О КОТАХ И ЛЮДЯХ [4х15] РЕКА
Мир сжался в одну огненную точку вокруг них, а когда выплыл из розового марева обратно - вокруг обнаружилась пещера. Керидвен даже не удивилась.
- Удобно, - пробормотала Керидвен, переводя дух. - Башмаки не стаптывать... - и тут же обнаружила, что забыла корзинку.
- А там что-то важное было? - встревожился Эльфин.
Керидвен задумалась.
- Да не особо.
Вязанье, конечно, но бог с ним. Все равно и связать она много не успела, и настроение ей этот проклятый Эурис испортил, а крючки можно было и новые достать.
Эльфин следил за ней ясными глазами, и опять вид у него был, как у именинника. Керидвен натолкнулась на его взгляд, и смутилась - каждый раз это ее вгоняло в краску, как в первый.
- Как сходил-то? - буркнула она, отворачиваясь.
- Хорошо, - кивнул Эльфин, не позволяя себя сбить. Он наклонился и отвел прядь с ее лица. - Ты понимаешь, что по всем правилам тебя не должно было бы существовать?
Керидвен аж поперхнулась:
- На себя посмотри!
Эльфин мотнул головой.
- Нет. У меня самая обычная история, - он сел на постель и притянул Керидвен к себе. - У нас на Авалоне таких каждый первый. - Он ухмыльнулся. - В том-то и дело.
Керидвен прикусила губу.
- Я там в Башне... видела кое-что...
Эльфин кивнул.
- Врата Разделения. Это то, как создавался Авалон - мы прошли через Врата, и оказались здесь. Люди прошли через Врата и оказались в Срединных землях. Два народа были разделены, чтобы стать свободными. И это было... - он отвел глаза.
Очень больно, подумала Керидвен.
- ...неприятно, - сказал Эльфин.
- Серьезно?! - возмутилась Керидвен. - Его ж там скрючило, как ужа на сковородке!
У Эльфина заблестели глаза. Он наклонился и поцеловал Керидвен в лоб. Она осеклась.
- Атлантида была... - Эльфин пошевелил пальцами в воздухе. - ...своеобразным местом. Разделение - это было, конечно, неприятно, но это было быстро. - Он вздохнул. - Если, конечно, суметь сдвинуться из этой точки во времени. Это и есть основная проблема, - торопливо добавил он. - Для человека время - это река, она движется вперед и всегда несет его вперед с собой, человек не может перестать двигаться во времени, пока жив. Для дану время - это океан. Волны ходят в любую сторону, и иногда волна отбрасывает тебя туда... куда бы тебе не хотелось. Нужно постоянно прилагать усилия, чтобы продолжать двигаться в одном времени с миром. Совпадать в пространстве и времени с миром и теми, кто тебе важен. Нам это сложно. Ангелов ведет воля Единого, а нам приходится делать это самим. И у каждого в судьбе есть точки... Падение, Разделение... похожие на воронки на дне, туда внимание и воля стекают легче всего. Я могу ошибаться, но это похоже на первородный грех у людей... - Он нахмурился, сводя светлые брови, и у него сделалось такое серьезное, сосредоточенное выражение, что Керидвен до смерти захотелось его поцеловать. Эльфин поднял на нее глаза и вздохнул. - Наверное, мы не сможем остаться на Авалоне.
У Керидвен екнуло. Оказывается, она уже привыкла.
- Точно? - спросила она упавшим голосом.
Эльфин погладил ее по руке и обвел глазами вокруг.
- Я люблю это место, но... - он потерся щекой о ее ладонь. - Мне кажется, Авалон нас не выдержит. - Он поднялся. - Подумай о том, где ты хочешь жить и что хочешь взять с собой. Возможно, имеет смысл начать собираться.
Керидвен обхватила колени.
- Да у меня и вещей-то нет. Все мое на мне. - Она пожала плечами. - А ты?
Эльфин закусил губу. Глаза у него стали прозрачными, будто он вглядывается куда-то сквозь воздух. Эльфин нахмурился и мотнул головой, будто отгоняя что-то.
- Нет. Авалон - это не вещи. Это структуры, отношения... Пейзажи, - он хмыкнул. - С собой ничего не унесешь.
Кроме памяти, подумала Керидвен, но не сказала вслух.
- А у вас вообще что-нибудь, кроме башен, строят? - спросила Керидвен.
Эльфин хмыкнул.
- Иногда.
Башня, в которой им предстояло общаться с Кругом, походила на гигантскую сосульку, поставленную на попа. Граненый хрустальный шпиль уходил ввысь, в полупрозрачных стенах отражалось небо и облака. Вокруг, как спицы от колеса, расходились аллеи - ухоженные, зеленые и совершенно пустынные. Тишина стояла такая, что в ушах звенело.
- Мы точно вовремя? - усомнилась Керидвен.
Эльфин ухмыльнулся:
- Конечно. Видишь же - нету никого. Очень предусмотрительно, - он задрал голову вверх и прищурился на шпиль башни. Самый кончик блестел, как игла, воткнутая в небо.
Красиво, подумала Керидвен.
Странно было думать, что всю эту красоту строили не какие-то сказочные совершенные создания, а кто-то вроде давешнего Эуриса, кого плевком можно перешибить.
Керидвен прикусила губу. Не надо никого недооценивать.
- А эти ваши... Ворота Разделения кто строил?
- Врата, - поправил Эльфин. - Врата Разделения - это совместная ипостась Врана и Эйрмид, их нет уже. Так долго не простоишь. Да и необходимость в таком сейчас редко возникает...
- А, - пробормотала Керидвен, и покрепче взяла Эльфина под руку. - С тобой такое пытались в Каэр-Динен сделать?
Эльфин аж остановился.
- Стикс и Лета, Керри, нет, конечно! Никто из нас... - он мотнул головой и поправился, - никто из дану не пойдет против клятвы, данной Единому. - Он хихикнул. - В обход - да, вокруг - да, напрямую против - нет. Все, что они делали - они делали потому, что я их попросил. - Он погладил ее по щеке. – Никто из Круга нам не враг. Никто не сможет причинить тебе вреда.
Керидвен глянула на него исподлобья.
- А тебе?
Эльфин затрепетал ресницами - как всегда, когда пытался скрыть самодовольный вид, и, как всегда, у него не получилось.
- А мне - не захотят.
Они пошли дальше. Бесконечно длинная, прямая, как стрела, аллея, упиралась в блестящий шпиль. От стеклянных башенных стен разлетались в сторону солнечные зайчики, как брызги, под фонтанами, взлетавшими вверх, плясали радуги. От всего этого блестящего великолепия рябило в глазах, и начинало казаться, что все вокруг свито из разноцветной проволоки - красной, голубой, синей, зеленой, из шелковых и огненных нитей. Аллея, клумбы по сторонам, сама Керидвен, Эльфин... Страшно зачесалась вдруг щиколотка, Керидвен остановилась поправить чулок, присела - совсем рядом оказалась дорожка, посыпанная мелким желтоватым песком. Каждая песчинка переливалась на сколе, как алмазная, незримые нити цеплялись за подол, как трава на поляне, и только за Эльфином тянулась цепочка темных следов - будто там, где он ступал, нити разбегались, расходились в разные стороны, открывая хрустальное окно в бездну. Керидвен оперлась ладонью о песок - и тропа будто прильнула к ней, как живая.
Эльфин припал на колено рядом, обнимая за плечи:
- Голова закружилась? Тут много заклинаний вокруг...
Керидвен покачала головой.
- Нет. Но дорога... Она как будто ластится?
- А. - Эльфин коснулся тропы рядом - и невидимая трава отхлынула, как водоросли, которых отнесло течением. - Это чары для стихийных духов, чтобы каждый мог пройти. Красные - для огня, синие - для воды... и все такое. А ты человек, ты включаешь в себя все. Поэтому всех притягивает.
Они выпрямились. Керидвен прикрыла глаза - на миг все как будто присыпали золотистой пылью. Все было как вышивка огненным шелком - но за нитями, сквозь них, между ними, сияло непроглядное, черное, бездонное, соединяющее всех не меньше, дающее пространство для того, чтобы там, внутри, по нему, сквозь него, разворачивался узор.
- Керри?
Керидвен обернулась на голос - черное и золотое переплетались, врастая друг в друга, как Эльфин и Безымянный, как аверс и реверс одной монеты, как вдох и выдох, и это было так невозможно красиво, так единственно верно, что она растерялась. Все, что произошло, все что случилось в мире и с миром прежде, все самое невыносимое, самое страшное, случилось единственно возможным, единственно верным способом, потому что привело их сюда, в здесь и сейчас - к тем, кем они стали, сейчас и здесь. Безымянный был весь перекрученный, переломанный изнутри, сколы и углы блестели гладко, как антрацит, и шелковое эльфиновское золото светилось ярче всего там, где оно спаивало трещины. Да это же Река, поняла Керидвен.
- Все хорошо?
Керидвен моргнула, и мир вернулся.
- Дда, - пробормотала она, отводя глаза. Она привыкла уже, что Эльфин может выглядеть и красивым, и страшным, когда захочет, но что сам по себе, изнутри, для себя и Единого он вот такой... Подглядеть было неожиданно, и неловко, и драгоценно, и непонятно было, что будет честнее - сказать или промолчать.
- Мне показалось... я Реку увидала, - пробормотала она. - Сквозь тебя. В тебе... не знаю, как верно.
- А! - Он ухмыльнулся. - Добро пожаловать в клуб. - Глаза у него заблестели. - Теперь ты понимаешь, понимаешь, да? От такого невозможно отказаться. Я увидел Реку - сквозь тебя, в тебе, и я не смог... - он прикусил губу и засмеялся. - Никто не искушает так, как Единый, верно?
- Да уж, - пробормотала Керидвен, крепче опираясь на его руку.
Аллея уперлась в башенные ворота - вблизи они оказались шире и выше, чем издалека, с хорошую церковную колокольню. Они были распахнуты, вокруг по-прежнему никого не было, только на пороге стояла Рианнон - в строгом платье без украшений, с серьезным лошадиным лицом.
Эльфин чуть поклонился и протянул ей кольцо.
Рианнон со вздохом приняла его.
- Нет, - сказал Эльфин.
Рианнон вскинула на него глаза.
- Ты спрашивала, ненавижу ли я Авалон. Мой ответ - нет.
Рианнон опустила ресницы и на миг замерла.
- Спасибо. - Она помедлила. - Как бы ни сложилось, это много для меня значит.
Эльфин улыбнулся краем рта.
- Для тебя-Рианнон или для тебя-главы-Круга?
- Для меня-обеих, - Рианнон повернулась к Керидвен. - А вы... - взгляд у дану стал мягче, и выражение у нее сделалось почти человеческим. Керидвен моргнула. - Как бы ни сложилось, присматривайте за ним, ладно?
Керидвен опешила. Это что, благословление такое?
- Угу, - буркнула она, чтобы не ляпнуть что-нибудь вроде "А без тебя-то бы я не догадалась".
Эльфин засмеялся:
- План какой-то такой, да.
Рианнон кивнула.
- Поднимайтесь наверх. Все вас ждут, - и пропала.
о котах и людях - роман
Да это же Река, поняла Керидвен.
Можете себе представить степень моего офигения, когда я увидела этот образ в тексте.
(долго думала, стоит ли об этом говорить, в конечном итоге решила что скажу и успокоюсь))))