Мужской голос раздался откуда-то из глубины помещения, заставив Полину от удивления сделать глубокий вдох и чихнуть еще раз.

– Рабочие что ли что-то забыли? – бубнящий мужчина, судя по звуку, понемногу приближался.

Полина уже и не рада была, что оказалась здесь. Кто это может быть? Сотрудник? Очередной директор или пугающий незнакомец, как в лифте? От последней мысли ее даже передернуло. А вдруг ей за нахождение здесь прилетит? Она уже собралась быстро выскочить с этажа, когда незнакомец наконец показался из-за угла.

Сутулая фигура, помятый пиджак и печать огромной усталости на лице пугали не так сильно, как то, что мужчина будто находился в странном мареве, отчего контуры его тела, казалось, немного плыли.

– А ты кто? – мужчина остановился и подслеповато прищурился.

Странным было и то, что говорил он вполголоса, будто про себя.

Уйти после такого Полина уже не могла.

Она замерла, глядя на странного человека во все глаза и боясь задать свой вопрос.

– Хм, и чего застыла? Неужели, про меня еще помнят? Решила себе нервишки пощекотать? Хе-хе-хе. Молодежь. Нет бы работать, как положено! – его мимика и настроение менялись так быстро, что это завораживало. – А вот не буду ничего двигать! Нечего! Я тут не экспонат! – мужчина погрозил кулаком и, отвернувшись от Полины, направился обратно, вглубь этажа.

– Постойте!

Полина все же набралась храбрости.

– А? – мужчина встал вполоборота, выставив свое полуприкрытое волосами ухо.

– Вы… вы же призрак?

– Да не может быть…

Мужчина сделал еще пару шагов прочь.

– Не может…

Полина была не уверена, что хочет его переубеждать. С одной стороны, призраков она точно в своей жизни еще не видела, и, даже несмотря на пробегающие по загривку мурашки, было очень интересно. Но, с другой стороны, кто его знает, чем это может быть чревато. У бестелесных духов, в отличие от существ, не было привычного вместилища. А мать рассказывала, какими они могут быть злыми и голодными, особенно старые.

– А впрочем, что я теряю? – снова забубнил себе под нос призрак. – Попытка-то не пытка, хе-хе-хе. Еще раз не умру, а вдруг девчонка и правда меня видит?

Снова обернувшись к Полине, мужчина пожевал губы, оглядел ее с головы до пят, скривился, но все же уточнил:

– Ты меня видишь? Слышишь? Ой, кого я обманываю, откуда здесь взяться…

И Полина наконец приняла решение.

– Слышу и вижу, – она твердо взглянула прямо ему в глаза.

– Да неужели… – прошептал призрак.

Он подошел почти вплотную, все еще недоверчиво разглядывая ее лицо.

– Правда видишь? – и он скорчил страшное лицо и поднял руки в пугающем жесте.

– Правда, – Полина едва сдержала нервный смешок и желание отшатнуться. – И корчить рожи незнакомым девушкам некрасиво.

– Правда… – прошептал он себе под нос. – И что, она и шаманка, что ли?

– Что ли, – Полине становилось все смешней от ситуации. Внезапно объявившийся незнакомый призрак не верит, что его видят, дожили.

– Хм-м…

Мужчина медленно обошел ее по кругу и снова остановился. А потом резко поклонился.

– Меня зовут Ким Чже Хун, уважаемая мусогин. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне и проведите обряд очищения! – и следом гораздо тише. – Сил нет терпеть уже.

И тут Полина порядком опешила. Обряд? Она? Да, она, как выяснилось, потенциальная шаманка, но совершенно ничего в этом не смыслит!

– Простите, не хочу вас расстраивать, но… Я не знаю, как он проводится. Извините.

– Как не знаешь? – мужчина изумленно вскинул голову, и стали гораздо сильнее видны его нездорово фиолетовые синяки под глазами.

– Я еще не обучена, но, если вы знаете, как все должно происходить, я могу попробовать!

Призрак продолжал безмолвно таращиться на Полину.

– Ты что, никогда не была на погребальном обряде? – недоверчиво спросил он.

Она только помотала головой, чувствуя себя ужасно глупо. И зря, ведь откуда ей знать, как в Корее провожают умерших? Вот на родине – да, пришлось побывать на двух похоронах, одни из которых она вынуждена была готовить сама… Сразу стало очень грустно и зябко. Как они, папа с мамой, там, за порогом? Папу они провожали вместе, по всем правилам, но вот мама...

Сразу вспомнился тот день, три года назад, когда маленький микроавтобус, выступавший катафалком, отвез ее до крематория.

Мама лежала в простом гробу, такая белая, с синими губами – Полина запретила ее красить и прихорашивать. Лик смерти страшен, но и честен. Мама так же сделала для отца: они стояли и смотрели на совершенно не похожее на живое лицо любимого человека. Она тогда сказала Полине: «Смотри, это уже не он, здесь лишь мертвое тело, сам он уже далеко отсюда». И эти простые слова помогли легче принять все это, пусть и не до конца. Он уже не здесь, это – не он. Важное напоминание, если не хочешь сойти с ума от неверия и горя.

На сердце легла маленькая безликая самодельная соломенная куколка со знаками луны и солнца на щеках. Но Полина по-прежнему упорно видела в них глаза.

На шее же красовались бусы – самая желанная и одновременно ненавистная вещь для полуночницы. Красные, каменные, под стать маминому незатухающему упорному внутреннему огню. Который, впрочем, едва тлел в ней после смерти отца.

И в цвет пламени, которое сегодня ее сожжет.

– Закрывай глазок, закрывай другой, – шептала Полина, легко касаясь век по очереди. Пальцы подрагивали – трогать мамино мертвое тело было странно. – Спи, засыпай, уходи дорогой длинной, да на закат, – мимолетное прикосновение ко лбу. – Встречайте ее, сестры, милые, у моста у Калинового, у реки у Смородины. Руки белые протягивайте, через воды да по мосту сестру утягивайте, – ледяные ладони ожгли крапивой. Полина сглотнула, чувствуя, как подступают слезы, и с трудом договорила ритуальные строки. – Обратно ей не пройти, не воротиться.

«Запомни эти слова накрепко», – наставляла ее мать, уже после сороковин. – «Когда-нибудь и я так же уйду, и ты должна проводить меня чин по чину». Полина тогда едва не заорала на мать. Зачем она говорит об этом сейчас? Сразу после смерти папы? Но слова записала и хранила в старом блокноте где-то на дальней полке за старыми одеялами. Пока они не понадобились.

Уже после того, как удалось забрать пепел, Полина смогла исполнить последнюю мамину волю: посадить ее деревце поближе к папиному.

Полина не очень любила березы, сама она предпочла бы рябину или японский клен, но мама выбрала именно ее. Для нее это было само воплощение двойственности полуденно-полуночной их природы.

Часть пепла Полина насыпала в лунку для саженца, а остальное рассыпала по окрестностям. Последним штрихом на деревце появилась алая лента.

Папин каштан и мамина береза. Казалось, еще чуть-чуть, и на их месте возникнут знакомые силуэты…

– Так и знал, – шепот призрака вырвал ее из пелены болезненных воспоминаний. – Вокруг одни идиоты и недоучки. Только мне могла достаться необученная шаманка! Что это, вечное проклятье?!

Тут он потряс руками, будто вопрошал у потолка. Не дождавшись ответа, он мученически вздохнул, еще раз пробубнив что-то про неучей, дураков и лентяев, а затем снова взглянул на Полину.

– Слушай сюда, как там тебя. Ты вроде не громкая и не боишься меня, что уже благословение небес. Но! – длинный сухой палец уставился куда-то в район ее переносицы. – А, кого я обманываю. Я действительно устал ждать кого-то более компетентного.

Тут он сокрушенно покачал головой.

– В общем, я подскажу тебе, как все должно выглядеть, но как действительно отправить меня в мир мертвых, это уже твоя забота, я не шаман и как пользоваться вашей силой не знаю.

Полине и осталось только закивать и понадеяться на то, что силы Мин Ю пробудятся самостоятельно в процессе. Очень инфантильно, но на что-то иное надежды не было. Вряд ли здесь пригодится наговор, позволяющий душе пройти через огненную реку. Наверняка у здешних мертвых свои пути.

– Только… Как же так получилось, что вы здесь оказались?

Было ужасно любопытно, как вообще так происходит, что души задерживаются и не могут или не хотят идти дальше. Что его сподвигло задержаться или же помешало уйти? Даже неприятная ситуация в лифте будто отошла на задний план и почти забылась.

– Действительно, я же так и не рассказал про самое главное! – господин Ким Чже Хун неожиданно оживился и даже как-то приосанился.

Полина вдруг поймала себя на том, что с легкостью запомнила его имя. Что это, привыкание?

– Так вот. Я работал в этом отделе на должности маркетолога. Точнее, тогда здесь еще располагался отдел рекламы и маркетинга. У нас на носу был выпуск нового продукта. Было много переработок, я буквально жил в офисе. И вот, когда я смог выйти на одного очень ценного клиента и собирался передать его отделу продаж, у меня – у меня! Ценного сотрудника, отдавшего на благо компании не один десяток лет! – он вскинул руки и затряс ими, глядя в потолок, будто обращался к самим небесам, – случился сердечный приступ… Я не успел его передать! Умер буквально на телефоне! Чертово слабое тело, я ведь почти…

Призрак сжал кулаки и нервно попытался пнуть ближайшее ведро. К великому удивлению Полины, оно слабо качнулось и задребезжало. Но что поразило ее больше – так это то, как легко человек умер прямо на рабочем месте. Звучало просто немыслимо, но, как она помнила, являлось чуть ли не нормой для чрезмерно трудолюбивых азиатов. Жуткая действительность.

Взяв себя в руки, мужчина продолжил.

– А потом начался ремонт, и я оказался в полной изоляции! Ни шагу не могу ступить наружу. И ведь вижу, как люди копошатся на других этажах. И работают наверняка спустя рукава. Знаю я их, этих дармоедов и лентяев…

– Но почему здесь начали делать ремонт? Да еще так надолго…, – Полина обвела рукой помещение, пытаясь таким образом переключить внимание призрака.

Хотя момент, где он говорил, что «видел» людей на других этажах, весьма любопытен. Нужно не забыть спросить, как это для него происходит.

– Людям просто не понравилось, что рядом с ними кто-то умер. Они начали хуже работать, больше шушукаться во внеобеденное время. Вот лентяи, да? Ну да я не удивлен. Им только повод дай на мертвецов отвлечься и не работать! Еще я, конечно, пытался им донести про незаконченное дело, но эти бестолочи так меня и не услышали. Только ежились и пугались, когда удавалось что-нибудь пошевелить. А я ведь очень старался! Сбросить целую кипу папок, будучи духом – это тебе не языком чесать, тут прорва сил нужна! Начальству это надоело, и решили наконец устроить ремонт в этом помещении, чтобы и людей перевести в другое место, и старое помещение подновить. Чтобы все забыли к концу ремонта, что тут произошло, и работали дальше спокойно. Слышал я их разговоры. Лучше бы сразу шаманов сюда вызвали, бестолочи. Видели же, что дух шалит! Вот так я и оказался совсем один. И какой дурак проводил церемонию моего прощания? Что он, совсем не заметил, что духа-то нет? Вокруг одни бестолочи! – и призрак снова принялся ворчать.

– Но вы-то, уважаемый господин Ким Чже Хун, исключительно порядочный и трудолюбивый человек. И кому, как не вам, уготовано отлично разбираться во всем, за что бы вы ни взялись, – Полина наконец разгадала, какой личностью был маркетолог, а потому постаралась расположить его к себе, чтобы все прошло гораздо проще и без излишней ругани со стороны ворчливого призрака.

Ким Чже Хун прервал свой поток брани, пожевал губами и задумчиво закивал.

– Верно, верно…

Пряча улыбку, Полина вдруг поняла, что рада, что случайность привела ее сюда.

Тогда, совершив все необходимые ритуалы, она почувствовала облегчение. Что мама точно найдет свою дорогу дальше, а не застрянет где-то на перепутье бледной тенью. Что сможет где-то там найти папу и снова быть с ним. Что она все сделала правильно, как бы ни было больно.

И сейчас, глядя на этого смешного ворчливого призрака, Полина понимала, что поможет ему несмотря ни на что. Никто не заслуживает застрять между двумя мирами навечно.

– Что нужно делать? – твердо спросила она.

Несколько секунд они играли с призраком в гляделки, но затем он сдался.

– Для начала шаману полагается рассказать легенду о конджу* Па Ри, затем попросить ее позаботиться о душе и проводить ее в мир иной. После дух должен вселиться в мусогин и через нее… Погоди, а ты наследственная шаманка или… так, – он подозрительно сощурился на Полину и сделал неопределенное движение рукой.

– Наследственная, – поспешно закивала она.

– А это хорошо. А то все эти непонятные кансинму* с их духами, никогда не знаешь, что от них ждать. Хорошо, хорошо… Тогда мне незачем в тебя вселяться, у тебя должен быть свой атрибут. Деревянная палочка, да.

Полина чуть не прыснула. Что, совсем как в Гарри Поттере? Волшебная шаманская палочка? Она все же не удержалась и уточнила:

– Палочка, как у европейских волшебников?

– Что?! Какая глупость! Причем тут вообще европейцы?! – мужчина смешно топнул ногой. – Эта палочка будет проводником для меня! Дух вселяется в атрибут и очищается от всего наносного. Горе, заботы, обиды, печали – все уходит, и душа может двигаться дальше. Ну, во всяком случае, так должно быть. Я надеюсь.

Мужчина тяжело вздохнул и, кажется, задумался. Наверняка о своей работе вспоминает, подумалось Полине. Вежливо выждав минуту, она его поторопила:

– А дальше?

– А дальше я должен спокойно уйти! – отрезал Ким Чже Хун, недовольный тем, что его мысли прервали. – Нужны хлопковые и льняные отрезы ткани. Их полосы, уложенные перпендикулярно, олицетворяют собой мир живых и порог мира мертвых. И ты должна разорвать полосы живого мира, отрезав мне путь назад!

– Поняла. Палочка и ткань.

– Верно. Стой! Ты куда? – мужчина растерялся, увидев, как Полина резко развернулась и бросилась к выходу.

Она остановилась в шаге от порога и обернулась.

– У меня мало времени, аджосси*. Сейчас найду все необходимое и вернусь.

Полина практически не запомнила, как нашла наконец нужный этаж и отдала последнюю стопку документов, а затем и прибежала к себе в отдел. Спешно отпросившись у Мин Хи по личным делам и получив хмурое напутствие вернуться и отработать, Полина рванула в единственное место, где наверняка можно было найти все необходимое для ритуала.

В зону отдыха.

Чжун Хо встретил ее искренней улыбкой, которая быстро сменилась недоумением. Полина сразу же вывалила на него ворох просьб, стараясь не думать о том, как странно они звучат, и они вдвоем рванули бегать по комнате.

А что особенно приятно – он не задавал вопросов.

Нужна хлопчатобумажная и льняная ткань? Вот тебе полотенца и наволочки для декоративных подушек. Нужны ножницы все это изрезать на полосы? Пожалуйста, а какой ширины надо резать? Нужна деревянная палочка? А какая тебе лучше, бамбуковая для еды или неочиненный карандаш?

Сграбастав наконец все собранные материалы в охапку, Полина собиралась поблагодарить Чжун Хо и бежать дальше. Как-то воспринял все ее странные просьбы этот улыбчивый заведующий зоной отдыха? Хотелось бы, чтобы он остался о ней только лучшего мнения. Очень хотелось.

Но после ее поклона, он внезапно сам легко качнулся вперед и спросил:

– Простите мне мою невежливость, но меня слишком съедает любопытство. Зачем все эти приготовления?

Полина замялась, не зная, что можно сказать. Но мужчина, будто спохватился, сам поспешно заговорил опять:

– Можете не отвечать. Просто мне все это сильно напомнило подготовку к некоему ритуалу.

Едва подавив тяжелый вздох, от того, что не вышло уйти от вопросов, Полина неожиданно для себя с легким вызовом выпалила:

– Вы не поверите, но да. Просто моя бабушка была мудан, и я, похоже, унаследовала ее силу.

Даже подбородок неожиданно дерзко задрался вверх. Лучшая защита – это нападение? Да, малышка Мин Ю?

– Но почему так срочно?

Этот спокойный вопрос немного выбил ее из неожиданного настроения. Полина вгляделась в лицо мужчины: ни тени удивления ее словам, ни пренебрежения, ни опасения. Только мягкое ожидание и толика беспокойства.

И Полина продолжила резать правду:

– Вы не поверите. Опять. Но я, кажется, видела призрака, и хочу помочь ему упокоиться как следует.

– О нет, я поверил вам еще в первый раз, – теплая улыбка будто сразу подарила Полине больше уверенности. – Но… призрак здесь, в этом офисе? Прямо сейчас?

Полина лишь кивнула и неуверенно улыбнулась.

Чжун Хо опустил глаза и о чем-то задумался на пару мгновений. А затем поднял на нее прямой и неожиданно серьезный взгляд.

– Это очень достойное желание. Могу ли я чем-то помочь?

Первым порывом было выкрикнуть: «Нет!» Вторым – сказать это же «нет», но уверенно и твердо. Но что-то ее остановило. Полина поняла, что снова замялась.

Да она просто-напросто не хотела его обижать!

Но принять его предложение – совершенно не вариант. Чем он ей поможет? А ведь может и помешать. Да и людям лучше не показывать ничего мистического, Мин Хи ясно дала ей понять, что квисин ревностно хранят свое инкогнито. Есть, конечно, шанс, что он не человек. Но и это не значит, что идея с его помощью хорошая.

И ей все еще хотелось сохранить его хорошее мнение о себе.

Она снова подняла на него взгляд, вновь отмечая отсутствие следов недовольства на лице, и вдохнула побольше воздуха для ответа. Но он опять ее опередил:

– Ритуал потребует времени и пространства. Я могу посторожить то место, в котором вы его проведете. От посторонних глаз. Не каждый поймет необходимость ритуала и спокойно даст его провести в своем офисе.

Под его внимательным взглядом Полина внезапно почувствовала, как потеплели щеки. Она и правда совсем не подумала, что может случится, если кто-то вдруг зайдет на этаж и ее ритуал прервут.

– Я планирую провести его на закрытом на ремонт этаже, – попыталась все же отбиться она. – Вряд ли кому-то придет в голову там бродить.

Но уже было понятно, что его помощь не будет такой уж бесполезной. Лучше, минимизировать количество возможных свидетелей.

– Тем более. Не думаю, что кто-то из руководителей будет рад случайно застукать вас там.

Полина обреченно кивнула.

– Но вы тоже останетесь снаружи! Я… мне нужно будет сосредоточиться.

Чжун Хо вновь очень тепло улыбнулся и кивнул.

Пока они шли по лестнице обратно (Полина так и не смогла заставить себя подойти к лифту, а Чжун Хо было, кажется, все равно), она все больше успокаивалась несмотря на компанию. В какой-то момент Полина вдруг поняла, что скользнула в свои мысли, уже не задумываясь об идущем следом мужчине.

Почему она взялась за это? Этот ритуал, все приготовления. Не только из любопытства. Просто она представила, что бы случилось, если бы ее родные застряли так, между мирами? Желала бы она им такого? Конечно же нет, она бы никому такого не пожелала.

Наверное, даже хорошо, что у нее вдруг обнаружились силы, способные это исправить. Ведь что хорошего ждало одинокого призрака, если бы здесь случайно не появилась шаманка?

Ступени очень быстро закончились. Остановившись у дверей, Полина неуверенно обернулась к Чжун Хо. Стоило ли соглашаться на его помощь? Эта мысль никак не хотела ее отпускать.

Заведующий зоны отдыха передал ей заботливо отнятую в начале пути поклажу и сделал шаг назад, будто давая ей пространство для окончательного решения. Но сейчас было уже поздно отказываться.

Уже на пороге, прижимая к себе ворох тряпок, Полина услышала замершего за спиной Чжун Хо:

– Мин Ю! Пусть все получится.

___