Королева Линфеи разительно отличалась от королевы Луны, но в своем величии они были похожи, как сестры-близнецы.

Рэйчел восседала на троне из корней и цветов в длинном сиреневом платье. Многослойная асимметричная юбка спускалась полупрозрачными слоями к полу, оставляя возможность разглядеть силуэт тонких изящных ног. Ее руки скрывала такая же полупрозрачная ткань. Благородный сиреневый приятно оттенял оливковый оттенок ее кожи, а тёмно-фиолетовые волосы, заплетённые в высокую прическу, подчеркивали зелёные, как молодые побеги, глаза, которые смотрели на меня с обманчивой мягкостью и добротой.

Невольно сравнила Рэйчел с Кристал и поняла, что в принцессе куда больше тепла и искренности. Во всяком случае пока. А вот сходство Гелии с Рэйчел удивило. Конечно, речь шла не о кровном родстве, но теперь я не сомневалась, с кого он взял пример.

Я заглянула в характеристики королевы и прошлась по статам. Ожидаемо высокий уровень, хороший запас маны, класс феи природы и внушительный набор достижений, среди которых «Защитница-Мать Линфеи», «Ядовитый цветок» и… «Аномалия».

Я уже знала, что изменения в теле, инициируемые влиянием сердца планеты, можно было скрыть иллюзией или метаморфизмом. От того наличие достижения «Аномалия» наталкивало на интересные мысли о королеве.

— Ваше Величество, — сказала я, присев в привычном жесте.

Кристал лишь почтительно склонила голову.

— Для тебя Рэйчел, — ее голос напомнил шум ручья, — подойди ближе, дитя.

Королева Линфеи редко выбиралась в свет. Настолько, что мне не посчастливилось встретить ее хотя бы однажды. Но я слышала, что о ней говорят — неземная, возвышенная и пугающая.

Вокруг Рэйчел витала особая энергия — растения, свисающие с потолка огромного зала, тянулись к ее трону тонкими гибкими ветвями. Лианы, обвивающие колонны, тщетно вытягивались в попытке приблизиться к королеве. А тонкий слой мха собирался в ветвистый узор вокруг ее трона, словно в попытке спрятаться под подолом пышного платья.

— Я уже знаю, что ты желаешь получить взамен.

Ее подход вызвал уважение и одновременно обеспокоил. Принятое этикетом обязательство завязать короткий непринужденный разговор дарило иллюзию того, что собеседник к тебе расположен.

— Но прежде скажи, кого объявят твоим мужем через два дня?

Я удивилась. Отчасти потому что ушла в создание сосуда с головой. Да и будем честны, я гнала от себя мысли о браке с Тореном. В то же время я думала, что в приглашениях либо сразу объявят о моей паре, либо не упомянут вовсе, ограничившись лишь помолвкой Ская и Блум.

— За Торена.

— Дата бракосочетания уже известна?

— Нет, но король Эрендор настроен решительно.

Королева кивнула, будто заранее знала, что я отвечу.

— А ты хочешь этого?

— Нет.

Мы не были хорошо знакомы, но один тот факт, что из-за Торена я не поступила в колледж Линфеи, уже порядком отталкивал. Если он побежал к Эрендору только завидев меня на Линфее, чувствовать себя безопасно рядом с ним я попросту не смогу. Это не брак, а мучение. И дело не только в том, что Торен возьмёт на себя роль шпиона под моим боком. Нет, я боялась за свою жизнь.

К тому же о нем ходило множество слухов. Сын мятежного брата Эрендора и обыкновенный трус. Будь он таким же как отец… Но, увы, Торен попал под влияние Эрендора еще мальчишкой.

А как именно влияет король Эраклиона на неокрепший мальчишеский ум, я знала хорошо.

Нужна ли мне копия Ская? Вопрос риторический.

— Я тоже не желаю этого брака. Сотрудничество Линфеи и Айсиса возможно лишь при том условии, что официально мы сохраним нейтралитет. Но как это сделать, если в твоем дворце будет жить верный слуга Эрендора?

— Я найду как его приструнить. Если потребуется, заколдую.

Или упрячу в темницу и навешу на кого-нибудь артефакт с его внешностью. Это позволит выиграть немного времени. А если все будет совсем худо… Что ж, Торену стоит хорошенько подумать прежде чем меня провоцировать.

— И ты хочешь разделить власть с врагом?

— Не хочу, — процедила я. — Но выбора у меня нет.

— Выбор есть всегда.

— И какой же он у меня?

Кристал аккуратненько прокашлялась.

— Выйти за Гелию до того, как Эрендор заключит помолвку с Тореном.

Я не выдержала и обернулась.

— Что? За Гелию?

— Отчего нет, Диаспро? Разве он плохая партия? Или у тебя есть на примете кто-то другой?

Я повернулась к королеве. Та смотрела все так же — обманчиво мягко и спокойно. Но меня едва ли не передернуло.

Кристал подошла и положила руку мне на плечо. Я ее сбросила.

— Ты за этим познакомила меня с ним, верно? А Гелия именно поэтому искал со мной встречи? Как давно вы задумали нас поженить?

— Я понимаю, как это выглядит, но плана никакого не было.

Я хмыкнула. Как же! А все наше общение невероятное совпадение?! Прям-таки судьба!

— Зачем? Что вам даст мой брак с Гелией?

— Задел на будущее, — с легкой улыбкой ответила она. — Пускай наш союз крепнет и дальше. В знак своей благосклонности я подарю вам артефакт, которым мы пользуемся для зачатия ребенка с нужным магическим даром.

Отвратительное чувство. На одной стороне монеты — упрямство. За меня опять все решили. Причем даже не родители и Эрендор, а королева другого мира! Но на другой — холодная логика. Гелия кажется гораздо приятнее и безопаснее Торена. А артефакт бы решил проблему вымирания родословной Падпараджа. Независимо от моего выбора, мне выгодно, чтобы мои дети унаследовали магию минералов и мою внешность. И если артефакт поможет наверняка…

А если я смогу его скопировать и пустить в народ, то магия распространится среди по большей части немагического населения. И это тоже выгодно. В разумных, подконтрольных рамках, разумеется.

— Эрендор будет в ярости.

Королева широко улыбнулась.

— Пускай. Гелия под моей защитой. Ты как моя невестка тоже. Я помогу выставить все так, что он не осмелится пойти против.

— Гелия знает?

— Нет.

Усмехнулась. Вот он матриархат в действии?

— А вы так уверены, что Гелия согласится? Что у него нет любимой? Планов? Что он не сбежит?

Хотя какая любимая, если он приезжал ко мне? Или меня обманывают и он все же в курсе? Как складно выходит: сначала случайное знакомство, потом удивительное совпадение в виде соседства с Джэмисоном и такая же случайная встреча на турнире, за ним свидание и «просто обычная дружеская» посиделка.

«Аргх, как меня достали эти игры!» — отчаянно подумала я.

— А тебя спрашивали о твоих планах и желаниях?

Я покачала головой. Нет, не спрашивали, даже несмотря на то, что обещали считаться с моим мнением. Как бы ни было смешно, а иллюзию выбора дал лишь Скай. На том самом балу, где я сказала «да». Но он не мог не знать насколько она была эфемерна.

— Раз мужчинам все равно на тебя, почему ты волнуешься об их чувствах?

В каком-то смысле Рэйчел права, вот только поведение других людей не дает мне отмашку поступать так же.

— Я могу дать ответ после разговора с Гелией?

Королева изящно кивнула.

— Я вызову его прямо сейчас.

***

Ожидание было долгим и по-своему мучительным.

Нельзя сказать, что меня пугал брак как таковой. Я с детства росла с мыслью, что стану женой Ская. Я готовилась к этому, не задавая вопросов даже самой себе. Я просто шла к цели, потому что так было нужно.

Потом вскрылась измена с Блум. Сейчас кажется к лучшему — я почувствовала глоток свободы и зажила так, как хотелось. Но я слишком быстро к этому привыкла.

Да, я принцесса. Это обязывает. Но почему-то Стелла спокойно проживала свою юность. Почему-то Лейла сбежала от навязанного брака и при этом сохранила свой статус. Даже Галатея, и та большую часть времени проводила в Алфее среди ровесниц.

А я… наслаждалась свободной чуть больше полугода.

Несправедливо? Несомненно. Возможно, будь Альма жива, все сложилось бы иначе. Или если бы я не дала себе расслабиться и не поступала бы в Алфею. Наняла бы личного преподавателя и путешествовала бы с Джэмисоном, а там глядишь быстрее бы прокачалась. Как знать, может, тогда бы я тверже стояла на ногах? Правда не познакомилась бы с девочками, но что толку если сейчас мы все равно порознь?

Зато Джэмисон мог остаться в живых…

В горле ком, в сердце тоска и сожаление. Он бы подсказал как поступить. Джэмисон бы обнял меня, защитил и развесил своими шутками.

Мотнула головой. Гелия — сейчас стоит подумать о нем. Как никак если я соглашусь, то мы станем… парой. В аристократическом смысле, не любовном, но это все равно серьезный шаг.

В комнату постучали. Гелия здесь.

Когда он зашел в комнату, я встала и пошла к нему навстречу.

— Я уже знаю.

Взгляд глаза в глаза. Я, к сожалению, не в силах разглядеть в них ничего, что помогло бы ответить на все вопросы.

— И что ты об этом думаешь?

— Я не против.

Не против? Я что, одна отношусь к браку так серьёзно? Это в конце концов не выбор завтрака или десерта к чаю. И одно дело заключить его после тщательных договорённостей, и другое вот так нахрапом, за какие-то часы!

И ладно у меня из выбора только Торен да Гелия, но почему он так равнодушен? А как же хотя бы Флора? А если не она, то банальная свобода!

Знать редко разводится — слишком долго, дорого и скорее осуждаемо. А даже если представить, что Гелия рассчитывает на развод в случае разлада, то к чему такая потеря времени?

Этот брак — попытка сбежать для меня. И я не видела ни одной причины, чтобы он был выгоден лично Гелии.

Разве что меня и правда обманывали.

— Почему?

— Я с самого начала знал, что женюсь на знатной девушке. Разве плохо, что ей станет та, что мне интересна и симпатична?

— Ты покинешь свой дом.

— Я устал от Линфеи и Магикса, — легко отмахнулся Гелия. Но отчего-то я услышала надрыв в его словах. — Хорошо, я объясню. Мой дедушка известен на все магическое измерение, благодаря команде Света. Но мало кто знает, что он имеет степень магических наук. Ее дают не за хорошие боевые навыки, а за знания и мастерство. Мои родители работали в университете Линфеи. Это не колледж, Диаспро. Это место, где собрались лучшие умы. Теоретики. Изобретатели. Люди, которые разбираются в природе магии и ее законах. Я вырос не на сказках, а на учебниках. Вместо игр с детьми я учился колдовать.

Он наклонился ближе и тихо добавил:

— Я был маленьким гением, пока очередной эксперимент не отобрал у меня родителей и магию. Представь какого мне на Линфее. К шестнадцати я прошел теоретическую программу университета, но я до сих пор не могу пользоваться обыкновенными благами, которые доступны любому человеку. Я не способен даже ездить на волшебном транспорте без посторонней помощи. Да, в Магиксе с этим попроще. Но я все еще ограничен. И я правда устал чувствовать себя неполноценным.

— Ты уверен, что в Айсисе будет проще?

— Вы не привыкли пользоваться магией так как линфейцы. К тому же ни эраклионцы, ни горцы не владеют магией вовсе. На Линфее же зачатки магии есть у всех.

— А Магикс центр Магического измерения, куда съезжаются маги, ведьмы и феи, — продолжила я. — Что ж… Спасибо за честность. Это многое объясняет. Но я хочу сразу обозначить свою позицию.

Гелия согласно кивнул и предложил сесть. Я отказалась.

— Ты хороший и интересный человек, но я тебя не люблю. И скорее всего никогда не полюблю.

— Я понимаю, что наш союз всего лишь политический, и ничего кроме взаимоуважения не жду. И верности, пожалуй.

— Взаимной верности, — растянув улыбку, поправила я. — Если быть верными, то обоим. Терпеть любовниц я не собираюсь.

— Я не Скай, — совершенно серьезно ответил Гелия. — Договорный брак все еще брак, по крайней мере для меня.

Это радовало. Уж слишком часто в наших кругах люди позволяли себе вольности. Для кого-то это, несомненно, мелочь. Но мои родители привили мне совсем другие нормы.

— Ты понимаешь, что делиться Айсисом я не намерена?

— Я вырос на Линфее. Неужели ты предполагаешь, что меня это удивит?

Хорошо. Настолько, что слабо верится. Неужели мне и правда повезло после череды неудач и трагедий?

Я наклонилась к нему. Стало тяжелее дышать.

— Если ты станешь моим мужем, то твоей королевой буду я. Не Кристал, не Рэйчел, не любая другая девушка. Только я. И если я заподозрю хотя бы на миг, что это не так… — под конец мой голос скатился к шепоту.

— То что? — спросил Гелия так же тихо.

Повисшая тишина была почти осязаемой.

— Ты умрешь. Ты устал от Линфеи и Магикса, а я устала подчиняться. Поэтому если ты сомневаешься, что готов к такой жизни, откажись. Другого шанса не будет.

Гелия осторожно, не разрывая нашего взгляда, коснулся моего плеча. Я попыталась сделать вид, что мне все равно — но не вышло. Внутри все сжалось.

— Ты боишься.

Не вопрос, а констатация факта — точная, хлесткая, раздирающая на сердце едва ли зажившую рану.

— Боюсь. А ты бы не боялся? Я потеряла родных. И хотя мне казалось, что я готова принять на себя навалившуюся ответственность, это не так. Я не готова, но отступать некуда. Эрендор в любой момент может передумать и забрать Айсис силой. Сегодня его останавливает возможная реакция других миров и не желание тратить на войну деньги, но что будет завтра? А что завтра захочет Линфея? — Я сглотнула. Про горцев смолчала, но ведь опасны и они. — А что захочешь ты, Гелия? Мое место? Награду за мою смерть? Вдруг это все ваш тщательно продуманный план, в котором я лишь наивная пешка?

Гелия не ответил — а зря. Подозрения, опаска, банальная неуверенность сковали каждую клеточку моего тела, и мне захотелось, чтобы мир стал проще. Честнее.

Но, к сожалению, он таковым не станет.

— Я могу тебя обнять?

— Можешь, — выдавила я.

И он обнял. Несмотря на разрешение, медленно и аккуратно, не ожидая, что я обниму в ответ. То ли от усталости, то ли от желания, чтобы рядом был хоть кто-то близкий, я опустила голову ему на плечо и закрыла глаза. По щеке побежала одинокая слеза.

— Теперь я уверен в своем решении еще больше. Я благодарен за честность и… Диаспро, я правда ценю ее гораздо больше, чем что-либо. — Гелия погладил меня по спине. — Возможно, мне никогда не заменить Джэмисона, но я сделаю все, чтобы быть тебе достойным мужем.

Гелия коснулся волос, и я вздрогнула. Он отдёрнул руку, замер, видимо, ожидая от меня каких-то действий, но не дождавшись погладил по голове снова.

В храме матери Природы меня обнимал Джэмисон. Он же гладил по волосам, расчесывая пальцами непослушные вьющиеся пряди и тогда мне отчаянно не хотелось его отпускать. Сейчас тоже самое делал Гелия — и от этого больно.

Его присутствие и близость делали больно и одновременно были необходимы.

Хотелось оттолкнуть его и заплакать, упасть на пол и, закрывшись ото всех, позвать Джэмисона. Но я знала, что сейчас со мной не будет никого, кроме Гелии. И от того, не не могла его отпустить.

За эту слабость стыдно. Она же пугала.

Я отстранилась. Гелия смотрел все так же внимательно. Заговорит обо мне? Спросит что беспокоит? Если и да, то я не в том состоянии, чтобы это обсуждать. Уж точно не сейчас.

— Я могу задать личный вопрос?

— Задавай.

— Как ты смог объяснить как почувствовать жизнь? Ты до сих пор помнишь это ощущение?

— Не помню. И уже не надеюсь, вспомнить. — Он криво улыбнулся. — Я мог бы процитировать тебе «Основы природной магии» Колиуса Листа, но по правде говоря я рассказал тебе как вижу мир сам. — Заметив мое недоумение, Гелия пояснил: — Я художник. Это мой способ прикоснуться к природе.

Его слова удивили и расстроили одновременно. Сложно оценить, что в понимании Гелии значит быть гением, но одно я знала точно — он помог мне там, где не помогли преподаватель со стажем и мастер Цитрин.

— Мне жаль.

— А мне — нет. Я нашел в этом смысл, поэтому не нужно меня жалеть, Диаспро.

Вспомнилась наша встреча в саду у аллеи памяти. Точно. Гелия не из тех, кому в принципе нужна жалость.

— Значит, поэт, художник, специалист и гений? Что-то мне подсказывает, в тебе скрыто еще много талантов.

Слегка порозовевшие щеки и неловкая улыбка выдали его смущение. Я улыбнулась в ответ.

— Хочешь я тебя нарисую?

— Разве королева Рэйчел нас не ждет?

— Думаю, немного времени еще есть. Так что, хочешь?

И хотя разговор с Гелией не только разбередил запертые внутри чувства, но и в каком-то смысле успокоил, в смене темы он нуждался так же сильно, как и я.

Пожалуй, достаточно на сегодня откровений. А вот простая дружеская беседа была бы кстати.

— Хочу.