— Мгх! — сдавленно застонал я, поднявшись и потирая ушибленное плечо. Конечности двигаются, ничего не сломано.

Значит обошлось без серьезных травм, отделался испугом.

Сидя на земле и потирая саднящие места, я созерцал рассвет. Багровые лучи окрашивали синеву нового для меня мира, кардинально его изменяя. Легкий туман, словно впитывая эти цвета, приобретал слабый пурпурный оттенок. Насекомые и ночные обитатели неспешно умолкали и отправлялись отдыхать до новых сумерек. Птичье многоголосье пробуждало лес и возвещало о новом дне.

Залюбовавшись нежными бликами, на время позабыл о боли. Похоже, проспал я дольше, чем казалось изначально, но глаза по-прежнему слипались, а голова гудела. Хотелось поскорее умыться и нежиться в солнечной ванне, — слишком уж прохладная и сырая выдалась ночь.

Озноб до сих пор волнами перетекал по коже, заставляя подрагивать. В очередной из таких моментов живот громко заурчал и желудок, казалось, скрутился в бараний рог. Боль от голода вернула к реальности.

Нужно поесть. Только что? И вдруг, — как удар током, — вспомнил минувший сон. Как ни странно, ощущения и отрывки из сна отчетливо отпечатались в сознании. Будто мышечная память, словно лично и неоднократно пройденный опыт. Настолько, что и через силу не могу усомниться в съедобности ягод. Сродни фундаментальной истине — как инстинкт предков, с молоком матери заложенный глубоко в генах.

Возможно, стоило еще вчера отведать местный деликатес. Видел же, как обглоданы кусты, но не решался, ведь что для одних пища — для других яд. Это относится даже к существам одного вида, к людям, — не у всех железный желудок — что уж говорить о разнице расовых видов?

Но сон и сильный голод стерли все отголоски настороженности и я поднялся в путь. Точнее попытался, но с кряхтением осел обратно. Кажется, последствия вчерашних похождений дают о себе знать — каждую мышцу сводит, особенно ноги.

Один старый знакомый, увлекающийся спортзалами, как-то говорил, что если тело болит — нужно двигаться, дать ему движения, размяться и будет лучше. Тогда — да и сейчас тоже — совет казался нелогичным. Нелогичным для мозга, которому каждое движение дается сквозь усилия и боль. Но человек был надежный, особенно в словах.

Преодолевая боль, принялся разминать конечности медленными движениями. Шло туго, со скрипом, но медленно возвращая контроль над телом до приемлемого уровня.

Сделав несколько глубоких вдохов и собравшись с силами, предпринял еще одну попытку. Сперва на четвереньках подполз к стволу, облокотился руками и потянулся вверх. Да, отлично, получилось. На слегка подрагивающих ногах я встал прямо. Фух, пришлось попотеть, буквально.

Стоять на месте в таких условиях тоже не вариант — нужно что-то делать. Очень кстати под рукой оказалось вчерашнее копье. Используя оное как третью ногу, с прихрамыванием побрел к ближайшему кусту с пурпурными вкраплениями.

Не в силах больше сдерживаться, рухнул на колени и припал губами к сладостным ягодам, точь-в-точь как зверь из сна. Приятная кисло-сладкая жидкость разлилась во рту, лаская и обволакивая небо.

Губы стремительно очищали кустарник от плодов, не разбирая, где подсохшая, а где гнилая. Они разбавляли сладостный вкус мерзким привкусом земли и брожения. Но голодному организму было все равно, ягоды съедобны — и это главное.

Вскоре плоды закончились, но я, уже ощутив прилив бодрости, поднялся и с помощью “трости” оказался у другого источника пищи и влаги. За ним последовал третий, четвертый и пятый.

Лишь тогда я ощутил сытость, а за ней и легкое жжение на лице от царапин — острые ветки не желали без боя отдавать свои сокровища.

Встав во весь рост, наслаждался щекочущим ноздри запахом. Запахом вязкого сока съеденных мной ягод. Если бы пришлось сравнивать, он напоминал спелую дыню. Это было превосходно и освежающе. 

Из умиротворения, как ни странно, вырвал шелест листьев неподалеку. Шелест без ветра. Не нужно быть большого ума, чтобы понять, что что-то или кто-то встревожил куст.

Схватившись за оружие, направил острие к источнику звука и вслушивался. Секунды растянулись в минуты, а я замер. Замер и вовсю присматривался к источнику шума.

Какое-то время стояла тишина, разбиваемая стрекотом далеких птиц. Ничего. Ждать, посмотреть или обойти и уйти подальше?

— Там кто-нибудь есть? Выходи! — стараясь оставаться спокойным, решил я все же заговорить. Как минимум дать знать, что он мной уже обнаружен. Отлично, хриплый голос не дрогнул, но ответа со стороны куста нет.

После завтрака я пребывал в хорошем настроении, а оно уже рождало исследовательский интерес к миру. Не могу поступить иначе. Сделал первые шаги к кустарнику. Неспешно, осторожно шагал и, как обычно, звучно хрустел ветками под пятами.

— Эй! — предпринял еще одну попытку выйти на контакт, приближаясь все ближе. Бесполезно. Но, стоя в паре метров от предполагаемого чужака, нервный импульс ударил по рукам, и я с размаху метнул копье в куст. Почему бы и нет, раз молчит, то либо там никого нет, либо дружеских намерений не питает. Живность, наверное, давно бы убежала. Нечего потом меня винить, раз пренебрегают хорошими манерами!

Палка, слегка изогнув траекторию полета, едва не плюхнулась боком. Но “едва” не считается и под углом древко хлопнуло о пышную растительность и повисло, засев во что-то. И снова тишина.

Уже более уверенным шагом приблизился и осторожно раздвинул ветки. Хах. Ожидаемо. Оружие, воткнутое в землю и ничего больше. Возможно, будь я следопытом, смог бы разглядеть среди множества вмятин следы и даже определить примерный вид, но ничего подобного никогда не умел.

Так что оставалось лишь вытащить свою трость и оставаться настороже. С чавком наконечник вылез, и я для надежности, потыкал палкой в кусты поблизости — все-таки вдруг ошибся с местоположением.

Утренняя прохлада быстро уходила, начав согревать кожу мягкими лучами, которые вскоре превращались в знойные. Поняв, что дальше страдать ерундой бесполезно, я осмотрелся по сторонам. Попытался вспомнить, откуда пришел, — хотелось бы вернуться к капсуле и, в целом, пещерам из задания.

Все-таки не стоит забывать, что пока я здесь, мое настоящее тело скорее всего где-то валяется в подворотне. Теперь, когда потребность в еде удовлетворена, подобные мысли начали тревожить. Наверное, уже все обобрали проходящие мимо попрошайки, оставив даже без одежды. Нужно вернуться, пойти домой и вскрыть нычку с ключом от дома. А в родном уголке уже спокойно подумаю и разберусь со всем.

Взглядом нашел ночлежку и вчерашний камень. Значит, путь держал оттуда. Мысль, что во время блужданий я много петлял и, идя обратным путем, не выйду куда нужно, даже не посещала меня. Ошибка ли это, покажет время.

Болезненно потянувшись и зевнув, окончательно преодолел тяжесть в теле и решительно зашагал в дорогу. Пытался отыскивать вчерашние следы, но ничего. Было опрометчиво и глупо не оставлять никаких пометок, теперь сегодняшний я пожинаю последствия прошлых решений.

За время долгого пути боль окончательно оставила ноги, лишь затем, чтобы позже вернуться тяжесть, словно в мышцы налили свинца. Ощущений, как таковых, не было, лишь для каждого шага приходилось прикладывать куда больше усилий. Сколько же километров я вчера прошел? По ощущениям с десяток.

«Я заблудился?» — начали подтачивать разум сомнения, слишком долго иду. Все те же белесые стволы, насекомые, трава и разноцветные цветы. Ничего похожего на ориентир.

Проблему усугубляло бурление в желудке, возможно ягоды были приняты не очень хорошо. Уверен, дело не в съедобности — наверное, сожрал слишком много или они обладают слабительным эффектом. К тому же натощак и после долгой голодовки.

Взгляд резко метался по сторонам, ища хоть какой-либо ориентир, намек на верный путь. Далекий вкус паники уже маячил на языке, как вдруг…

— Хах… — несмотря резь в животе не сдержал я стон облегчения, наконец, заметив тончающие стволы. Значит направление верное. Не удержавшись, решил отпраздновать, тут же облегчившись от тягостной ноши в кишках. В ход пошли бархатные на ощупь листья растущего неподалеку сорняка. Благо подобного добра здесь было навалом.

Возможно мне казалось, но во время процесса затылок прямо жгло ощущение чьего-то пристального взгляда. Каждый раз, резко оборачиваясь, не видел ничего, но странное чувство не исчезало. Проклятые извращенцы, кто это может быть?! Вот так, на нервах и с горем пополам, я ощутил себя все же лучше.

Продолжил путь вперед, то и дело бросая резкие взгляды по сторонам. Кажется, у меня просыпается паранойя, но за мной точно следят, то и дело где-где, а вокруг раздается неестественный шелест. Плотная древесина в руках слегка успокаивала, но что меня спасет от ловушки, удара в спину или нападения во сне?

Впереди показалась сцена вчерашнего буйства. Вряд ли еще кто-то так “изящно” раскидал бы клочья травы. Находка порадовала, но давление, казалось, нарастало с каждым шагом. Будто недруг крадется и становится все ближе. Это было жутко.

Стоит признать, что часть звуков действительно была вызвана убегающей от меня живностью. Странные комки белой шерсти моментально исчезали вдали. Это частично успокаивало, но вместе с тем каждый звук по-прежнему заставлял напрягаться.

Периодически останавливался, чтобы спешно собрать жменю-другую ягод, так как жажда и голод постоянно возвращались, а желудок напоминал черную дыру. В эти моменты пытался уловить слухом направление шелеста. Кажется, количество шумов лишь растет, могут ли меня окружать?

Ускорил шаг, еще грубее продираясь через заросли. Если побегу, боюсь споткнуться об очередную яму или корень, а упав уже могу и не встать. Несмотря на забитые мышцы, инстинкт самосохранения толкал вперед. Туда, где капсула, где пещеры. Но разве это панацея?

Желая отвлечься, попробовал понять, почему я так туда стремлюсь. Ну да, действительно, там хотя бы не будет природных укрытий — сразу пойму, следят ли за мной.

А если и следят, что с того? Что мне сделать? Ну, не просто же так я копье искал, разве есть другой выбор? С этими мыслями, наконец, остановился. Боковым зрением увидел шевеление посреди одного из кустов и резко обернулся.

Увиденная картинка не порадовала. Из синевы листвы вылезло ЭТО. Чуть глуповатая, но крайне злая и угловатая зеленая морда. Я уже прикинул, что недруг невысокого роста и выглядит хилым, но его взгляд заставил содрогнуться.

Горящие алым, словно жерло вулкана, глаза пронзительно сверлили меня. Не знаю почему, но по груди разлился жар, столь чужеродный, что захотелось опорожнить желудок.

Наступила минутная тишина, чудище явно о чем-то раздумывало. Слегка раззявив пасть со своими острыми зубами, оно смотрело на меня, а я тем временем рассматривал детали.

В частности множество подсумков на его поясе, поверх кожаной брони. Они набухли и из них явно торчали угловатые уши, чем-то напоминающие эльфийские из фэнтези книг. Следуя тенденции первого наблюдения, другое набитое доверху отделение напоминало уже вырванные окровавленные зубы с кариесом. Что-то мне это не нравилось, даже знать не хочу, что в остальных отделениях.

В одной руке зеленокожий крепко сжимал скрученный хлыст, а в другой несколько цепей, идущих прямо за ним. На их окончании я увидел еще более тощих и мелких серокожих гуманоидов, обвязанных железными звеньями за шею. Лица опущены, тела покрытые десятками полос засохшей крови — напоминало работу хлыста. Что за работорговец-садист нарисовался?

Я крепко сжал копье, пытаясь понять, что делать. Напасть или бежать? Но мои сомнения быстро развеялись, когда вокруг начали появляться другие твари, уже не так напоминающие своего товарища, но все еще выглядя внушительно. Зазубренные кинжалы, кривые мечи, металлические доспехи. И всех объединяло одно — бурлящая лава в глазах.

Это стало последней каплей, ноги сами рванули куда глаза глядят. Уже не важно, упаду ли я, но оставшись, хорошего явно не дождусь. Старался как можно внимательней смотреть под ноги, не глядя, куда несусь.

Позади слышался яростный хруст веток — кажется, группа гонится за мной. Хорошо, что они не выглядят бегунами. Оружие, доспехи, рабы, короткий рост и размах ног — все это не помогало в догонялках.

Погоня продолжалась, а легкие рвало на части, надрывной кашель рвался изнутри, но останавливаться нельзя, нет, не сейчас. Вот уже тонкие деревья, виденные мной вчера, я уже близок.

А если они полезут за мной в пещеру, неужели я смогу победить толпу? Конечно же нет! Еще варианты? Думай, думай, думай! Давай же, Зиг.

Пот крупными градинами стекал по лицу, то и дело застилая затуманенный от нехватки кислорода взгляд. Нет, больше вариантов нет, только пещеры остаются. Не знаю, что будет дальше, но сдаваться я не намерен.

Наконец, я увидел просвет искомых скал, спешно пробегая мимо капсулы, в которой вчера прибыл. С размаху сиганул во тьму пещеры, сильно приложившись плечом о какой-то острый камень. По руке прошло онемение, но конечность слушается.

Заставил себя вскочить, вскинул древко копья и уставился на вход, направив острие к врагам. А те так и застыли у подлеска, не желая идти за мной. Странно, почему?

Кажется, они переговаривались и тыкали пальцами в разные стороны, пытаясь жестикулировать. А затем, ублюдки, как ни в чем не бывало, откуда-то притащили дров, сложили на землю и заслонили мне обзор. Еще через время пошел дым. Да они развели костер! Будут ждать, когда я сам выйду?

Да, похоже что так. Вон, расположились так, чтоб видеть все входы-выходы из скал, не опуская оружия, пока один из них откуда-то достал розовые куски чего-то, нанизал на палки и принялся жарить. Серьезно?

Вот уроды. Ладно, жив и хорошо. Боль в руке нарастала, приложился пальцами к месту ушиба и ощутил теплую жидкость. Неужели кровь? Ни зги не видно, но выйти не могу, да и…

Как же я устал. Хочу спать. В глазах темнело, из последних сил на ощупь зашел в пещеру поглубже и сполз по стене.

Дым снаружи стал гуще, до носа стала доноситься едкая горечь. Что они жгут? Нет, неужели пытаются выкурить меня? Нужно уходить отсюда, но… сквозь все сопротивление глаза сомкнулись и наступило небытье.