Сны приходили волнами и вспышками. Крики, которые обрывались на полуслове. Чьи-то руки, то тянущиеся к ней, то отталкивающие.

Умиротворённое лицо Келлы Оквуи в золотом свете заходящего солнца. А следом — её же застывшее тело на холодном полу. Виолетта кричала, но звук не шёл из горла.

Нет! Только не снова! Она не могла снова потерять её!

Где-то на границе сознания мелькнул золотой песок. Тикали зелёные часы, мелькающие вокруг. Колибри шелестом билась крыльями о невидимые стены и стучала тонким клювиком по стеклу.

Морроу дёрнулась и открыла глаза.

Деревянный потолок, постеры квиддичных команд, перелетающие с листа на лист. Слабый свет за окном — ещё не рассвет, но уже не ночь. Рядом мерно дышали девочки: Джинни свернулась калачиком, обняв подушку, Гермиона лежала на спине, подложив одну руку под подушку.

Виолетта медленно выдохнула и попробовала пошевелиться.

Ожидаемо после вчерашнего тело ныло. Магия тоже не радовала и тлела затухающими углями. Истощение никуда не делось, просто притаилось, выжидая момент, чтобы обрушиться в полную силу.

Надо было уйти. Найти безопасное место. Забиться в нору и переждать, пока тело и магия восстановятся.

Но сегодня тридцать первое июля.

День рождения Гарри.

Морроу тяжко вздохнула.

Морщась от боли, она осторожно выскользнула из-под одеяла, стараясь не потревожить девочек. Босые ноги коснулись прохладного деревянного пола. Доски скрипнули — она замерла, но Джинни лишь пробормотала что-то во сне и перевернулась на другой бок.

Виолетта бесшумно пересекла комнату. В углу на кресле висела её одежда. Взяв корсет, девушка потянулась к скрытому кармашку с расширенным пространством внутри. Пальцы нащупали знакомый ребристый флакон с бодрящим зельем, откупорили пробку, и она одним глотком осушила половину. Жидкость обожгла горло, растеклась по венам ледяным огнём. Через несколько секунд туман в голове рассеялся.

Временная мера. Она знала это. Зелье не восстанавливает силы — только маскирует усталость, откладывает неизбежное. Но сейчас ей нужно было продержаться. Виолетта закупорила флакон и спрятала обратно.

Подумав, достала и тот, что передал ей профессор Снейп. Жалко было тратить такое качественное зелье. Но с кружащим вокруг Одинсоном она не могла оказаться без сил.

Одним глотком Морроу выпила усовершенствованный восстановитель. Энергия не ударила в голову, как бывало от простой формы этого зелья, а разлилась по телу густым теплом, мгновенно наполняя тело силой. Вот что значит работа мастера зелий. Истощение мигом испарилось. Сердце забилось ровнее. А сила внутри заплескалась так, что хотелось что-то сделать, куда-то побежать. Пришлось успокаивать поднявшуюся бурю.

Пока не забыла, Виолетта коснулась кончиком палочки запястья, шепча заклинание. Кожу кольнуло — невидимые чары легли тонким браслетом. Теперь через восемь часов она почувствует лёгкую вибрацию. Напоминание, когда нужно будет уйти. Обратный отсчёт.

В ванной она задержалась дольше, чем планировала. Горячая вода стекала по плечам, смывая остатки ночных кошмаров. Пар окутывал зеркало, скрывая отражение.

Там же, пока все спали, Морроу поставила чемодан и нырнула внутрь. Задерживаться не стала, только быстро переодела чистое лиловое платье, скинула повреждённый плащ демигуиза и взяла подарок для Поттера.

Когда она вышла на улицу, небо уже начало светлеть. Розовые и золотые полосы расползались по горизонту, окрашивая облака. Воздух пах росой, скошенной травой и ароматом цветов, растущих под кухонным окном.

Виолетта села на крыльцо, обхватив колени руками.

Она любила такие мирные и спокойные утра на природе.

По-хорошему, она могла бы уйти прямо сейчас. Дождётся, когда встанет Молли, оставит подарок для Гарри ей, попрощается, аппарирует в какое-нибудь тихое местечко, поставит лагерь, запрётся и переждёт откат в безопасности.

Но тогда придётся оставить Малфоя.

Парень вчера буквально жался к ней и Одинсону — единственным, рядом с кем чувствовал себя хоть немного комфортно. Дом Уизли был для него враждебной территорией. Уйти сейчас — всё равно что бросить его одного среди... ну, не врагов. Но и не друзей.

Тем более совместный бой — это лучшее лекарство, чтобы примирить мальчишек. В свою очередь это же поможет снизить градус неприязни между факультетами. Всем жить легче станет.

Но она знала, что под маской высокомерия Драко прятал сердце гриффиндорца. Упрямое, гордое, до смешного ранимое. Он найдёт способ вляпаться в неприятности и разругаться со всеми ещё до обеда. И этого нужно было избежать.

А ещё будут вопросы, которые нужно сразу закрыть, чтобы любопытные носы не стали копать.

Гермиона наверняка спросит про щиты. Про то, где её ровесница могла научиться так отбивать проклятья, а ещё с такой лёгкостью работала с землёй. Драко тоже наверняка заметил, как легко их магия переплеталась вчера, будто они тренировались вместе годами.

«Сплошные проколы», — мрачно подумала Виолетта и снова уставилась на рассвет.

Дверь за спиной скрипнула.

Морроу обернулась. На пороге стояла Молли Уизли в домашнем халате, с растрёпанными волосами, но уже с палочкой в руке. Увидев девушку, она всплеснула руками.

— Мерлин милосердный! Виолетта, дорогая, ты что же совсем не спала?

Девушка поднялась, отряхивая подол платья.

— Немного подремала, — мягко улыбнулась она. — Просто... сильные впечатления. Сложно уснуть после такого.

Молли покачала головой, и в её глазах мелькнуло понимание. Она подошла ближе, положила тёплую ладонь на её плечо и слегка приобняла.

— Бедная девочка. После такой ночи немудрено. Идём-ка на кухню, я поставлю чайник. И не вздумай отказываться!

Виолетта не стала спорить.

Кухня Норы была маленькой, тесной и совершенно очаровательной. Медные кастрюли висели над плитой, потемневшие от времени и огня. На подоконнике теснились горшки с травами для готовки и аромата: мята и базилик с фиолетовыми листьями. Старые деревянные шкафчики хранили следы детских рисунков и царапин.

А в углу тикали волшебные часы с девятью стрелками — по одной на каждого члена семьи. Морроу скользнула по ним взглядом. Стрелки Молли, Рона, Джинни и близнецов указывали на «Дом». А вот Артур, Билл, Чарли и Перси застыли где-то между «Работа» и «Смертельная опасность».

Миссис Уизли перехватила её взгляд и вздохнула.

— Они помогают аврорам разбираться с последствиями, — тихо сказала она, и в голосе прозвучала привычная тревога матери, которая слишком хорошо знала, что такое ждать. — Артур прислал Патронуса ночью. Сказал, что всё под контролем, но... — она махнула рукой и вернулась к плите. — К обеду должны вернуться. Надеюсь.

Молли уже взмахивала палочкой. Чайник поплыл к раковине, наполняясь водой. Из шкафа выпорхнули чашки и блюдца.

— Сегодня день рождения Гарри, — приговаривала женщина, доставая муку и яйца. — Я уже заготовила кое-что на обед. Но нужно и на завтрак приготовить что-то особенное. Бедный мальчик, столько пережил... Праздничный завтрак — это меньшее, что я могу сделать.

— Давайте помогу, — предложила Виолетта.

Молли замерла, удивлённо моргнув.

— Ты умеешь готовить?

— Не просто умею, но ещё и люблю.

Готовка была одним из немногих занятий, которые по-настоящему успокаивали. Руки заняты, разум сосредоточен на простых действиях: нарезать, смешать, помешать. Никаких сложных решений. Никаких смертей.

Молли просияла.

— Тогда бери фартук, дорогая. Вон тот, с подсолнухами.

Они работали бок о бок в уютной тишине. Сперва вместе приготовили пирог, который теперь запекался в магической печке. После этого Морроу взбивала тесто для блинчиков, а Молли колдовала над беконом и яйцами. Запах жареного мяса и свежей выпечки постепенно наполнял кухню.

— У тебя лёгкие руки, — заметила Молли, наблюдая за её движениями. — Кто тебя учил?

— Моя опекунша, — тихо ответила она. — Кажется, я вам в прошлый раз уже говорила, что она готовит десерты на заказ. Ну вот я ещё до школы ей помогала. Она многому меня научила.

Миссис Уизли не стала расспрашивать. Только кивнула и вернулась к плите, напевая простенький мотивчик.

Через полчаса на кухню спустились Джинни и Гермиона. Сонные девчонки были немного растрёпаны, но их точно привлекли приятные ароматы. Джинни сразу потянулась к тарелке с готовыми блинчиками, получила шлепок по руке от матери и со смехом отступила. Грейнджер налила себе чаю и присела за стол.

— Ты рано встала, — заметила она, глядя на Виолетту. А на её лице уже читались все признаки знакомого и дотошного любопытства.

— Не спалось.

— После вчерашнего неудивительно, — Гермиона помолчала, крутя чашку в руках. — Морроу... Виолетта, можно спросить?

— Конечно.

— Вчера... Те щиты, которые вы с Малфоем ставили. Я никогда не видела, чтобы кто-то так быстро реагировал. Это было... — она замялась, подбирая слова. — Это не школьный уровень. Даже не близко.

— Это выглядело действительно круто, — вставила Джинни и подняла большой палец вверх.

Виолетта продолжала жарить блинчики, не поднимая глаз.

— Это тренировки.

— Какие тренировки? — Грейнджер подалась вперёд. — Где ты этому научилась?

Морроу пожала плечами.

— В прошлом году. У меня было много времени, — намекая на маховик, сказала она, глянув Грейнджер. И та понимающе едва заметно кивнула. — Есть одно упражнение. Закрываешься в пустой комнате без окон и выпускаешь заклинание-отражатель с жалящим эффектом. Оно отскакивает от стен, летит обратно. Приходится либо уворачиваться, либо ставить щит. Потом добавляешь ещё одно. И ещё.

— Сурово, — протянула Джинни.

Гермиона нахмурилась.

— Это же опасно и больно!

— Очень, — согласилась Виолетта. — Зато вбивает рефлексы намертво. Никогда не знаешь, с какой стороны прилетит. Иногда я тренировалась на уворот, иногда на постановку щитов.

Вот только всё это началось со второй петли. Теперь это уже часть неё. Как дыхание. Даже в этой петле она в тренировочном зале устраивала себе такие разминки.

Грейнджер смотрела на неё странным взглядом со смесью восхищения и тревоги.

— Но зачем? Ты же... Мы же в школе. В безопасности.

Морроу переложила блинчик со сковороды на тарелку, подняла глаза и встретила её взгляд.

— Вчера мы тоже должны были быть в безопасности. На Чемпионате мира. Под защитой авроров и министерства.

Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но замолчала. Крыть было нечем.

— Я просто... хочу быть готовой к неожиданностям, — тихо закончила Виолетта и вернулась к готовке.

— В этом что-то есть. В коридорах Хога тоже может прилететь что-то в спину, — задумчиво кивнула Джинни.

Морроу подмигнула ей в ответ и, выливая тесто для нового блина, добавила:

— Попробуйте такую тренировку. Это и полезно, и интересно. Семь потов сойдёт. А главное, вас будет потом сложно даже шуточными подловить. Это вбивается в рефлексы.

Девочки задумались. А вот Молли, делавшая вид, что не слушает, бросила на неё долгий задумчивый взгляд. Но ничего не сказала.

Постепенно Нора просыпалась.

Сперва спустились близнецы: одинаково растрёпанные и одинаково голодные. Они синхронно потянули носами воздух и расплылись в улыбках.

— Мама, ты богиня, — выдохнул Фред.

— Богиня кулинарии, — уточнил Джордж.

— И блинчиков, — добавил Фред, а пальцы уже потянулись к тарелке.

Молли шлёпнула его полотенцем.

— Руки прочь! Это для праздничного стола!

Виолетта краем глаза поймала за окном движение — это две совы летели к окну на верхнем этаже, чтобы передать подарки для Гарри. Значит, скоро мальчишки спустятся. И в самом деле, первым появился сонный Рон с отпечатком подушки на щеке. Потом Гарри, который выглядел немного растерянным от всеобщего внимания. И наконец — Драко и Локи.

Малфой держался с безупречной осанкой, но Морроу видела, как напряжены его плечи. Он окинул кухню быстрым и настороженным взглядом, и едва заметно расслабился, заметив её у плиты.

Кто бы мог подумать, что Малфой — Малфой! — будет комфортнее себя чувствовать рядом с грязнокровкой, а не в доме чистокровных магов.

Одинсон, напротив, выглядел так, будто просыпался в чужих домах каждый день. Он непринуждённо прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, и одарил Молли ослепительной улыбкой.

— Миссис Уизли, этот запах — настоящее волшебство. Если бы я не знал, что вы ведьма, решил бы, что вы фея домашнего очага.

Молли порозовела от удовольствия.

— Ох, прекрати, льстец!

— Только правда, — Локи прижал руку к сердцу. — Чистая, незамутнённая правда.

Виолетта закатила глаза, но промолчала.

По велению Молли мальчики вынесли большой деревянный стол во двор. Утро выдалось тёплым, солнечным — идеальным для праздника на свежем воздухе. Скатерть сама расправилась и легла ровно. Тарелки выстроились в ряд. Кувшин с яблочным соком занял почётное место в центре рядом с горячим чайником.

Когда все расселись, Молли торжественно вынесла именинный торт — большой, украшенный магическими свечами, которые искрились разноцветными огоньками.

— С днём рождения, Гарри! — хором грянули Уизли.

Гарри покраснел до корней волос. Он явно не привык к такому тёплому вниманию. Морроу видела, как он моргает чуть чаще обычного, как сглатывает комок в горле.

— Спасибо, — хрипло выдавил он. — Я... Спасибо.

Молли обняла его, крепко прижав к себе.

— Четырнадцать лет, подумать только! Совсем взрослый.

— Мама, ты его задушишь, — хмыкнул Рон.

Посыпались подарки. Уизли подарили всякую интересную мелочёвку. От «произведений» подмигивающих и играющих бровями близнецов и сладостей от Рона до пера, меняющего цвет чернил, от Джинни. Гермиона протянула аккуратно упакованную коробку.

— Это «Монополия», — пояснила она. — Магловская настольная игра. Ты же теперь учишься разбираться в финансах, вот я и подумала...

Гарри рассмеялся, разглядывая коробку.

— Это где нужно скупать недвижимость и разорять соперников?

— Именно.

— Звучит как план Малфоев на каждый вторник, — пробормотал Рон.

Драко бросил на него холодный взгляд, но промолчал. Он сидел чуть в стороне, между Морроу и Одинсоном, и всем своим видом демонстрировал вежливую отстранённость. Но пальцы, сжимавшие край салфетки, выдавали напряжение.

Виолетта достала из кармана небольшой свёрток.

— Держи, — она протянула его Гарри. — С днём рождения.

Поттер развернул обёртку и замер. В руках у него лежала старая книга в тёмно-бордовом переплёте. Золотые буквы на обложке гласили: «Поттеры: От Линфреда до наших дней».

— Это... — Гарри провёл пальцами по тиснению. — Где ты её нашла?

— В одном букинистическом магазине в Эдинбурге, — Морроу пожала плечами. — Там целый раздел по генеалогии старых родов. Подумала, тебе будет интересно.

Гарри уже открыл первую страницу, жадно вчитываясь в строки.

— Тут есть семейное древо... И герб... И...

Локи откашлялся, привлекая внимание.

— Полагаю, моя очередь, — он достал из кармана небольшую коробочку, обтянутую тёмно-зелёным бархатом.

И когда только успел? Или тоже планировал? Пытается стать ближе к Поттеру? Но ему-то зачем?

Гарри осторожно открыл её и ахнул.

Внутри лежала булавка для галстука — изящная, серебряная, в форме молнии. Но не простой. Она переливалась всеми оттенками серебра и белого золота, а крошечные изумруды вспыхивали на свету, будто живые. Магия в ней была тонкой, едва ощутимой, но распознаваемой — защитные чары, вплетённые в металл.

Виолетта почувствовала, как внутри сорока подняла голову и заинтересованно застрекотала.

Пальцы Морроу дрогнули на ручке чашки.

— Это... — Гарри не находил слов.

— Скандинавская работа, — легко пояснил Локи. — Руны защиты от чар, рассеивающих и отвлекающих внимание. Небольшая, но полезная вещица, — он улыбнулся. — К тому же блестит. Думаю, это важно.

Последние слова он произнёс, глядя прямо на Виолетту.

Девушка медленно опустила чашку и бросила на него ледяной взор. Одинсон невинно приподнял брови, изображая полнейшее непонимание.

Малфой настороженно переводил между ними вопросительный взгляд.

— Спасибо, Локи, — Гарри вертел булавку в руках, разглядывая узоры. — Это действительно... Я даже не знаю, что сказать.

— «Спасибо» вполне достаточно, — Локи откинулся на спинку стула, явно довольный произведённым эффектом.

Драко бросил взгляд на булавку, потом на Одинсона, затем на подаренную книгу. Серые глаза прищурились.

— Поттер, — сухо перебил Драко. — Вот тебе в подарок информация: ты в курсе, что твой прапрадед вёл дела с моим?

Гарри поднял голову, нахмурившись.

— Что?

Малфой откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Поза была расслабленной, но взгляд — цепким.

— Генри Поттер. Партнёрство с Абраксасом Малфоем. Совместные инвестиции в зельеварение. У наших семей до сих пор есть доли в нескольких зельеварнях.

Гарри моргнул.

— Я... не знал.

— Очевидно, — фыркнул Драко. Потом помолчал, чуть склонив голову. — Впрочем, надеюсь, ты знаешь, что мы родственники. Пусть и дальние.

— Да. Через Дорею Блэк. Она вышла замуж за моего деда.

Повисла странная тишина. Рон переводил взгляд с одного на другого, явно не понимая, к чему идёт разговор. Гермиона, напротив, заметно оживилась. Кажется, она поняла, что это шанс остановить вражду факультетов.

Драко побарабанил пальцами по столу.

— Род Поттеров — один из старейших, — медленно произнёс он. — Древняя магия, древняя кровь. Странно, что ты так мало знаешь о собственном наследии.

— Мне никто не рассказывал, — в голосе Гарри мелькнула горечь.

— Книги расскажут, — Драко кивнул на книгу. — Как и портреты твоих предков. Кажется, даже в Хогвартсе они должны быть. И, Поттер... Когда разберёшься с делами рода, нам, возможно, стоит обсудить те совместные предприятия. Не хотелось бы, чтобы твоя некомпетентность разорила прибыльный бизнес.

Рон открыл рот, чтобы возмутиться, но Гарри его опередил.

— Это было почти вежливое предложение, Малфой, — он усмехнулся. — Я впечатлён.

— Не привыкай.

Но уголок губ Драко дрогнул.

Виолетта спрятала улыбку за чашкой чая. Маленький шаг. Один из многих. Но всё-таки шаг.

Миссис Уизли принесла приготовленный ими заранее ароматный пирог и ещё одну тарелку с беконом, и Морроу поймала момент, чтобы напомнить о старой идее.

— Миссис Уизли, — негромко сказала она. — Вы уже думали над моим предложением?

Женщина замерла, тарелка зависла в воздухе.

— Каким... Ах, это... — она замялась, бросив быстрый взгляд на детей. — Дорогая, я не уверена...

— Какое предложение? — заинтересованно спросила Джинни, перехватывая парящую тарелку и ставя её на стол.

Морроу откинулась на спинку стула.

— Помнишь, когда я была у вас в прошлый раз, я предлагала миссис Уизли открыть своё дело? Продавать выпечку и домашние блюда? У твоей мамы настоящий талант, и грех его закапывать.

Миссис Уизли покраснела и смущённо вытерла руки о передник.

— Ох, это всё глупости. Здесь нет ничего сложного и...

— Вы готовите волшебно, — твёрдо перебил Локи. Он посмотрел на Молли с неожиданно серьёзным выражением. — Миссис Уизли, я много путешествовал. Пробовал еду в дорогих ресторанах, у придворных поваров. Но ваша кухня... — он помолчал, подбирая слова. — В ней есть то, что не купишь за деньги. Тепло. Магия домашнего очага. Это редкость.

Молли моргнула, явно растроганная.

— Я... Спасибо, дорогой, но...

— Одинсон прав, — неожиданно вставил Драко.

Все повернулись к нему. Малфой выглядел совершенно серьёзным.

— Еда с намерением, — сказал Драко. — Матушка рассказывала про эту форму древней магии. Ведьмы защищали семью через готовку. Ваша еда дарит уют и тепло... — он замялся, во взгляде мелькнуло что-то уязвимое. — Я это чувствую. Даже здесь, даже в доме, где меня не особо рады видеть.

Повисла тишина.

Рон открыл рот, закрыл его снова. Гермиона внимательно смотрела на Малфоя, словно хотела завалить его вопросами, но это не позволяло воспитание, как и опасения, что слизеринец уколет её.

— Мама, — тихо сказала Джинни. — Может, правда попробовать?

Близнецы одновременно кивнули.

— Мы поможем с рекламой, — пообещал Фред.

— И с продажами, — добавил Джордж.

Миссис Уизли провела рукой по глазам. Было видно, что она борется со слезами.

— Я... Мне нужно подумать, — наконец выдавила она, смотря на свои натруженные руки. — Там ведь не всё так просто. Да и стартовый капитал нужен…

Морроу мягко улыбнулась. Ещё один камушек. Так потихоньку они её и убедят.

После праздничного завтрака дети Уизли и Гарри отправились играть в мини-квиддич. Даже Гермиона к ним присоединилась, хотя и сидела на метле неуверенно. А вот Малфой благоразумно решил остаться на земле. Виолетте хватило неприятного опыта игры на Чемпионате, и дразнить сороку азартом полёта она не хотела. Но и сидеть наблюдать, когда рядом такая проблема как Одинсон — это тоже не вариант.

Вот и получилось, что она с ним и Малфоем решили обновить подаренную Гарри «Монополию». Самое оно, чтобы играть со змеями на самом деле.

— Правила простые, — объясняла она, раскладывая поле. — Бросаете кубики, покупаете собственность, строите дома. Цель — разорить соперников.

— Интригующе, — заметил Драко, косо поглядывая на небо, где резвились другие на мётлах.

Игра быстро показала, кто есть кто.

Драко играл осторожно, методично скупая ключевые участки и выстраивая защиту. Виолетта придерживалась похожей тактики — контролировала середину поля, медленно, но, верно, истощая резервы соперников.

А вот Одинсон играл с азартом хищника. Он скупал дорогие объекты, рисковал, блефовал, выторговывал сделки с наглой уверенностью.

— Предлагаю обмен, — Локи повернулся к Драко. — Твоя Оранжевая улица за мою Зелёную.

Малфой прищурился.

— Зачем тебе Зелёная? У тебя нет других участков этого цвета.

— Именно поэтому и меняю. Она мне не нужна.

Драко помолчал, взвешивая, потом медленно кивнул.

— Согласен.

Виолетта наблюдала за сделкой и едва заметно усмехнулась. Локи только что отдал Драко козырь — полную монополию. Но взамен получил возможность собрать свою, более дорогую.

В итоге победил Одинсон. Он разорил Драко удачным стечением обстоятельств, а Морроу — серией рискованных, но точных ходов. Когда она отдала последние купюры, он склонил голову в насмешливом поклоне.

— Достойный противник.

— Удачливый победитель, — парировала она.

— Удача любит подготовленных.

— А подготовка не отменяет удачу.

— Упрямая.

Локи рассмеялся, но глаза сощурились.

После «Монополии» летуны всё ещё весело кружили в небе, и зелёно-красное трио решило поиграть в карты.

— Покер? — предложил Малфой.

— Пятикарточный дро-покер, — уточнил Одинсон, уже тасуя колоду. Карты щёлкали в его руках с профессиональной лёгкостью.

Эта игра оказалась войной нервов.

Морроу безжалостно блефовала. Она могла сидеть с парой двоек и повышать ставку так уверенно, что все сбрасывали карты. Или держать флеш и прикидываться, будто у неё ничего нет.

Драко блефовал реже, но когда начинал, то делал это с холодной уверенностью аристократа. Малфои не врут — они просто предлагают альтернативную версию правды.

— Повышаю, — сказал он, добавляя фишки в банк.

Виолетта посмотрела на Драко. Тот невозмутимо смотрел в ответ.

— Уравниваю.

Драко открыл карты. Две пары.

У Морроу — три семёрки.

Малфой скривился, но банк отдал без комментариев.

Но настоящая дуэль разворачивалась между Виолеттой и Одинсоном. Они сидели друг напротив друга, и воздух между ними густел с каждой раздачей. Драко был для них обоих как открытая книга — они читали его, обыгрывали, почти не глядя.

А вот друг друга прочесть не могли.

Она повышала. Он уравнивал. Она смотрела в глаза. Он улыбался.

Очередная раздача. Девушка подняла карты, оценила комбинацию и невозмутимо добавила фишки в банк.

— Повышаю.

Одинсон склонил голову, изучая её лицо. Пальцы его легко постукивали по краю стола. В глазах плясали искорки.

— Ты блефуешь, — сказал он негромко.

Морроу выдержала его взгляд, не моргнув.

— Проверь.

Повисла напряжённая тишина. Драко, наблюдавший со стороны, чуть подался вперёд.

Локи усмехнулся и добавил фишки.

— Уравниваю.

Виолетта открыла карты веером. Стрит.

Одинсон посмотрел на свои. Две пары.

Малфой чуть усмехнулся, но тут же стёр это с лица, поймав его взгляд.

— Ты обманула меня, — протянул Локи, и в голосе прозвучало восхищение.

— Ты позволил себя обмануть, — холодно парировала она, сгребая фишки.

— Значит, я теряю хватку?

— Или никогда её не имел.

Одинсон замер. Потом медленно откинулся на спинку стула, сцепив руки за головой. Глаза его сузились, улыбка стала шире, но и опаснее.

— Ты права, — тихо сказал он. — Я недооценил тебя. Больше не повторится.

Морроу промолчала, но внутри что-то напряглось. Вновь его взгляд стал изучающим и слишком внимательным.

Опасную тишину их уголка разорвал смех. Летуны вернулись, приземлились и посыпались шутки и споры. Вокруг сразу стало так шумно. Только их зелёно-красное трио осталось в стороне от общей живости, но это не мешало наблюдать за шутливыми пиханиями остальных.

Веселье было в разгаре, когда в воздухе с хлопками появились три силуэта на границе защитных чар Норы.

Профессор МакГонагалл. Профессор Снейп. И Артур Уизли.

За ними, чуть поодаль, материализовались ещё трое — Билл, Чарли и Перси.

Молли всплеснула руками и бросилась к мужу. Артур поймал её, крепко обнял, уткнувшись лицом в её волосы. Билл и Чарли двинулись к столу, улыбаясь устало, но тепло. Перси выглядел измождённым: мантия его была помята, очки съехали набок.

— Папа! — Джинни подскочила, обнимая отца.

— Всё в порядке, солнышко, — Артур погладил её по голове. — Всё позади.

МакГонагалл выглядела строго, но устало. Снейп был бледен, его губы сжались в тонкую линию. Они остановились у стола.

— Мистер Поттер, — МакГонагалл подошла к имениннику. — Гарри, с днём рождения. Извините, что мы не смогли прийти раньше.

— Всё в порядке, профессор, — парень неловко улыбнулся. — Вы же помогали...

— Извините, что нарушили праздник, — сказала МакГонагалл. — Но нам нужно было убедиться, что все целы.

Снейп молча устроился рядом с Драко. Бросил на него короткий оценивающий взгляд, убедился, что всё в порядке, и расслабился настолько, насколько мог расслабиться Северус Снейп.

Молли уже суетилась, доставая ещё тарелки.

— Садитесь, садитесь! Вы же с вечера ничего не ели!

Артур попытался возразить, но жена не дала ему слова вставить. Через минуту перед профессорами и старшими Уизли уже стояли тарелки с едой.

Билл рухнул на скамью рядом с близнецами.

— Какая же это была ночь, — выдохнул он.

— Что случилось? — спросил Фред.

— Хаос, — коротко ответил Чарли. — Полный хаос.

— Скоро должны совы прийти. В Министерстве сказали, что была задержка и с совиной почтой, — заметил Перси.

Совы прилетели только через полчаса.

Они летели строем, несли свёртки газет. Первая сова приземлилась прямо на стол перед Артуром, сбросила «Ежедневный пророк» и улетела. Следующие доставили газеты МакГонагалл, Снейпу, Одинсону и Морроу. К ней ещё прилетела подборка европейской прессы. За что она получила несколько заинтересованных взглядов.

Виолетта наклонилась, читая заголовки.

«Это не я».

Её взгляд скользнул к следующему заголовку, и дыхание перехватило.

«А вот это я, — спокойно констатировала Виолетта, но поправилась: — Или не я?»

Ведь сама она обнесла и уничтожила Комнату Времени. Но Зал Пророчеств? Это не её работа.

Она отложила газеты и предпочла послушать разговоры. Газеты она потом успеет прочитать. А вот Уизли могли интересные детали рассказать. Вот только вокруг все говорили разом. Молли причитала. Артур пытался всех успокоить. Близнецы и Грейнджер задавали вопросы. Да и ценности всё-таки оказалось мало, вокруг больше смаковали слухи и явные преувеличения.

Морроу почувствовала, как на запястье слабо запульсировали чары-напоминание. Нужно уходить. Скоро.

Она подняла глаза и встретила взгляд Снейпа.

Профессор смотрел на неё долго и изучающе. Чёрные глаза были нечитаемы, но Виолетта почувствовала вопрос в этом взгляде. Она выдержала, не отводя взор. Она здесь не была замешана. Ну, почти.

Снейп первым отвернулся.

Морроу было интересно, кто именно сбежал из Азкабана, раз уж даже имя не называлось. Кто-то из безымянных и забытых? Таких она тоже встречала на своём подземном уровне в шестой петле. Потому что эти люди сидели так долго, что уже и имена стёрлись и документы истлели. Их просто продолжали держать под стражей.

«А может, заметили, что Деверо не в камере, а прохлаждается где-то?» — мелькнула мысль.

Но это вряд ли. Наставник всегда чётко знал, когда к его камере подходили и в тот же миг возвращался, показывая, что он всё ещё сидит в Азкабане. Да и его имя точно известно. Его помнят и знают.

Интересно, какое же пророчество стоило того, чтобы уничтожить весь Зал? Вряд ли про Гарри и Тёмного лорда. Или у кого-то стойкая неприязнь к судьбоносным предсказаниям? Впрочем, она, живущая в петлях времени, понимала ненависть к предопределённости. Иногда судьба держит слишком крепко.

Её взгляд остановился на Поттере, который расспрашивал Билла. Но ещё она знала, что вот тот же Гарри точно не скован судьбой, как когда-то ей казалось. Он любимчик фортуны, он всегда в центре. Но он может выбрать любой путь. Как показали циклы, над ним никогда не властвовало то самое пророчество. Он свободен в выборе.

Морроу чуть тряхнула головой, отгоняя усталые мысли.

Разговоры тоже постепенно стихли. Вес новостей давил на всех. Даже близнецы притихли. К сожалению, очарование праздника было рассеяно дурными новостями.

Снейп допил чай и поднялся.

— Мистер Малфой, — его голос прорезал тишину. — Нам пора.

Отставляя чашку, Драко выпрямился и кивнул. Он бросил быстрый взгляд на Виолетту. Она едва заметно кивнула в ответ.

— Спасибо за гостеприимство, миссис Уизли, — вежливо сказал Малфой, вставая.

Молли улыбнулась ему.

— Приходи ещё, дорогой.

Рон чуть не захлебнулся соком. Близнецы хохотнули. Драко скрыл усмешку.

Снейп и Малфой отошли за границу защитных чар. Через минуту они исчезли с характерным хлопком аппарации.

Виолетта почувствовала, как на запястье с новой силой запульсировали чары. В самом деле, ей тоже пора уходить.

Она поднялась, разглаживая складки платья, и собрала свои газеты.

— Мне тоже пора, — негромко сказала Морроу. — Нужно к опекунам. Они наверняка волнуются.

Молли тут же всплеснула руками.

— Конечно, дорогая! Передавай им наши наилучшие пожелания!

Гарри встал, протягивая руку.

— Спасибо, Виолетта. За книгу. И за... вообще за всё.

Она с сомнением глянула на руку и чуть пожала его пальцы, мягко улыбаясь.

— С днём рождения ещё раз, Гарри. Читай и просвещайся. Там много интересного.

МакГонагалл подняла взгляд от газеты.

— Мисс Морроу, вы аппарируете самостоятельно? Или мне вас проводить?

— Не волнуйтесь, профессор. Я справлюсь сама. Здесь недалеко.

Декан кивнула, но что-то ещё промелькнуло в её взгляде.

— Кстати, мистер Одинсон, — обратилась она к Локи. — Я встретила вашего брата у министерского шатра сегодня утром. Он просил передать, что вы можете самостоятельно возвращаться домой. Он занят и придёт позже.

Локи невозмутимо кивнул и тоже поднялся.

— Благодарю, профессор.

Виолетта остановилась.

Как она могла видеть лорда Одинсона утром... если тот был здесь с ними всю ночь?

Морроу поймала его развлекающийся взгляд, который явно видел её непонимание. Это злило. Усилием воли девушка оттолкнула любопытство и желание понять. Сейчас было не время разбираться в его играх.

Виолетта обошла стол. Обняла Молли. Кивнула Артуру. Пожала руки близнецам и Рону. Улыбнулась Джинни и Гермионе. Попрощалась с остальными — быстро, тепло, но без задержек. Отошла на безопасное расстояние от защитных чар Норы. Перед прыжком она почувствовала взгляд. Она догадывалась чей и не собиралась оборачиваться.

Морроу аппарировала.

Мир закрутился. Её швырнуло вперёд, сжало, растянуло.

Она материализовалась в густом и тихом лесу, подальше от любопытных глаз. Деревья смыкались над головой плотным пологом. Нос приятно дразнил запах хвои и мха. Неплохое местечко, которое она знала ещё со времён первой жизни.

Виолетта прислонилась к стволу сосны, переводя дыхание.

Магия внутри была ещё на довольно хорошем уровне. Но подкрадывающийся откат уже начинал выжигать энергию. Тем не менее ей хватит сейчас сил, чтобы поставить приличную защиту вокруг чемодана.

Пожалуй, это был хороший вариант. Ей нужно было место укромное и безопасное. А где-то здесь как раз был интересный овраг, в котором она с другими грязнокровками обжила в тот безумный год, когда Пожиратели пришли к власти и пришлось прятаться. Как же давно это было…

Девушка оттолкнулась от дерева, сделала несколько шагов. И замерла. Тишина леса впилась в уши.

Сорока напряжённо стрекотнула.

Кожа на затылке покрылась мурашками, волосы зашевелились. Кто-то опасный нацелился на неё.

Она передёрнула плечами и шагнула вперёд, выбирая направление. Север? Восток? Куда угодно, лишь бы подальше. Виолетта сосредоточилась, развернулась на месте.

Мир размылся.

Чуть покачнувшись, она материализовалась на поляне, окружённой густым кустарником. Но ощущение тревоги всё ещё держало её.

Быстрая проверка палочкой, но на ней не было следилок. Тогда кто и как? Вернее, вопрос «кто» не стоял. Морроу знала одного типа, который любит играть в догонялки. И интуиция прямо выла, что Одинсон именно сейчас и решил повеселиться за её счёт.

Но «как» — это был актуальный вопрос. Это явно не чары. Проверка показывала, что на ней ничего нет. А на более тщательный осмотр себя не было уже времени.

Виолетта сжала палочку. Внутри вспыхнуло горячее раздражение.

Ей сейчас было совершенно не до тайн Одинсона. Не до его игр. Не до того, кто он, зачем прикидывается подростком и почему, чёрт возьми, решил за ней увязаться.

У неё всего несколько часов до отката. Может, меньше. Ей нужно найти убежище и спрятаться. А не играть в кошки-птички с любопытным магом или богом.

Морроу развернулась, выбрала направление и аппарировала снова.

На этот раз дальше. В противоположную сторону. Девушка появилась на краю болота. Вода хлюпнула под ногами. Тошнота поднялась в горле. Чёрные точки поплыли перед глазами.

Это было неожиданно и тревожно.

Неужели откат настолько близко подкрался, что аппарация выпила гораздо больше энергии на такое перемещение? Если так, то это плохой сигнал. Очень плохой.

Но сорока забила крыльями в предупреждении.

Игнорируя дрожь в ногах, Виолетта стиснула зубы и аппарировала снова.