось. Его гениальный план сорвался – он нашёл лучших волшебников, способных убить Волдеморта. Не он один поставил на них многое – но эти волшебники помимо денег требовали много чего ещё – и согласились грохнуть Тёмного Лорда – когда тот вернётся.

План был очевиден – поначалу Реддл казался им удобной фигурой – но постепенно правила игры начал задавать уже он. Его исчезновение встретили с радостью большинство его бывших сторонников. Они были не против самой организации – они хотели, чтобы власть принадлежала им, а не какому-то психопату. И для этого нашли сильнейших волшебников, готовых убить Тёмного Лорда, вчетвером. У Реддла не было и шанса выжить. Было бы наивно полагать, что Люциус и его коллеги по опасному бизнесу не стали бы искать способа выйти из под тирании Тёмного Лорда – Малфоя вполне устраивало его нынешнее положение – хотя и приходилось постоянно его поддерживать щедрыми пожертвованиями и взятками.

И вот его личная месть – он попросил их убить одного засранца – потренироваться, но всё пошло не по плану. Четверо сильнейших в мире волшебников – были убиты, а использованная магия была настолько тёмной и сильной, что отдел тайн жужжал как растревоженный улей – даже Люциус, находясь в палаточном лагере вместе с сыном – почувствовал ужасающее давление магии…

Впрочем, последствия были куда более впечатлительными, чем он ожидал – когда он вышел посмотреть на место боя – и застал разрушенную землю, из которой сочилась тёмная магия, и огромную просеку в мили две длинной, шрам на земле, оставленный огнём невиданной силы – удар был настолько сильным, что испарил землю и лес.

В этом месте магия, казалось, закручивается вихрями в воздухе и сочится из воздуха, словно туман, поднимается вихрями и струится по земле, липкие миазмы тёмной магии ощущались так сильно, что у Люциуса быстро заныла голова и тёмная метка. В месте, где приняли смерть последние наёмники – магия и вовсе была такой концентрированной, что остатки щита и луча ещё появлялись в виде всполохов и вихрей – которые проносились по воздуху.

Люциусу было тяжело находиться в месте, настолько пропитанным тёмной магией – и он сбежал.

Настроение его упало ниже некуда – лучшие волшебники планеты, собранные для убийства Тёмного Лорда – не смогли справиться. И были убиты – использовав всю доступную им силу – не смогли.

Люциус пил запойно – жена ушла, план против Лорда провалился. Локхарт торжествовал – победив непобедимую четвёрку – а он остался в дураках.

…

* * * * * *

________

– Профессор, это невозможно, – Гарри развалился на траве, – вы всё равно слишком сильны!

– Что поделать, Гарри…

Попустить зазнавшегося в америке и после чемпионата героя – было необходимо, а то он какой-то стал… строить из себя взрослого, как будто уже всего достиг и стал дерзок и крут.

Нужно, нужно опускать молодёжь с небес на землю! А то Поттер стал напоминать мне Малфоя, а это нехорошо. Гарри быстро спустился с небес своих на грешную землю. Подростку видимо гормоны, секс, недавнее происшествие и убиенные им пожиратели – ударили в голову и он решил, что крут и теперь всё, взрослая жизнь началась. Ага. Счас.

– Я просто взрослый волшебник, Гарри, а ты ещё даже на четвёртый курс не поступил, – с улыбкой сказал я, – но даже будь ты взрослым выпускником только Хогвартса – тебе очень и очень далеко даже до уровня мастера – этого уровня большинство волшебников, достигших его, достигают годам к сорока-пятидесяти.

– И всю жизнь учиться?

– А как ты хотел, – фыркнул я в ответ, – учиться, учиться и ещё раз учиться! Как завещал нам один небезызвестный революционер. Ты справишься, продолжаем тренировки. А вот вам, мисс Грейнджер, не удастся колдовать так же легко, как мистеру Поттеру.

– Это почему? – возмутилась Гермиона, – я могу научиться!

– Совершенно верно, можете. Однако, мистер Поттер тренируется уже год, и начинать в вашем случае нужно будет с самых основ. Вам не грозит охота за вами волдеморта, поэтому нет смысла в подготовке бойца, ваш характер дерзок и авантюрен, но позже и вы понимаете, что зашли куда-то совсем не туда, куда следовало… – я посмотрел на неё с улыбкой, – не стоит искать приключения – они сами вас найдут. И вам не стоит лезть в драку вообще – незачем.

– Я ведь могу помочь Гарри!

– Чем? Мисс Грейнджер, лучшее, что вы можете сделать для мистера Поттера – это не лезть в авантюры и счастливо жить – а он справится, поверьте. Есть много куда более компетентных – и главное – взрослых волшебников, которые ему помогут, если в этом будет нужда. Ваше эмоциональное желание помочь другу похвально, но послушайте логику – не стоит ввязываться во всякое – есть другие волшебники, которые оттачивали мастерство владения магией дольше, чем вы на свете живёте – вот они могут помочь.

Гермиона надулась.

– Не стоит так дуться, я ведь сказал правду, – мило улыбнулся я ей, – учитесь хорошо – и стремитесь к знаниям за пределами школьной программы. Станьте мастером чар, например – вам, без доступа к каким-либо существенным частным библиотекам и без мастера-наставника, готового выучить вас на титул мастера – будет чертовски сложно пробиться в волшебном мире.

– Я это уже поняла, – буркнула Гермиона.

– Очень хорошо. Поттер, ты там как?

– Жив, – Гарри с трудом поднялся.

Я его не бил проклятиями и всерьёз – но обездвиживал всякий раз, когда он пытался сбежать – используя свою скорость и восприятие – то есть не сдерживаясь. Гарри не удалось улизнуть ни разу – хотя он пытался отвлечь меня, накинуть дезилюминацию, да и просто дать дёру – это не помогало. Никак.

Поттер всякий раз заканчивал связанным, что его бесило – мальчик наверное думал, что он уже познал все тайны магии и стал крутым – может одноклассников нагибать – но… Пора было спустить зарвавшегося юнца на землю. Поттер перестал быть каким-то… ломким, как раньше – поначалу вообще обморок ходячий – неуверенный, как будто ждёт, что на него накричат и мыслей умных от него не дождёшься – менялся, потихоньку. Даже подражал мне – что неудивительно.

– Я, наверное, пойду, – Гермиона поднялась с наколдованной скамейки.

– Мы тоже, не вижу смысла продолжать тренировку. Но не думай, Поттер, что это освободит тебя от тренировок вообще! Пока что подумаем, чего тебе не хватает и чем ты можешь удивить противника.

– И чего же, профессор? – спросил Гарри, снова проявляя свою фирменную неуверенность.

– Думаю, для начала тебе не хватает скорости колдовства. Ты колдуешь невербально, но медленно – по сравнению с вообще не развитыми волшебниками – конечно, ты очень неплох – но ты слишком напрягаешься. Магия для тебя это что-то удивительное и исключительное. Запомни, Гарри, магия видит и твои намерения, и твоё отношение. Магия вообще очень удивительная вещь – не думай, что выполнить пассы палочкой и сказать слова – достаточно, чтобы она сработала…

– Это ведь необязательно, профессор.

– Верно, но так же верно и то, что магия это твоё намерение. Чем быстрее ты мыслишь – тем быстрее твои заклинания – умение колдовать нужно оттачивать всю жизнь – довести до уровня рефлексов, мгновенных и молниеносных!

Я решил продемонстрировать ему и бросил пять заклинаний с минимальной задержкой в мишень, которую тут же и наколдовал – заклинания вылетели в течение полутора секунд, примерно.

– Видишь? Это то, чего можно достигнуть. Не сразу, за годы, десятилетия упорного труда – но можно. Для этого не нужен какой-то врождённый талант или дорогие ингредиенты. Твоё колдовство медленное, пока что – поэтому мы будем заниматься скоростью. Ты должен реагировать и посылать заклинания мгновенно! Или около того.

– Хорошо, профессор, – снова начал поламываться Поттер.

Не нравилось это мне – он ломается, словно его потряхивает и он крайне неуверен в себе – весь какой-то дёрганый, в асашай он вроде стал поумнее чуть-чуть, даже женился! По расчёту, конечно, но и по симпатии, если не любви, тоже – но всё же – это гигантский прогресс для Лорда Поттера – в плане расставания с прошлой, магловской жизнью и мировоззрением.

– Отдохнул? Тогда начинаем упражнения! Магия, Гарри, ощущает твои намерения как хорошо выдрессированная собака – точнее, твои намерения формируют её – если ты неуверен в себе, или творишь магию не будучи уверенным в результате – то и результат будет неуверенным!

* * * * * * *

_________

Гермиона ходила по комнате, меряя шагами комнату. Джим Чедвик сидел рядом и смотрел на то, как девушка ходит из стороны в сторону. Гермиона же мялась – ей было неудобно.

– Да всё будет нормально!

– Я не сомневаюсь, но я не уверена, что моим родителям можно что-то объяснить, – сдалась девушка, – они ведь маглы!

– А, ну и что?

Джим представил новую проблему – раз уж у него серьёзные намерения – то нужно их реализовывать. Джим по маме был из индейцев, папа обычный белый американец – но всё равно, матушка свято хранила индейские традиции магии – шаманизма и ритуализма. Гермиона сдулась.

– Хорошо, я поеду с тобой.

Тут как раз вошёл профессор Локхарт – как обычно довольный жизнью и собой.

– Что-то случилось, молодёжь?

– Джим пригласил меня в америку, – обернулась к нему девушка, – профессор, как думаете, стоит поехать?

– Конечно, стоит. Времени до Хогвартса ещё достаточно. А что такое?

– Да так, – Гермиона замялась, – я просто не уверена, что нужно так скоро представляться родителям Джима. Мы же недавно познакомились!

– Химия между вами очевидна, – профессор обошёл стол, – и потом – никто на тебя давить не будет. Моё мнение – съездить нужно. Посмотришь на родителей своего парня, познакомишься…

– Но это серьёзно, тем более Джим предлагает провести какой-то брачный обряд.

– По традициям народа моей матушки, – сказал Джим.

– О, как любопытно! Свадьба! Надеюсь, я буду приглашён?

– Конечно, профессор!

– Отправляемся в асашай? – спросил Локхарт, – я могу аппарировать туда.

– Это невозможно, – возмутился Джим, – никто не может аппарировать так далеко.

– Правда? А я и не слышал, что это невозможно.

Локхарт взял за плечи молодёжь и всё же аппарировал. Гермиона только и успела, что ойкнуть – как все оказались в Нью-Йорке.

– Дальше доберёмся местными портключами. Мне нужно зайти в МАКУСА, чтобы решить кое-какие свои проблемы, так что извиняйте, молодёжь! – похлопал он по плечам.

– Мы с вами, профессор! – тут же встряла Гермиона, – вдруг потеряемся?

– Ладно, как пожелаете.

* * * * * * *

_________

Гермиона Джин Грейнджер была в лёгком шоке. Ну она могла ожидать всякого – сказки об индейцах и книжки о них же были ей хорошо известны – всякие шаманы, головные уборы из перьев и прочее, так что она могла ожидать оказаться в лагере индейцев – но последнее, что она ожидала увидеть – это жилой городок. Не такой, как в англии – здесь было много красивых домов – во вполне современном стиле. Америка была… страной со своей атмосферой – жилище же племени оказалось красивым маленьким поселением, в котором были современные дома из стали, стекла и бетона – единственное что отличало это место от современного элитного квартала в каком-нибудь пригороде богатого города – это отсутствие автомобильных дорог, знаков, светофоров и так далее.

Вообще, никаких автомобилей.

Знакомство с матерью своего нового парня прошло стремительно и она не успела испугаться – это была симпатичная и поразительно молодо выглядящая женщина – молодо это лет на двадцать, не больше. Женщина была не такой, как её собственная мать – она была доброй, улыбчивой, и очень обрадовалась, что сын нашёл себе девушку – чуть не расцеловала Гермиону – потому что кто-то же должен был найтись. После чего она утащила Гермиону за собой и начала допрос – пришлось выдержать серьёзные переговоры, рассказав о себе всё.

Потом пошли смотреть детские фотографии Джима…