Сегодня выложила 1 и 2 главы "Падпараджи"

Вчера были 1 и 2 главы "Мелиссы"

Завтра будут доп материалы)

Спасибо за поддержку!

P.S. По 2 главе Падпараджи одна художница уже рисует арт) Покажу ориентировочно в июле

______

Учиться было тяжело и легко одновременно. С одной стороны я еще помнила большую часть материала по прошлой симуляции. С другой — специфика Системы заставляла проходить все заново, чтобы я могла апеллировать всем объемом знаний.

Но у меня был стимул, который заставлял работать день за днем. Без права на отдых и слезы. Просто работать с рассвета до заката, делая редкие выходные, чтобы въевшийся дебафф усталости не переходил в хронический, а я не выгорала.

Родители первое время относились ко мне настороженно, особенно подозрительной была Альма. Она пару раз бросала колкости по поводу моего резкого изменения, но я лишь улыбалась и с невинностью ребенка говорила о том, что взяла и осознала — пора взрослеть.

К тому же главная неприязнь Альмы оказалась ее слабым местом. Стоило мне изменить поведение и, поборов гордость, выдавить пару сухих фраз о том, что она мне дорога, как матушка подобрела. Возможно, со стороны это мало бросалось в глаза. Но я почувствовала, как связь между нами окрепла, и поняла, что Гелия был прав — мне действительно ее не хватало.

Как и в прошлой жизни, мне назначили телохранителя Маркуса. Но как бы я не просила, подробностей о Черном сапфире и других противниках власти Падпараджа мне не доверяли. Не детского ума дело и все такое.

Я фыркала, злилась, пыталась уговорить родителей, но они оставались непреклонными. А Альма, зная мое упрямство, и вовсе запретила слугам и Маркусу разговаривать со мной на эту тему.

Что же касается Ская — мы обменялись несколькими дежурными письмами и посетили парочку совместных мероприятий. Сначала было неловко. Мне хотелось его поддержать, и я даже пару раз это сделала, но в остальном — оборвала все, что выходило за рамки обязанностей.

Так прошел год. И, наконец, настал тот самый день, который я с упоением ждала.

День, когда я встретила Джэмисона.

***

Я проверила все: погоду, сумку, плед, состав стражи и лошадей. Конечно, время стерло подробности, но я все равно постаралась восстановить детали того дня. Все должно было пройти идеально, но меня мучили сомнения и…

Совесть.

С самого утра я боролась с навязчивым желанием все отменить. В прошлый раз за меня погибла большая часть сопровождающих и это ужасало. Теперь я знала наизусть их имена и имена их близких, как знала и то, что попрошу родителей выплатить им как можно больше денег, лишь бы заткнуть свою совесть.

Но сейчас она не замолкала.

У Хризолита двое детей: пятилетний сын и годовалая дочь. Его жена работала у нас прачкой. Рутил женился полгода назад и его любимая только-только забеременела. Халцедон служил моей семье чуть меньше, чем Маркус. Вряд ли смерть достойная оплата за верную службу, да?

Лошадь, словно чувствуя смерть, сопротивлялась. Я шипела, подгоняла ее и в конечном счете кое-как доехала вместе со всеми до озера. А там села на мягкий плед, раскрыла книгу и принялась ждать.

Но совесть все так же не замолкала. Не в силах сосредоточиться на тексте, я отложила книгу и, вытянув ноги, посмотрела на горы.

Где-то там жил пятнадцатилетний Джэмисон.

Сколько же стоит наша встреча? Десяти жизней стражников? Его жизни? Возможно, лучше предотвратить нашу встречу, чтобы уберечь?

Нет. Не хочу. Я спасу его столько раз, сколько потребуется, и сделаю всё, чтобы он жил.

Но мои люди… Дракон, я же должна беречь и их. Разве нет?

До ушей донесся разговор стражников. Уже седой Халцедон рассказывал, как его внучка сделала первые шаги пару дней назад. Мужчина улыбался так искренне, что я невольно заулыбалась.

Но тут же вспомнила и сжала губы в тонкую нить.

Поле боя — наша общая месть за Каллоден и Айсис. Трава, пропитанная кровью, оплавившиеся от магии мундиры и трупы. Все искорёженные и разбросанные, будто сломанные куклы, которые надоели капризному ребенку.

А ведь со стражниками будет то же самое. Они так же упадут и навсегда замолчат.

И повсюду разольется…

Кровь.

                                                 Кровь.

                                                                                                 Кровь.

Я посмотрела на свои руки и тут же зажмурилась. Пальцы покрылись темной засохшей коркой. Еще в прошлой жизни я признала — эти галлюцинации всего лишь последствия, о которых говорил Гелия. Это те последствия, которые мы разгребали вместе каждый день. Правда, Гелия думал, что я с ними успешно справлялась, но на самом деле… я просто привыкла.

Но здесь мои руки еще чисты. Так может мне стоит сделать так, чтобы они таковыми и оставались?..

Я сжала до боли кулаки и крикнула:

— Собирайтесь обратно. У меня нет настроения отдыхать!

Мужчины если и удивились, ничего не сказали. А мне самой было все равно — пускай думают, что я избалованная девица, которая настояла на поездке ради минутной прихоти.

— Быстрее! — воскликнула я, запрыгивая на лошадь, и вскоре мы поехали обратно.

Но легче не стало.

Я разрывалась между правильным и желаемым. Между долгом и Джэмисоном. Между совестью и глубокой привязанностью. Между собой и Айсисом.

Но при всем этом ворохе сомнений я знала точно две вещи. Первая — у меня нет права так поступать со стражниками и их близкими. Вторая — я не хочу жить без Джэмисона.

Я могла бы прийти к ним прямо так — к воротам, с требованием мира. Но сложилось бы тогда все как нужно? Стал бы Джэмисон моим телохранителем?

Если и да — мне нужно ехать в одиночку, а это опасно. Я даже не уверена, помню ли достаточно хорошо маршрут. Но попадать в лапы Норри тоже не хочется.

С другой стороны — меня не убьют и не изнасилуют. Очевидно, цель похищения была не в этом. Возможно, горцы и хотели «подарить» кому-нибудь девочку необычной внешности, но это все произошло бы потом. А значит, для меня не имело значения. Сначала съезд кланов — а там и Джэмисон, и безопасность.

На сомнения ушло ровно одно мгновение.

Была не была — рискну, как он рисковал для меня десятки раз.

Я ударила лошадь по бокам, и она с диким ржанием сорвалась обратно к озеру. За спиной закричали мужчины, но я лишь сильнее погнала лошадь к нему.

К моему Джэмисону.

***

У озера лошадь неожиданно свернула в лес и окончательно перестала слушаться.

Я испуганно прижалась к теплой шее, а ветви все равно хлестали меня по плечам и спине. Рядом взвизгнула какая-то птица.

Едва успев разглядеть поваленное дерево, завизжала. Но лошадь прыгнула с тяжелым хрипом и понеслась дальше.

Мне казалось — вот-вот кобыла оступится, заденет копытом случайный камень и рухнет.

А я умру под ее тяжелой тушей.

— Стой! Да остановись же ты!

Я натянула поводья, но лошадь встала на дыбы, а я свалилась прямиком в кусты. Подо мной хрустнули ветки и их острые концы процарапали по спине и ногам.

Апогеем стала земля — столь жесткая, будто я упала на камень.

Как же больно…

Не вставая, открыла инвентарь и использовала пару исцеляющих зелий. Пролежав пока боль не притихла, села и открыла карту.

Вот только в лесу я ориентировалась чуть лучшем чем никак. Нет, вернуться домой можно, но найти Норри… Тем более, что он появился неизвестно откуда… Эта задача действительно сложная.

Как же здесь не хватало Джэмисона. Он бы мигом понял куда идти, хотя… Я усмехнулась. Он бы не пустил. Вернее попытался бы не пустить, а я быть может прислушалась к гласу разума.

Система прислала уведомление.

Что?..

Уже?..

Я выбрала «да».

В тот же миг рядом зашелестели ветки, и из листьев выглянул горец с наглой улыбкой. Он протянул что-то на своем языке и пригрозил мне кинжалом.

А открыла его характеристику — это был Норри.

***

Я очнулась уже на лошади, привязанная поперек седла. Веревки натирали кожу, а меня подташнивало. Но пришлось терпеть. Терпеть пришлось и то, что из-за специфики Системы я не помнила язык и оттого не понимала, что именно обо мне говорят.

Горцы, как и в прошлый раз, перекидывались моими украшениями и спорили, что кому достанется. Как и раньше, Норри периодически постукивал по моей пояснице, будто хвастаясь, что экзотическая добыча досталась ему.

Ничего, тебя накажут за это. Уж я-то знаю.

Или?..

Путь в горы был долгий. И, конечно, я не могла не думать, что ошиблась.

Я помнила слова Джона — была вероятность, что Джэмисон не родится, но рассматривать этот вариант даже не собиралась. Да, я понимала, что в таком случае обрекла себя на мучения собственными руками.

Но… Но если все в Айсисе осталось прежним, отсутствие Джэмисона будет самой великой несправедливостью этого мира… А он ведь ко мне благосклонен, так?

Когда мы прибыли в замок, я позволила Норри протащить меня по камням и лестнице. Мы поднялись на верхний этаж и прошли по коридорам. Там он нашел пустующую комнату и зашвырнул меня внутрь.

Замок щелкнул за моей спиной — я же спокойно поднялась, потирая побитые ноги, и осмотрелась.

Комната небольшая, с широкой кроватью и парой сундуков. И…

Внутри все похолодело.

Кажется, комната не та. Да, она похожа, но здесь нет гобелена на стене, да и сама стена выглядела не так, а окно и вовсе выходило не во внутренний двор, а на лес

.

Я подошла ближе и вслушалась — под окном никого не было.

Сердце болезненно вздрогнуло.

Кажется, помощи ждать не от кого.

Неужели что-то все же пошло не так? Да, попала я сюда иначе, но Джэмисону уже должно было исполниться пятнадцать — такая мелочь не изменила бы факт его рождения!

Я зашипела, смахивая выступившие слезы. Почему?! Да почему?! Неужели Джон забрал его на зло?!

— Ненавижу! — воскликнула я и схватилась за виски.

Так. Раскисать нельзя. А действовать холодным умом, когда сердце не на месте, мне привычно.

В конце концов я не для того терпела унижения в дороге, чтобы сейчас сдаться.

Для начала — рано переживать. Комната другая, горцев на улице нет, но это значит лишь то, что я не смогу позвать Джэмисона. Это не доказывает его отсутствие.

Значит, я должна выбраться самостоятельно.

Бегло осмотрев комнату, заметила на стене кинжал. Чтобы его снять пришлось встать на сундуки, но результат того стоил: лезвие было острым. Очень острым.

Теперь план.

В комнате негде спрятаться, а дверь слишком толстая, чтобы выбить. Возможно, стоит изобразить из себя испуганную покорную дурочку и ударить в самый подходящий момент?

Нет. От одной мысли, что Норри хотя бы приблизится ко мне, в груди закипела ярость.

Значит, нужно все же спрятаться. Единственный вариант — за дверью. Это ограничит меня в маневре, но выбора нет. К тому же если Норри напьется, ранить его и бежать будет легче.

Я вжалась в угол и принялась ждать.

Ожидание было мучительным. Система отчитывала минуты издевательски медленно, а я сама не могла перестать думать о том, что уже допустила фатальную ошибку.

Если мне удастся ранить Норри и выбежать в коридор, то это все еще не даст мне никаких гарантий.

Да, Дональд наказал его в прошлый раз. Но неужели среди горцев не найдется подобного Норри? Того, кому будет плевать, что перед ним знатная девчонка. И если я встречу такого до того, как получу защиту, то мне точно не поздоровится. Мне просто не успеют помочь.

Значит, буду кричать. Тот факт, что я знаю вождя и его сыновей, может меня спасти. Главное, привлечь внимание.

И все получится.

Когда за дверью раздались шаги, я уже едва стояла от усталости. Глаза слипались от полудремы, и я с трудом соображала. Но стоило ключу проскрежетать в замочной скважине, как я тут же встрепенулась и встала в стойку.

У меня нет права на ошибку.

Дверь открылась. Сапоги глухо стукнули о пол, и пара деревянных половиц заскрипела. А я со всей силы ударила по двери и замахнулась кинжалом.

Замахнулась и замерла.

Передо мной стоял Джэмисон.

Все такой же. Высокий, прекрасно сложенный… и слишком серьезный для своих пятнадцати лет. В глаза бросилась густая огненно-рыжая коса на его плече, и пальцы свело от эфемерной боли. Они помнили какого это — трогать его волосы.

И глаза… Те же. Изменчивые как сама природа, но пока в них плескалось настороженное любопытство, а не тепло и уж тем более не любовь.

Кинжал выпал из рук и прозвенел где-то в стороне, а я поняла, что все это время не дышала. В тишине раздался мой рваный всхлип и по щекам побежали горячие слезы, которые я была не в силах остановить.

Колени подкосило.

Джэмисон шагнул ко мне, но не успел — я упала и сжалась.

Меня затрясло. От опьяняющей радости и невероятной боли, что сковала тело от макушки до кончиков пальцев. Эта боль была столь сильной, что я едва ли могла дышать. А слезы все текли по щекам, сжимая горло все крепче и крепче.

Мне хотелось кричать благодарности этому миру, пока голос не охрипнет. Мне хотелось плакать, пока в сердце не останется ничего от той боли, что волной вернулась из прошлой жизни.

Джэмисон опустился рядом со мной. Он потянулся ко мне, но так и не коснулся — горец отдернул руку, как от огня.

— Вас обидели? Вы ран…

— Джэмисон, — хрипло выдавила я.

И в комнате повисла тишина, которую прерывали лишь мои попытки справиться со слезами.

— Джэмисон…

Я скучала… Боже, как же я по тебе скучала… И как же я хочу об этом сказать. Я хочу рассказать тебе все: и как мне тебя не хватало, и как мне было больно, и как все вокруг вмиг потеряло точку опоры просто потому, что мы не смогли поговорить по душам, когда это было нужно!

И ещё сильнее я хочу сжать твою руку, чтобы убедиться — это не очередной кошмар из прошлого.

Я вздрогнула и в то же мгновение перестала плакать. Сглотнув, подняла голову и поняла, что натворила.

Джэмисон смотрел на меня с широко открытыми глазами. Он не был зол или напуган.

Он был шокирован.

И правильно! Джэмисон не успел назвать свое имя! Какая я дура!

Я попыталась выдавить хоть что-то вразумительное, но словно разучилась вмиг говорить.

— Я… Я… О, Дракон… Мы…

Система выдала дебафф «Истерика» и я едва не взвыла — да какого!.. Не сейчас!

От роя мыслей заболела голова — Система выдала еще один дебафф, и я поняла, что не справляюсь.

Я задыхалась. Сквозь шум в ушах доносились мысли, но я не понимала мои ли они или я говорю вслух. А может, это говорил он?

Дракон…

Я должна объясниться, но как? Что именно сказать? Наплести чепуху про предсказания? Опять?! А если я все испорчу?!

Я уже все испортила!

Я схватилась за волосы. Еще немного — и меня разорвет на осколки от этого водоворота чувств.

— Вам ничего не угрожает, — еле слышно донеслось до меня. — Я позабочусь о вашей безопасности. Даю слово.

На глаза снова выступили слезы. Прошу, никаких больше обещаний. Я не хочу снова ломать себя и собирать по кусочкам после того, как очередной дорогой мне человек не сдержал слово.

— Посмотрите на меня. Вы напуганы, но вам необходимо успокоиться. Сделайте глубокий вдох и…

Перед глазами еще одно воспоминание — лес Солярии, я истекающая кровью и Джэмисон, что пытался затянуть мои раны и вырвать из лап паники.

А ведь вскоре он умер. И тот день — его бездыханное тело и последние слова — я помнила так же хорошо.

К горлу подступила тошнота. Перед глазами потемнело, и за секунду до того, как потерять сознание, я почувствовала, что упала не на пол, а на кого-то мягкого и теплого.

***

Когда я очнулась, Система показывала два часа ночи. Вдалеке раздавались музыка и нестройное пение, из окна падал хрупкий лунный свет.

Пахло странно — кожей и шерстью. Точно так же пахло и в прошлый раз.

Приподнявшись, я поняла, что лежала на жесткой кровати, а рядом на стуле спал Джэмисон.

Мне не нужна была Система, чтобы его узнать. Я бы узнала его силуэт из тысячи других: нос с небольшой горбинкой, косу на плече, выбритые виски и чуть выдающиеся вперед надбровные дуги. Как и у отца, у него густые брови, но в отличие от него — небольшой шрам на чистом лице.

Внутри снова сдавило от одной только мысли: он рядом.

Получилось.

Я прислушалась к себе: голова еще ныла, но истерики не было. Это же подтвердили дебаффы. Дракон, и что на меня нашло?

Да я же ни разу не была в таком состоянии в этой жизни! А в прошлой… Прошлая должна остаться в прошлой. Нет?

Вздохнула. Я столько времени горевала по нему. Тихо, загоняя все чувства так далеко, чтобы они не помешали мне достичь целей. Лишь бы не вспоминать, лишь бы идти вперед, как бы ни было больно. Кажется, я просто сорвала все замки и освободилась. И это… Это приятно, хотя и непривычно.

Теперь все будет как раньше.

Я привстала и чуть наклонилась в сторону Джэмисона. Кровать подо мной заскрипела — горец, дрогнув, проснулся и повернулся ко мне.

— Вы меня охраняете?

— Нет, вы в полной безопасности.

— Тогда почему вы здесь?

— Вы были напуганы. Я решил, что будет лучше, если вы проснетесь не одна.

Этой сцены в прошлый раз не было. Отчасти это пугало. Но несмотря ни на что, внутри все таяло от радости: Джэмисон жив, он рядом и он все так же добр.

— Спасибо, — прошептала я.

В этот момент я благодарила не за то, что он остался со мной, а за все, что не ценила в прошлой жизни. За защиту, поддержку и просто тихую любовь, что так осторожно поддерживала меня в самые трудные минуты.

Грудь сдавило от болезненных ударов усталого сердца.

Но ведь мы пока друг другу никто. А даже если Джэмисон мне поверит, то как раньше не будет.

Нам придется осторожно налаживать мосты. В прошлый раз мы подружились неосознанно. Я не старалась ему понравиться и, честно говоря, мало заботилась о том, что он вообще обо мне подумает. Первые пару лет мы толком и не общались.

Но я не хочу ждать. Только не теперь, когда знаю цену времени.

— А как вы узнали обо мне?

— Парни, что вас похитили, решили похвастаться добычей за общий столом. — Его голос похолодел. — К счастью, их пьяные визги привлекли мое внимание.

С губ едва не сорвался вопрос: Норри и его соратники уже мертвы? Но я решила, что лучше спросить об этом позже.

— Вы говорите на моем языке практически без акцента.

— Благодарю, госпожа.

— Среди горцев многие знают наш язык?

Джэмисон пожал плечами.

— Хорошо? Нет. Частично — большинство. — Помолчав, он добавил: — А с общим знакомо всего несколько человек.

— И вы среди них.

— Да, я среди них, — Джэмисон перешёл на общий язык.

На этот раз заметный акцент резанул ухо. Но ничего, он успеет еще подтянуть языки.

— Значит, вы владеете тремя языками, прекрасно обращаетесь с оружием и любите читать?

— Разве я упоминал оружие и чтение? — насмешливо спросил он.

— Разве хоть один горец не владеет оружием в совершенстве с малых лет? И разве человек, не любящий книги, сможет выучить чужой язык?

Джэмисон тихо засмеялся.

— А вы хитрая лиса, госпожа. Нет, не каждый горец владеет оружием в совершенстве, но я действительно неплох. Угадаете что за оружие я обычно использую?

— Кинжал, — уверенно ответила я, подхватывая эту игру. — Вы кажетесь ловким юношей. Такому подойдет именно он.

— Вы правы.

В темноте раздался шелест.

— Не бойтесь, — сказал Джэмисон, протягивая мне что-то.

Стоило мне коснуться рукояти, как пальцы нащупали знакомые руны, вырезанные на дереве.

Это тот самый кинжал, с которым я его похоронила.

В лунном свете блеснуло острое лезвие, и я вспомнила, каким был Джэмисон с ним в руках: опасным, смертоносным, как дикий зверь, что бьет наверняка, без тени сомнений.

— Он прекрасен, — возвращая лезвие обратно, выдавила я.

— Благодарю.

Повисла недолгая тишина.

— Ох, простите, я совсем забыл представиться. Меня зовут Джэмисон Уркхарт. Я сын Джейми, вождя пятнадцати кланов горного народа. И я приношу извинения за негостеприимный прием. Виновники уже наказаны, не сомневайтесь.

Вот и ответ. Но зачем он представился?

Джэмисон, ты не мог не слышать, что я дважды назвала тебя по имени.

— Диаспро Падпараджа, принцесса Айсиса, — прошептала я.

— Я знаю.

Я растерялась. Этому разговору для еще большей комичности не хватало: «Я тоже знала, что ты Джэмисон Уркхарт».

— Интересовались Айсисом?

— Нет.

А чем или кем тогда? Мной? Но Джэмисон говорил, что понял, что я та самая девушка, когда мы впервые встретились. Неужели он еще раньше предполагал, что это я? Хотя разве это удивительно? Кто еще в конце концов сможет осуществить что-то столь весомое, как не принцесса?

— Как вы сами заметили, я люблю читать. Но книг у нас немного, поэтому пришлось читать все что удалось найти.

Я бесшумно усмехнулась.Мы, очевидно, друг другу врем, но мне все равно. Храни, Джэмисон, свои секреты. Учитывая, что ты оказался тем еще упрямцем, спасать тебя придется силой и хитростью.

— Джэмисон, скажите, возможно ли будет провести переговоры о мире с вашим отцом?

— Переговоры о мире? — не скрывая удивления, переспросил горец.

— Мне показалось, такой человек, как вы, будет рад миру между Айсисом и кланами. Я не права?

— А вы хотите мира после того, как вас похитили и напугали?

— Мое похищение можно обыграть по-разному. И я бы не хотела, чтобы этот инцидент привел к кровопролитию. Конечно, в силу моего возраста полномочий подписывать мир у меня нет, но сделать первый шаг мне под силу.

— И вам не страшно? — настороженно уточнил горец.

— Страшно.

— Но я готова рискнуть. А вы?