Почему мы не поддерживаем жертв насилия? И откуда берется – сама виновата?
В своих соцсетях я решила делать посты поддержки, которые
мотивируют женщин, переживших сексуализированное насилие, в том числе в детстве
и родителей детей, которые столкнулись с этой проблемой.
мотивируют женщин, переживших сексуализированное насилие, в том числе в детстве
и родителей детей, которые столкнулись с этой проблемой.
Механизм самый простой – пост в котором я прошу в комментариях
написать слова поддержки. И в ответ единичные слова. Почему так происходит?
написать слова поддержки. И в ответ единичные слова. Почему так происходит?
Наверное, главная причина, что мои читатели не видят
важности этих слов. Хотя она огромна. Каждая жертва сексуализированного
насилия, даже если это ребенок, живет с чувством вины, у многих оно настолько
большое, что совершенно лишает их нормальной жизни. Матери изнасилованных детей
испытывают тоже самое. Но, пожалуй, в еще большей степени. В работе с жертвами
все же легче достучаться до сознания, объяснить, что ты не виновата, ты была
ребенком у которого не было сексуального опыта, тебя обманули. То с матерями
это не проходит, да, в преступлении виноват преступник, но мамы чувствуют ответственность
за своего ребенка: не защитила, не уберегла, не научила важному, - с этими
установками очень тяжело работать.
важности этих слов. Хотя она огромна. Каждая жертва сексуализированного
насилия, даже если это ребенок, живет с чувством вины, у многих оно настолько
большое, что совершенно лишает их нормальной жизни. Матери изнасилованных детей
испытывают тоже самое. Но, пожалуй, в еще большей степени. В работе с жертвами
все же легче достучаться до сознания, объяснить, что ты не виновата, ты была
ребенком у которого не было сексуального опыта, тебя обманули. То с матерями
это не проходит, да, в преступлении виноват преступник, но мамы чувствуют ответственность
за своего ребенка: не защитила, не уберегла, не научила важному, - с этими
установками очень тяжело работать.
И слова поддержки в таких случаях значат очень многое:
принятие обществом, не осуждение, понимание проблемы, защита.
принятие обществом, не осуждение, понимание проблемы, защита.
Почему же мы так скупы на них? Неужели не понимаем?
Все намного сложнее. Нам страшно писать эти комментарии. И
вот почему:
вот почему:
- В целом поведение людей сейчас изменилось, из-за страхов
последствий пользователи соцсетей в целом стали меньше ставить лайки, писать
комментарии, обозначать свою позицию. А здесь еще и такая тема, табуированная,
может лучше и промолчать.
последствий пользователи соцсетей в целом стали меньше ставить лайки, писать
комментарии, обозначать свою позицию. А здесь еще и такая тема, табуированная,
может лучше и промолчать.
- читая книги, смотря фильмы, слушая лекции на эту темы мы
убеждаем себя в мысли, что наши дети под защитой и с ними этого не случится. И
нам очень важно чувствовать эту безопасность в теме для наших детей и нас.
убеждаем себя в мысли, что наши дети под защитой и с ними этого не случится. И
нам очень важно чувствовать эту безопасность в теме для наших детей и нас.
- когда же мы пишем комментарий, в поддержку жертвы то
понимаем, что это уже не абстрактный человек, которого мы не знаем, это
конкретные дети, родители, девушки и юноши. И это страшно осознавать. Страшно,
если вдруг кто-то из них поблагодарит, напишет.
понимаем, что это уже не абстрактный человек, которого мы не знаем, это
конкретные дети, родители, девушки и юноши. И это страшно осознавать. Страшно,
если вдруг кто-то из них поблагодарит, напишет.
И если сделать общий вывод, то мы в целом чувствуем себя в
теме небезопасно. Не принимая ее и стараясь не проявляться.
теме небезопасно. Не принимая ее и стараясь не проявляться.
С этим же психологическим моментом связано большое
количество комментариев к новостям об изнасилованных детях, где комментирующие
играют в детективов, пытаются разобраться в виновности жертвы и оправдывают
преступника, параллельно выплекскивают огромный негатив на родителей ребенка.
количество комментариев к новостям об изнасилованных детях, где комментирующие
играют в детективов, пытаются разобраться в виновности жертвы и оправдывают
преступника, параллельно выплекскивают огромный негатив на родителей ребенка.
Это происходит не от особой жестокости и испорченности, а от
невежественности, нежелания понимать, что любым ребенком очень легко
манипулировать взрослому, который имеет преступные намерения.
невежественности, нежелания понимать, что любым ребенком очень легко
манипулировать взрослому, который имеет преступные намерения.
С одной стороны осуждение жертвы идет от этого незнания, с
другой стороны от желания защититься самому. Жертва сама виновата, потому что
согласилась, сама была не против, молчала, не вырывалась и т.п. А с моим
ребенком этого не случиться, потому что он другой, он не согласится, убежит,
расскажет, не будет разговаривать на такие темы, не согласится на такие
действия. И срабатывает такая психологическая защита. Очень многим хочется
написать в комментариях это свое мнение, потому что оно для них как
своеобразная защита, гарантия того, что с ними и их ребенком все будет в
порядке.
другой стороны от желания защититься самому. Жертва сама виновата, потому что
согласилась, сама была не против, молчала, не вырывалась и т.п. А с моим
ребенком этого не случиться, потому что он другой, он не согласится, убежит,
расскажет, не будет разговаривать на такие темы, не согласится на такие
действия. И срабатывает такая психологическая защита. Очень многим хочется
написать в комментариях это свое мнение, потому что оно для них как
своеобразная защита, гарантия того, что с ними и их ребенком все будет в
порядке.
Но, конечно, оно так не работает. Преступления происходят не
потому что мы в них верим или не верим. Преступления происходят потому что
преступники испытывают потребность совершать их.
потому что мы в них верим или не верим. Преступления происходят потому что
преступники испытывают потребность совершать их.
Но когда мы пишем комментарии в духе сама виновата, этим мы
обесцениваем жертв и в широком смысле делаем насилие над детьми нормальным явлением,
как бы делая заключение: «Насиловать детей можно, если они себя ведут не
социально одобряемым образом».
обесцениваем жертв и в широком смысле делаем насилие над детьми нормальным явлением,
как бы делая заключение: «Насиловать детей можно, если они себя ведут не
социально одобряемым образом».
Поэтому, огромной победой будет, если много людей осознает,
что когда мы пишем комментарий поддержки жертве, этим самым мы несем посыл в
мир: «Насиловать детей, это преступление. Так быть не должно. Жертвы не в чем
не виноваты. Во всем виноват преступник».
что когда мы пишем комментарий поддержки жертве, этим самым мы несем посыл в
мир: «Насиловать детей, это преступление. Так быть не должно. Жертвы не в чем
не виноваты. Во всем виноват преступник».
И когда таких комментариев под постами поддержки жертвам
будет несколько сотен или даже тысяч, тогда мир начнем меняться. Я в этом уверена.
будет несколько сотен или даже тысяч, тогда мир начнем меняться. Я в этом уверена.