О КОТАХ И ЛЮДЯХ [2х06] СВЕЧА
Все эти места были исхожены вдоль и поперек, с самого детства - и по делу, и так; и в первое-то знакомство они нарезали круги по этим холмам же - и все равно в присутствии Эльфина все было как неродное. Будто великан расправил плечи в доме, и все стены распахнулись в разные стороны. Воздух стал холодней и слаще, как колодезная вода, от которой ломит зубы. Звезды отодвинулись ввысь и стали мелкие и слюдяные, как песчинки на солнце. Холмы распластались по сторонам, как грудь, готовая вздохнуть. Под подошвами скрипела проселочная дорога, и еще отчего-то в тишине очень хорошо слышалось, как шуршат нижние юбки, и ощущалось прикосновение ткани. Будто опять весь мир снаружи подступил к самой коже, как море к берегу в ночной прилив.
Не утонуть бы.
Керидвен закусила губу, борясь с головокружением. Исус, Мария, Иосиф, вот припекло-то...
Из темноты раздалось хриплое ржание и ругань. Потянуло кислятиной.
Водная гладь тишины разбилась.
Керидвен вздрогнула. Эльфин вдруг сжал ее руку.
- Как все-таки устроен человек... - выдохнул он.
Керидвен закрутила головой.
В кустах за поворотом шумно блевал Дик О’Грэди. Фейский принц таращился на это большими глазами. По лицу его плыло странное, жадное выражение.
- Видишь, как все сделано?.. - зачарованно проговорил он. - Видишь, как все связано? У человека всегда есть физическое тело, оно работает как стопор. Нельзя положить в себя больше, чем задано, а если человек попытается, то срабатывает выгрузка. И, смотри, как работает уровнем выше - запах работает на сортировку, на отталкивание одной группы от другой. Тех, кто может с таким мириться, и тех, кто нет. - Эльфин обернулся к ней. - Правда, здорово придумано?
- Да куда уж лучше, - буркнула Керидвен. - С фермы его поперли, вот и хлещет. А у Молли трое спиногрызов на шее, хочешь - не хочешь, терпи, с запахом, без запаха...
Эльфин выпрямился и вдруг свистнул в два пальца. Кобыла О’Грэди вздрогнула. О’Грэди вцепился в повод и поднялся на ноги. Эльфин поднес к лицу ладони - и завыл, и залаял на разные голоса.
Лунный свет вскипел на дороге, как пена. Белая песья свора с гавканьем и рычанием кинулась вперед. О’Грэди завопил, вскочил в седло и понесся прочь на своей кляче. Белые псы подскакивали, кусая его за пятки.
Керидвен ошарашенно проводила их взглядом и повернулась к Эльфину.
Эльфин смотрел им вслед, бледный и серьезный.
- Твоя Молли неправа. Если человек не захочет прекратить сам - он не бросит. Свободу воли нельзя так просто преломить. В этом мы отличаемся от вас, Керри.
Да он же завидует, поняла Керидвен.
Ей стало зябко.
Некоторое время они шли молча. Эльфин шагал неслышно, но безупречно в тот же такт, и от этого двойного движения начинало укачивать. Будто она парус и в нее дует ветер. Керидвен не выдержала и остановилась, задержав дыхание. Эльфин замер.
- Все хорошо? - встревоженно спросил он.
Керидвен мотнула головой. Голова кружилась, как от вина.
- Блевать в кусты не буду, - коротко сказала она.
- Керри, ты... я... - Эльфин дернулся на пятках, как чертик на резинке - вперед-назад. Закусил губу и сжал руки за спиной. - Прости, пожалуйста. Все будет хорошо. Я сейчас уйду. Дай мне ответ, и я уйду. - Он вдруг сделал шаг вперед и оказался близко-близко. - Пожалуйста, - сказал он настойчивым шепотом. - Дай мне ответ, и я смогу уйти.
Глаза у него были большие и умоляющие. Слова никак с ними не вязались. Еще бы ее не укачивало.
Вот же гадство. И не пошлешь его такого. И дело с таким иметь... нашелся котеночек. Керидвен скрипнула зубами, но все-таки спросила:
- Сам-то как?
Эльфин усмехнулся, будто прочитав ее мысли, и сделал шаг назад.
- Это к делу не относится. Не задавай мне таких вопросов, Керри.
Керидвен обозлилась.
- Ты просил меня тебе ответить. Чтобы ответить, мне нужно знать. Что с тобой, черт побери, происходит? Только без этих твоих выкрутасов. Скажи прямо!
Эльфин пошевелил челюстью. Потом прикусил губу. Несколько раз открыл и закрыл рот. Керидвен ждала.
- Что тут у вас говорят... о таких как я? - наконец, спросил он.
Керидвен отвела глаза.
- Блейз говорит, что ты инкуб.
Эльфин кивнул ресницами.
- "Богов проклятье! Голод злой
И вечной жажды огнь слепой!
Хотя бы на мгновенье пусть
Вас заглушит добычи вкус!" - прочитал он по памяти.
Святой Руэлл. Блейз его любил.
- Я схожу с ума, Керри, - тихо сказал Эльфин. - И я не могу перестать сходить с ума. Я могу только постараться сделать так, чтобы это никого не задело. Ты правильно сделала, что ушла.
У Керидвен задрожали губы. Она не выдержала и коснулась его щеки. Эльфин ткнулся лбом в ее ладонь, зажмурился и замер. У Керидвен заныло в горле.
Эльфин скользнул губами по ее запястью и с усилием выпрямился.
- Не надо переживать, Керри. У тебя все будет хорошо. Ну или, - он опять усмехнулся, - не так плохо, как могло бы. По крайней мере.
Злиться на него было бы проще.
- Я знаю, что любая моя помощь будет для тебя обузой, Керри. Но если бы ты все-таки позволила мне как-то помогать тебе... или просто видеть тебя... время от времени... Я был бы очень благодарен тебе за это.
Между ними прошел ветер. Керидвен плотнее запахнулась в шаль.
- Ладно, - сказала она. - С одним условием.
- Да, конечно! - вскинулся Эльфин. - С каким?
Керидвен хмуро посмотрела на него исподлобья.
- Не колдуй у меня в доме. И вообще в Ллангатене. - Эльфин быстро закивал. - Веди себя как человек. И постарайся, чтоб тебя не видели, мне тут жить и жить еще.
- Да, да, хорошо, как скажешь. - Эльфин зашарил по карманам сюртука и протянул ей сверток. - Это свеча. Зажги ее на окне и позови меня три раза. Я приду.
Керидвен прищурилась.
- Ты знал, что я соглашусь?
Эльфин блеснул зубами.
- Я надеялся.
Керидвен сунула сверток под мышку.
- Не надейся, что это будет часто. Раз в луну, не больше.
Эльфин заулыбался еще шире.
- Раз в луну - это отлично! Я искренне собирался умолять, чтоб ты позволила прийти тебя провожать в последний путь.
- И как я об этом не подумала! - съязвила Керидвен.
Долго злиться на него тоже было невозможно.
Они уже стояли у калитки. Надо было заходить внутрь или прощаться. Керидвен потеребила завязки на шали и глянула на Эльфина исподлобья. Надо было уже отправлять его восвояси. Что бы ей с самого начала этого не сделать. Ясно ж было, что ничего путного из этого не выйдет.
- У меня своя жизнь теперь, - сказала она.
Эльфин истово кивнул.
- Моя собственная. Я не ангел, не фея там какая-нибудь, кто там у вас в вашей Благословении бывает! Я не могу всю жизнь просидеть у тебя в золотом шкафу! Я не могу всегда плясать вокруг тебя, как вокруг елки! Я хочу жить свою собственную жизнь. Свою собственную!
Эльфин улыбнулся - нежно-нежно.
- Конечно, Керри. Кто бы не хотел.
Наклонился, поцеловал ее в лоб и растаял в сумерках. Только запах остался - сладкий и соленый одновременно, совсем чужой среди деревенской темени.
Керидвен длинно и грязно выругалась.
Легче не стало.
Звякнул колокольчик. Керидвен подняла голову
На пороге аптекарской стояла Молли О’Грэди. За спиной ее хныкал мальчонка, подвязанный в шали, за юбку держался еще один, постарше. В руках Молли сжимала корзину, завязанную полотенцем. Мальчонка сосредоточенно ковырялся в носу. Молли хлопнула его по ладошке:
- Руки убери! – она неловко улыбнулась и сунула Керидвен корзину через прилавок.
- Это что еще? - не поняла Керидвен.
- Томми, прямо встань! Это вам! - Молли заискивающе улыбнулась. Ребенок за спиной дернул ее за чепец и радостно загукал. Молли убрала ручонку от лица и сделала реверанс.
- В смысле? - хмуро спросила Керидвен.
Молли заторопилась, выставляя на прилавок горшки:
- Варенье вот... капустка... пирожочки... джем... джем у меня хороший, пальчики оближешь, всегда все хвалят, правда-правда! Я только за корзинкой с полотенцем забегу, вечно у меня полотенец не хватает, горит на моих спиногрызах все, а горшки-то пусть, в подпол себе поставите, так всю зиму простоит, хотя чего стоять, скушаете... не бог весь что, конечно, но чем богаты, тем и рады, не обессудьте, мисс О’Флаерти!
Керидвен не выдержала и вышла из-за стойки.
- Молли. Ты с дуба рухнула? Что ты несешь?
Ребенок запищал. Молли прижала его к груди и принялась тетешкать, воровато бегая по сторонам глазками:
- Мисс О’Флаерти, я понимаю, вы вслух-то про это говорить не хочете, ну, оно и понятно, кто бы говорил, - залопотала она, понизив голос. - Но мой-то, Дикки, уже две недели в рот ни капли. Как прискакал, Мэг - кобыла-то наша - вся в мыле, сам Дик ни жив ни мертв, таких страстей понарасказывал - и черти, и ведьмы, и покойники, и как Дикая Охота его чуть не заела по дороге... В церковь ходить начал. Клянется, что пить бросит, новую жизнь начнет. Дьявола, говорит, видел, не хочу больше!
Ах ты же ж, подумала Керидвен. Молли поудобней перехватила малыша и хитро понизила голос:
- Ну, а какие у нас тут ведьмы с дьяволами, после старой-то Элисон! Я сразу и смекнула, благодарить кого... Вы не думайте, мисс О’Флаерти, я не в осуждение, если вы там со Старым Ником шашни крутите, то не мое это дело, всякое бывает... А капустку-то возьмите, хорошая капустка...
Керидвен вытерла руки передником.
- А возьму, - сказала она. - Чего не взять. Поблагодарить, значит, хочешь, Молли?
Молли истово закивала. Мальчонка рядом с ней вынул палец из ноздри, придирчиво осмотрел и сунул в рот.
- Сходи свечку поставь, - сказала Керидвен.
- За кого?
Керидвен широко улыбнулась.
- А Господь всеведущий. И так знает.
Пирожки у Молли были ничего. Керидвен так все и умяла - один за другим, глядя сквозь окно в ночной сад. В саду стояла темень. На окне стояла свеча из белого воска, ровная и белая, чуть прозрачная, на ощупь как шелковая. Сразу видно, феи делали. А не как у них с Канаваном.
Тьфу, вот лезет же в голову.
Керидвен сплюнула, потянулась за пирожком и поняла, что они закончились. Вздохнула, и потянулась за джемом.
Христос с распятия глядел на нее укоризненно.
- И нечего на меня так смотреть, - огрызнулась Керидвен. - Все равно она от меня бы не отстала.
Аппетит, впрочем, пропал. Керидвен сунула джем в буфет и плеснула в тарелку теплой воды из чайника - сполоснуть ложки.
- Зачел бы ему лучше. В кои-то веки, небось, наш котик что хорошее сделал.
Ложка заскрипела под полотенцем. В ней отразился скорбный деревянный глаз.
- Сама знаю, что дурища! - Ложка со звоном полетела в ящик. - Не лучше Молли. - За ней полетела следующая. - А не нравится - вот сам бы и сделал что-нибудь, кто из нас всемогущий, в конце концов?! - она со стуком загнала ящик в буфет. Буфет жалобно задребезжал.
Керидвен пробрал смешок.
Можно подумать, Единому есть до них какое-то дело. Не больше и не меньше, чем до Молли с ее спиногрызами, или до старухи Хардшоу, или до остальных. Ты делаешь то, что делаешь. И справляешься. Или не справляешься. Вот и все.
Никто не будет двигать ради тебя небо и землю, Керидвен О’Флаерти. И жить твою жизнь за тебя тоже никто не будет.
Она хихикнула. И ошибок твоих никто за тебя не совершит, и душу твою никто за тебя не продаст. Сама, все сама.
Керидвен сунула руку в передник и вытащила коробок спичек. Чиркнула. Спичка занялась мгновенно. Головка оделась рыжим пламенем, горестно скорчилась и поникла. Вкусно запахло дымом.
- Сам все знаешь, - сказала она, не оглядываясь. - Ума надо было раньше вкладывать.
Чиркнула другой. Пламя добежало до пальцев. Керидвен ойкнула, выронила спичку и сунула палец в рот.
- Сколько выдержу, столько выдержу, - невнятно проговорила она. - А там посмотрим.
Вытерла руку о фартук, чиркнула спичкой и поднесла к свече.
Фитиль занялся сразу же. Пламя, высокое и тонкое, вытянулось вверх - ясное и бездымное.
- Эльфин, - позвала Керидвен. - Эльфин. Эльфин.
о котах и людях - роман
.
/какую бы свечу зажечь, чтобы мой экс наконец пришел и подстриг когти Тзинчу?/
И присоединяюсь к комментатору выше по поводу хэмингуэйщины:)
А вот теперь на Кэрри свалилось искушение властью над принцекотиком, которого можно вызвать по щелчку для взаимного удовольствия и выгнать по щелчку, потому что нафиг, своя жизнь и границы.
Одна красотка осьмнадцати лет
Любила гулять по граблЯм.
По грАблям, по грАблям, по грАблям, по грАблям.
Любила гулять по граблЯм.
Она вздыхала, бывало, что жизнь поломала
Немало чистейших ростков.
Она говорила, что адски устала
Жить среди дураков.
Что сходится с миром в таком поединке,
Какого не знала земля (блям)!
Пудрила лоб, зашивала ботинки
И шла погулять по граблЯм.
(Тут, конечно, никому не осьмнадцать, а так все верно:))
И да, я еще не перестаю ржать над тем, что у бывшего мужа сетевое прозвище - Кот ))) Ох уж эти коты...
Хммм, слаживание, походу, не зря так названо)))