Участники:
Алурами Редоран, жрица в храме Альмалексии в Морнхолде (нпс) — @Antarela
Делин Редоран, брат Алурами — @truegaru
Катрен Сарети, бывший друг Делина — @truegaru
Фавенил Дрес — @truegaru

Оставив записку для Катрена в ямке, заложенной кирпичом под стеной того переулка, где случился их первый поцелуй, Алурами неслышно проскользнула в храм через заднюю дверь. Теперь ей оставалось только ждать.
Ждать, когда Катрен прочтет ее послание. Ждать, когда напишет ответ и когда наступит назначенный им час встречи. Добраться к назначенному им месту и ждать его появления. Ждать, что он скажет...
Ее собственный план обратиться за помощью к Альмалексии мужчину не устроил. Но, может быть, устроит новый?
Она осторожно коснулась все еще очень чувствительной кожи на руке: жжёт. Ну и ядовиты же эти имповы лягушки! А ведь если Катрен снова не согласится бежать именно сейчас, ей придется еще раз повторить эту процедуру. А, может, и не один...
Катрен пробирался по улицам, прижимаясь к стенам, прячась от случайных прохожих.
Вот и то место, глухое и пустынное. Он пошарил рукой между камней, и, действительно, там обнаружился свернутый клочок пергамента. Данмер вчитался в выведенные рукой Алурами строки.
"Дорогой Катрен, - было написано там. - Я дала понять Дресу и Делину, что согласна на брак, но притворилась больной. Мне поверили. Теперь, пока Делин ищет для меня лекарство, мы можем встречаться чаще и радоваться нашему счастью.
Надеюсь, что время у нас есть - лекарство достаточно редкое и дорогое. Во всяком случае, я не слышала, чтобы оно встречалось здесь, в Дешаане.
Когда же мы, наконец, сможем снова увидеться наедине? Надеюсь, ты так же жаждешь встречи, и не будешь медлить.
С нетерпением жду тебя, твоя Алурами."
Данмер прочёл послание и забрал его с собой, вместо него оставив свое, гласившее примерно следующее: «Не сомневался, что ты сможешь справиться с ними. С нетерпением жду встречи. В миддас после заката на мосту к западу от городских стен». И подпись: К. С.
Быстро сунув послание в щель под камень, данмер скрылся из виду.
С трудом справившись с охватившим ее нетерпением, даже не дождавшись захода светила, Алурами выскользнула из своей комнатки, и едва не бегом бросилась к мосту.
Она подождет, сколько нужно, на месте. Лишь бы не пропустить появления Катрена!
Катрен появился на назначенном месте, когда багровый край солнечного диска уже скрывался за горизонтом и на Морнхолд опускались сероватые сумерки.
В этом бредущем по дороге мере никто не признал бы сына советника. Одежда на нем была самая простая, на голове - широкополая шляпа, которую носили пастухи. Ну, ни дать, ни взять - нетчимен возвращается с пастбища. Во рту у данмера торчала длинная травинка, которую он задумчиво пожевывал.
Поравнявшись с Алурами, он слегка приподнял край своей шляпы и одной лишь улыбкой позвал её следовать за собой.
Девушка, кивнув, немного подождала, когда Катрен отойдет на некоторое расстояние, накинула на голову легкий капюшон, скрывший в тени ее лицо, и, стараясь не потерять мужчину из виду, пошла за ним.
Данмер прошёл вдоль моста, спустился к воде и прошёл по берегу до небольшого водопада, перекатывавшегося через скалы. Здесь в укромном месте был разбит небольшой лагерь: палатка, устланная покрывалами, большое костровище. Шум воды заглушал все звуки и надёжно укрывал лагерь от посторонних взоров.
Катрен подошёл к Алурами и улыбнулся, заглядывая в глаза. Они радостно засияли, и девушка всем своим существом потянулась к любимому.
-Привет, - данмер выбросил травинку, которую держал во рту, и стащил ненавистную шляпу нетчимена с головы. – Ну, как ты? Расскажи, как прошла встреча с Дресом? Как ты обманула его?
Девушка улыбнулась.
- Я натерла руки спинками ядовитых лягушек и наврала им, что заразилась болезнью от одного из паломников-нищих. Сказала, что самое лучшее лекарство от нее - слизь слоада. Дрес даже обещал дать на него денег, только не мне, а Делину. Наверное, побоялся тоже заразиться.
Оба они поверили и отложили свадьбу до моего выздоровления. Думаю, что несколько дней у нас есть.
-Ох… Как изобретательно! - Катрен приподнял бровь. - Я в тебе и не сомневался. Ну, а... какой он из себя, этот Дрес? Кто он вообще такой?
- Фе... нет, Фу, - она расхохоталась. - Я бы так и звала его - Фу, Дрес!...
На самом деле его зовут Фавенил. Напыщенный и самовлюбленный. Глаза наглые и масляные. Сразу схватил меня за руку и всю ее обслюнявил. - Она передернулась. - Богатый. Подарил мне дорогущее кольцо. Пришлось взять. Наверное, как и все Дресы, владеет рабами и плантациями.
Подумав, она вытащила из-за корсажа записку Катрена и с сожалением бросила ее в костер.
- Я правильно думаю, что нам надо остерегаться и не оставлять следов? Ты ведь тоже уничтожил мою записку к тебе?
- Ещё нет, но ты права, - он достал из заплечного мешка записку и тоже бросил в пламя костра. - Вот теперь все.
Значит, Фавенил Дрес. - Мужчина закусил губу. - Кольцо пока сохрани. Мне бы продать его... Но боюсь, если засве... Кхм, в смысле если кольцо всплывёт сейчас, то это разрушит всю задумку.-Катрен приобнял Алурами за плечи. - Я горжусь тобой. Ты все сделала просто отлично, Алурами.
На щеках девушки заалел румянец. Она прерывисто вздохнула и положила голову Катрену на плечо. - Кольцо пока продавать нельзя, - с трудом проговорила она, пытаясь совладать с внезапно охрипшим голосом. - Если Дрес увидит, что я его не ношу, мне будет труднее водить его за нос.
- Вот и я о том же говорю, - согласился мужчина и провел ладонью по волосам спутницы. Ему не хотелось пользоваться её расположением, словно бы он совершал какое-то святотатство. Не то чтобы он особо верил Троим, но в душе было как то неспокойно.
Алурами зажмурилась от ласки, ткнулась носом в ямку над ключицами мужчины, и просто задохнулась от обуревавших ее чувств.
- Катрен... - хрипло прошептала она. - Ты ведь возьмешь меня с собой, правда?
- Да. Мы сбежим от них. От Делина и от этого Дреса. - Катрен видел себя в мечтах спасителем Алурами. И выглядело это более чем героически и достойно, а ещё сладкая месть Делину и его планам. Как же хорошо все складывалось. - Он крепче прижал к себе Алурами, погружаясь в мысли о триумфе над Делином и Дресом.
Аларуми было так хорошо в объятиях Катрена, как никогда в жизни. Она не думала ни о чем, наслаждаясь никогда ранее не испытанным ею счастьем, и благодарила Альмалексию за ниспосланные ей чувства. Свернувшись комочком на широкой груди данмера, она вдыхала его запах, и голова ее кружилась все сильнее и сильнее.