Поверхность острова Йоты подобна прекрасному ночному небосклону, раскинувшемуся над нашими головами, — спокойна и тиха в своём неустанном постоянстве. Хочется вопреки внешним факторам забиться в укромный уголок и позволить времени течь в своём непреклонном темпе, но так, чтобы оно никоим образом не отразилось на окружающей обстановке.

В многообразии звёзд можно запросто раствориться, потеряться, напрочь позабыв обо всех проблемах и невзгодах, которые ещё совсем недавно всецело пожирали все силы и мысли. При виде максимально далёких и от того крошечных небесных светил я ощущаю себя подобной им, сопоставляя очевидные вещи друг с другом, позволяя сделать небольшую передышку на отдых. Ведь как бы то не было, а данная история ещё далека от своего завершения. Впереди нас ждёт финальное действие, которое я надеюсь поставит окончательную точку во всей этой заварушке.

Но даже несмотря на осознание чего-то столь банального, я не могу отказать себе в перерыве, так как, несмотря на внешний фасад уверенности в самой себе, здравый смысл твердит, что, ресурсы, потраченные за последние пару часов напряжённой работы, не мешало бы восполнить. И покуда любые иные источники подзарядки мне не доступны, приходится довольствоваться меньшим из возможных перспектив.

Ведь о том, что может произойти дальше мы можем только догадываться, опираясь на собственный опыт и характеристики других людей, чья поимка для нас была и остаётся одной из первостепенных задач.

Внимательно вглядываясь в заметно огрубевшую поверхность ладоней, на которых отчётливо видны следы свежей сажи, грязи, оставшейся от непосредственного контакта с былой роскошью некогда величественного аукционного зала, и чужой крови, в голове всплывают фрагменты того, что произошло буквально с час назад, отчего остатки адреналина, ещё совсем недавно бурлившего во мне на полную мощность, дают о себе знать в виде присутствия слабых, еле тлеющих искр и ощущения лёгкой, но довольно приятной усталости от проделанной работы.

И ведь иначе попусту и быть не может — очередная спасённая жизнь того стоит. Даже если в ближайшей перспективе я об этом решении ещё успею вдоволь пожалеть из-за личности самого спасённого.

Ещё никогда в жизни свет в конце туннеля не радовал меня настолько сильно. От приближающегося чувства облегчения и осознания успешности очередного побега из ловушки смертельной опасности, вопреки всем обстоятельствам и многолетним догмам о первостепенности контроля над эмоциями хочется улыбаться. Ведь волшебство данного мига незаменимо: уже на протяжении длительного периода времени из-за затишья в плане битв мне не удавалось ощутить нечто столь прекрасное и животрепечущее.

Близок тот момент, когда официально завершиться одна из самых сложных частей этого вечера, ведь по сравнению с тем, что было ранее всё грядущее кажется чем-то максимально простым и незатейливым. Абсолютно не стоящим того, чтобы лишний раз напрягаться, вновь и вновь размышляя о способе найти поистине верное решение с наименьшими рисками как для себя, так и для своих компаньонов. Особенно, чётко этот факт выделяется, когда владеешь знанием того, кого именно следует искать и в какой локации развернётся следующий и на сей раз кульминационный акт, предшествующий грандиозному финалу данного вечера.

После такого только и остаётся, что лавры почитать да собирать урожай, находясь в томительном ожидании следующего раза, который вопреки всему рано или поздно да наступит.

Несмотря на окружающий шум природы, выражающийся шуршанием ветреных потоков, сопровождаемый редкими стонами и — пока ещё — тихим негодованием тех немногочисленных пострадавших от огня людьми, быстро пришедшими в себя, и разговорами между самими пиратами вкратце обсуждающих произошедшие события, мне кажется, что ничто не способно изменить моего настроя. Поэтому проследив за тем, как Изо аккуратно положил на землю Шарля Бира, пребывающего всё ещё в бессознательном состоянии, я, вопреки собственным словам, решила осмотреть и других спасённых, чтобы в случае необходимости оказать первую медицинскую помощь тем, кому она может всё-таки понадобиться. Ведь несмотря на оперативность действий пиратов Белоуса и собственную оценку состояния пострадавших, сегодняшний вечер может обернуться для кого-то настоящей катастрофой, если вовремя не заметить неладное, пустив ситуацию на самотёк.

Нельзя исключать, что последствия пожара могут проявиться не сразу, а через какое-то время. Ведь как бы то не было, а я не заинтересована в том, чтобы на моих руках прибавилось крови тех людей, кто этого не заслуживает. Передо мной не стоит цели привнести ещё больше смертей в этот и без того бесконечный круг насилия. В моём пребывании в данном мире и так хватает сполна приключений, ведущих к разной степени серьёзности проблемам, и добавить к ним ещё и клеймо «убийцы» мне совсем не с руки. Особенно, если на прямую я никак не буду связана с подобного рода инцидентом и мотива завершить чью-то жизнь попросту не будет.

Покуда никто не будет представлять для меня реальную угрозу, жертв на моём персональном кладбище не прибавится.

Поэтому лучше лишний раз всё перепроверить, сняв тем самым с себя всякую ответственность, чем потом заиметь нежелательный статус, ведущий ко мне напрямую власть имущих, заинтересованных в моей голове, валяющейся отдельно от тела на грязном, пропитанном кровью эшафоте.

Ведь в том, что рано или поздно мне так или иначе, но придётся столкнуться с представителями Дозора я перестала сомневаться стоило мне подняться на борт Моби Дика, вступив в союз с капитаном одной из сильнейших пиратских команд мира, однако, чем дольше я буду оставаться в тени для сил «справедливости» данного мира, тем будет лучше. При чём, как для меня самой, так и для них тоже.

По крайней мере, за выигранное время я смогу лучше ознакомится с правилами игры и мироустройства, поднаторев в вопросах, ответы на которые мне только предстоит отыскать.

***

Проходя между бессознательными телами людей, выложенных пиратами в порядке, напоминающем отдельные ряды, в качестве процедуры повторного осмотра для начала потенциальных пациентов проверяю на наличие серьёзных или каких-либо травм, способных вызвать подозрение. Любая, даже кажущаяся сущей мелочью, деталь тут же привлекает моё внимание, однако, серьёзная помощь, как я уже ранее предполагала, никому не требуется.

За исключением самого титулованного аристократа, присутствующего на этом празднике жизни, внешние повреждения остальных, полученные вовремя давки, разборок между друг другом и бессмысленных попыток открыть запертый выход, не несут в себе серьёзной опасности. Проблем с дыханием отмечено не было, да и внутренние органы у присутствующих работают так, как и полагается в их конкретной возрастной группе. По внешним признакам уже совсем скоро они придут окончательно в себя и смогут дальше жить своей жизнью, вспоминая данное событие лишь как неудачный инцидент, не повлекший за собой ничего серьёзного кроме разве что потери времени и немаленького количества местной валюты.

Поэтому оценив обстановку, я решила перейти к следующей задаче, стоящей на повестке вечера. Чтобы не потревожить чужой покой громкими разговорами, я отошла от них как можно дальше, после чего оказалась в окружении пиратов, которых интересует наши последующие действия. Ведь за исключением меня самой только у Изо имеются определённые догадки насчёт маршрута следующего шага. Несмотря на очевидность дальнейших событий личности тех, кто организовал весь этот спектакль так и остаются неизвестными в широком кругу.

По крайней мере, до сего момента.

— Знаешь, если бы не Изо с безоговорочным доверием к его персоне, то тебе, Цунаде, не получилось бы так просто отделаться, — сказал серьёзным тоном Эйс, указывая пальцем в сторону лежащих на земле тел аристократов и тех немногочисленных счастливчиков, что уже успели прийти в себя. — Ведь иначе тебя ждал бы долгий допрос с пристрастием на тему: «какого чёрта произошло в этом злосчастном аукционом доме» уже сейчас. Ведь как бы то не было, а вашей задачей было лишь заполучить злосчастную книгу, но никак не это всё. В ранее озвученном плане в качестве крайних мер я никак не могу припомнить наступление масштабного пожара и иных последствий, чьей силы хватило бы чтобы спустить на нас очередную партию шавок Морского Дозора и Мирового Правительства вместе взятых.

— Удобно, наверное, думать, что к данному инциденту причастна неугодная для таких как ты я, однако, должна тебя в очередной раз разочаровать: мы сами чуть не пали жертвами чужой игры. И если мы сейчас не поторопимся, то упустим возможность вернуть себе книгу, а также честное имя, дорогой товарищ пират. Даже до того кто думает в последнюю очередь очевиден тот факт, что я себя подставлять так бы не стала и вы, — произнесла я, указывая на собравшихся вокруг меня, — лучше всего этого понимаете. В конце концов, не просто так с вашей стороны должна была быть оказана поддержка в случае наступления плохого исхода. Как оказалось, совсем не зря. Наши предположения оправдались даже пуще прежнего.

— Так вот что ты обо мне думаешь? Ах ты…

— Эйс, прекрати немедленно, — сказал Джоз, прервав тем самым речь командира Второго дивизиона на полуслове. — Можешь думать, что тебе угодно, но сейчас слова Цунаде более чем обоснованы, а твои претензии — глупы. Нельзя терять время на пустые споры и препирательства, когда на кону находится нечто более важное. Вместо этого нужно как можно скорее пуститься в погоню, пока след преступников ещё свеж, а наша информация имеет ценность, — произнёс мужчина, после чего перевёл красноречивый взгляд в нашу с Изо сторону. — Думаю, что помимо пережитого аттракциона невиданных эмоций и смертельной опасности вы также смогли ещё раздобыть доказательства подтверждающие или же наоборот опровергающие ранее составленные выводы, приведённые перед подготовкой к сегодняшнему вечеру.

— Можно и так сказать. Сейчас главное действовать быстро решительно, но в тоже время осторожно. Ведь что-что, а у меня совсем нет желания бегать за сбежавшими крысами по всему белому свету.

— И для этого нам понадобится вернуться к началу. По крайней мере, ты сама так сказала, перед тем как отправится со мной в путь, — произнёс Изо, упрямо смотря прямо мне в глаза, словно пытаясь в их отражении найти подтверждение всем ранее сделанным выводам.

По его решительному взгляду не трудно понять, что он и сам всё прекрасно понял и без всяких дополнительных разъяснений.

— Всегда приятно иметь дело с умными людьми, схватывающими всё на лету, — произнесла я, позволяя на лице проступить небольшой улыбке. — Именно поэтому нам и нужно как можно скорее отправится в Хадар, пока не стало слишком поздно. За сколько у нас получится это сделать?

— С учётом благоприятных условий и погодных условий, то в час мы должны всяко уложится, — сказал Джоз, посмотрев в сторону горизонта. — Этого времени нам же хватит?

— Более чем достаточно, чтобы справится со всем. По крайней мере, фактор временной задержки играет не только преступникам на руку, но и нам тоже. Мы более чем быстро сможем прищемить хвост крысам, неспособным сбежать со стремительно тонущего корабля.

— Ну тогда нам нужно поторопиться. Мы с Эйсом займёмся водным транспортом, а вы пока…

— Эй, Цунаде, — раздался громкий голос юноши, предпочитающий до этого момента держаться в стороне. — Не хочу вас отвлекать, но тут кажется пострадавший нуждается в экстренной помощи, — сказал Харута, после чего показал рукой на лежащего на земле мужчину.

Приглянувшись к тому на кого именно показал командир Двенадцатого дивизиона, я с лёгкостью опознала Шарля Бира.

При виде скрюченного тела захотелось злобно и грязно выругаться, однако, я сдержала данный порыв. Не хватало только сейчас пустить всё на самотёк из-за разбушевавшихся эмоций.

— В общем, оставляю на вас часть, связанную с транспортом, а мне пока нужно закончить одно дело, — прокричала я, пока бежала в сторону аристократа. — Встретимся здесь же через десять, максимум — двадцать минут.

Не дожидаясь ответа от пиратов, я уже полностью погрузилась в медицинскую часть вопроса, а в данном случае посмотреть есть на что: мужское тело, пребывающей на грани сознания, корчится в судорогах.

Оставшись наедине с больным, все мои принципы, доводы и догмы, вбитые многолетним воспитанием шиноби, отошли в сторону, став на время не более чем простыми словами, не имеющими никакой ценности. Ведь ранее сделанные выводы на их фоне выглядят более солидно и стратегически выигрышно. В конце концов, мне неизвестно ещё сколько нужно будет пробыть в этих землях и чем меньше проблем меня будет окружать вовремя путешествий, тем лучше как для меня так и для окружающих людей.

Дальнейшие действия происходят на автомате: диагностика и начавшееся лечение при помощи чакры проходят легко и быстро. Разве что злит тот факт, что сил, оказанных на него раньше, оказалось недостаточно для удовлетворительного результата.

Хотя, чего можно ожидать от того, кто едва не угорел в пожаре, чьим спасение он обязан крупной удаче и чуду в виде моей собственной персоны… А если к этому прибавить ещё крючок в виде вещества, мешающего работе организма, то сомневаться в величине чужой фортуны не приходится.

При стабилизации состояния я упорно не смотрю на лицо Шарля Бира. Вместо этого всё моё внимание сконцентрировано лишь на внутреннем состоянии пациента, от чего момента когда он пришёл в сознание прошёл мимо меня.

Да и сложно принять данное состояние за полноценное присутствие: помимо ярко-выраженных признаков отравления неизвестным веществом, таких как неестественная бледность кожи лица, синюшность губ и льющаяся изо рта белая пена, его глаза покрыты дымкой — взгляд плывёт будто мимо меня, не способный сконцентрироваться на окружающем его пространстве.

Руки действуют чётко и уверенно до выверенного автоматизма: собираю биологический материал при помощи завалявшихся в декоративной сумке салфеток, очищаю организм на сколько это возможно в полевых условиях, при наличии минимального комплекта вспомогательных материалов и просто надеюсь, что необходимая медицинская помощь прибудет как можно скорее, чтобы передать пациента в чужие, более «достойные» руки профессионалов.

Время поджимает, его катастрофически не хватает в нынешней ситуации, но в тоже время собственная гордость и громкое имя не позволяют мне бросить пациента в плачевном состоянии.

Невольно — всего на короткий миг, — проникаюсь уважением к тому, кто именно намешал подобного рода коктейль. Если бы обстоятельства сложились бы иначе, то я бы даже не придала этому значения.

Конечно, наблюдая за действиями и реакциями Шарля Бира во время аукциона, довольно быстро стало очевидно, что его поступки подкреплялись не столько неординарностью самой личности аристократа, сколько ещё чем-то, замешанном в данной истории.

Уж больно странным он был во время — казалось бы — особенно важных торгов.

И если тогда это «нечто» показалось чем-то незначительным на фоне стоящей перед нами с Изо задачей — мало ли чем балуются особые представители мира всесильных во мраке коридоров, — то сейчас история диаметрально изменила свой курс. Вот чего-чего, а я никак не ожидала, что злоумышленники решаться совершить нечто столь обширное, как отравление одного из самых высокопоставленных аристократов, присутствовавших на территории Центавры за последнее время.

На подобное деяние нужна непомерного размера храбрость вперемешку с невиданной глупостью и отсутствием банальной возможности просчитать логические цепочки связи наперёд.

Ведь никто в здравом смысле и не подумает, что от аристократа даже самые опасные в мире пираты решат избавиться настолько экстраординарным способом. Обычно всё решается намного более… тривиально и обыденно, в духе банального применения огнестрельного и/или колюще-режущего оружия. Версию же с использованием сильнодействующего яда при таком раскладе стоит отнести к чему-то за рамками, то есть фантастической.

К чему-то, что не вписывается в банальную картину «конфликта интересов между противоборствующими силами».

Эх, если бы не серьёзность сложившейся ситуации и сжатые сроки, я бы непременно до мельчайших подробностей записала бы данный случай, как один из самых нетривиальных, случившихся со мной за последние несколько месяцев. По крайней мере, выдался ещё один повод более подробно углубиться в изучение здешних ядов и реакций взаимодействия с организмом отравленного.

— Дво…, — еле слышно произнёс мужской голос, пытаясь таким образом привлечь моё внимание.

— Что? — спросила я, наклоняясь максимально близко ко рту аристократа. — Повторите ещё раз.

— Двое… родст… и тре…, — голос пострадавшего слаб, а часть слогов он вообще проглатывает, от чего разобрать, что именно он хочет поведать очень тяжело. — Дво… их было…

— Всё, можете прекратить говорить. Я поняла, что именно вы хотите сказать, — произнесла я, после чего насильно усыпила Шарля.

Украдкой наблюдая за бледным лицом мужчины, я в очередной раз убедилась: след, на который мы с Изо ранее напали оказался более чем правдивым и теперь всё будет зависеть исключительно от оперативности наших действий.