О КОТАХ И ЛЮДЯХ [2x2] АПТЕКА
Из суконной лавки с хихиканьем выпорхнули несколько барышень, размахивая лентами - видно, на шляпки. Керидвен остановилась, разглядывая витрину. Внутри стоял манекен в пышном платье. Она невольно провела руками по бокам, вспоминая гладкое прикосновение шелка. Больше ей таких платьев не видать, это точно. Не больно-то и надо, главное, чтоб башмаки раньше времени не стерлись, когда еще на новые деньги будут... Не начать ли шляпки шить, задумалась Керидвен.
Она зашла внутрь и начала приглядываться к товару, наверченным из атласа розочкам, бусинам и крашеным перьям.
Ой, нет, сдалась она через пять минут. Это ж сколько всего себе в головы втыкают... Да и сбывать кому?
- Что, Керри, деточка, тоже за ленточками зашла? - проворковал старческий голос.
- Эээ... нет. Здрасте, сестра Урсула.
Вот уж кто не изменился - старушка-вышивальщица, поблескивая не по возрасту зоркими глазками, рылась в коробке с нитками.
- Белые, как снег, красные, как кровь... - она выудила пару мотков и сунула Керидвен под нос. - Подойдет, как ты думаешь, деточка?
- Да. Наверное. Может быть.
У нее и прежнее время с сестрой Урсулой не слишком получалось разговаривать.
Старушка захихикала:
- Хороший у тебя глаз, милочка. Приходи, хочешь, научу? У нас в монастыре всегда пропащей душе место есть. Что от матушки ушла, да от батюшки ушла, от дома убрела, из-под холма убегла - а от себя не уйдешь! - под самым носом мотнулся костлявый палец. Керидвен отпрянула.
- Нет, спасибо, - буркнула она и выскочила за дверь.
Вот ведь кошка старая. Вечно от нее мурашки по хребту.
Керидвен сплюнула.
Ну, нет. Только не в монастырь. Еще побарахтаемся.
Она вздернула подбородок и зашагала дальше.
Впереди замаячил "Кот и клубок". Никак его было не обогнуть. Керидвен стиснула зубы и ускорила было шаг, но ее нагнал крик:
- Мисс О’Флаерти! Мисс О’Флаерти!
Керидвен чертыхнулась, но затормозила. Хоть кто-то к ней первым обратился, таким не разбрасываются.
Она обернулась и сделала книксен:
- Здрасте, господин Каммингс.
Каммингс прижал руки к груди. Вот кто совершенно не поменялся:
- Все ли у вас в порядке, мисс О’Флаерти? Давно мы вас не видели...
- Жива пока, - коротко ответила Керидвен.
- Не зайдете ли? Ваш брат оставил вам письмо, прежде чем уехать.
Сердце у Керидвен стукнуло.
- Блейз? Да, конечно...
Внутри тоже ничего не поменялось. Керидвен прикусила губу. Вот тут сидел Эльфин, когда она к нему подошла...
А, к черту. Блейза все равно надо было вытаскивать, а другого средства не было. Что сделано, то сделано.
Она отвернулась.
Каммингс шарил где-то у себя под стойкой. На стойке лежала газета. Керидвен прищурилась, разглядывая дату.
Семь лет прошло, оказывается... а она и не заметила.
Ну и ладно. Семь - не семьдесят. Могло быть и хуже. Могло? Могло.
- А, вот оно! - Каммингс протянул ей конверт. Сверху четким почерком химическим карандашом было надписано: "Мисс Керидвен О’Флаерти". Про брак ее братец, значит, так никому и не сказал. Керидвен прикусила губу и сломала печать. Из жесткого коричневого конверта выпал листок.
"Привет, Керри.
У меня все хорошо. Надеюсь, у тебя тоже.
Уезжаю в столицу, если что - пиши на адрес колледжа св. Руэлла.
Люблю тебя.
Б."
Следом из конверта выпала мятая ассигнация и пара марок.
Все это значило, что братик догадывался, чем все это может кончиться. И заранее, так сказать, принял меры.
Какие все заботливые, вдруг злобно подумала она. Подумать только.
Черт ее знает, что ее так уязвило - что Блейз с самого начала думал, что она на Авалоне не удержится? Что оказался прав? Что решил, что она сама не справится? Все вместе?
Ей очень хорошо вдруг представилось, как братец откладывает половину из скопленного, меняет - к монашкам, небось, ходил - приносит Каммингсу запечатанный конверт и с бледной своей улыбочкой просит сохранить "для мисс О’Флаерти".
"Мисс" эта ее особенно добила.
Как будто ничего не было.
Прав был братик, зараза, людям не объяснишь - а все равно.
Змеюка ты, братик, подколодная. Небось, как самому по подхолмью тосковать - так ничего. Аж в монастырь понесло, от греха подальше. Святошенька нашелся. Чтоб тебя.
- Все в порядке? - спросил Каммингс.
Керидвен встрепенулась и поняла, что стоит с листком в руке.
- Да, - спохватилась она. - Можно листок, пожалуйста?
"Привет, братик.
У меня все хорошо. Надеюсь, и у тебя неплохо.
Живу дома. Напиши, как у тебя что.
Деньги прилагаю. Купи себе ботинки и пожрать, знаю я тебя, опять на всякие книжонки спустишь.
К."
Она сунула ассигнацию внутрь, запечатала конверт, лизнула марку и припечатала на обороте. Старательно вывела "Блейзу О’Флаерти, колледж св. Руэлла, Камелот" - и протянула Каммингсу.
Каммингс покачал головой, но конверт взял.
Керидвен зашарила по карманам, чтоб отдать ему монетку за пересылку, но в переднике было пусто.
Каммингс махнул рукой:
- Да потом отдадите, мисс О’Флаерти!
Керидвен стало неловко.
- Ну давайте я вам хоть по хозяйству помогу. Вон, окна хоть помыть. Давайте-давайте!
Каммингс вздохнул и согласился.
Керидвен вытребовала у Анны тряпку и таз с водой, засучила рукава и принялась за дело. Молоденькая служанка было возмутилась, что у нее и так все чисто, но Керидвен зыркнула на нее глазами, и та увяла.
Правду сказать, мыть окна всегда приятно - сразу дело рук видно, загляденье. Да и оставаться в долгу нечего, и по дому слоняться, где в каждом углу блейзово наследство - тоже хорошего мало. Керидвен стребовала на кухне яблочного уксуса, плеснула его в воду, и вокруг запахло чистотой.
Она как раз протирала стекло мятой бумагой, как звякнул колокольчик.
- Апчхи!
Керидвен обернулась, не слезая с табуретки. Это был пасечник, Канаван, только какой-то нарядный. Ишь ты, хмыкнула Керидвен. У кого-то в гору дела пошли, надо же.
Канаван поморгал на нее против света, кажется, не узнал, и повернулся к Каммингсу.
- Денечек добрый! У вас что, уборка?
- Вроде того, господин аптекарь.
Аптекарь, поразилась про себя Керидвен. Ну надо же.
- Уборка - это хорошо, - грустно заметил Канаван. - Это прям отлично...
- Да, - рассеянно согласился Каммингс. - Вот "Вестник Парацельса" ваш.
- Спасибо, - аптекарь полез в карман жилета, вынул кошелек и принялся отсчитывать монеты. Повернулся, подставляя под солнечный луч из окна и хмыкнул. - Ишь, блестят!
То-то же, удовлетворенно подумала про себя Керидвен. Чистые окна - не баран чихнул.
Канаван пересыпал монетки Каммингсу, еще раз обернулся на Керидвен и спросил у лавочника:
- У вас на примете никого нет?
- У вас же Пегги была? - спросил Каммингс, отсчитывая сдачу.
- Пегги замуж вышла да на ферму переехала, - скривился Канаван. - Так я и знал, что снюхаются они с этим лошадником...
- А у нее ж сестра была, Мегги. Что вы ее не возьмете?
Канаван немедленно побагровел и надулся, как индюк.
- Взял я ее! Так она начала склянки протирать, и все надписи размыла. Где десятипроцентный раствор, где пятипроцентный - не разобрать теперь! Тьфу! - Канаван гневно сплюнул. - Все чернила расплылись - только выкинуть теперь!
- Карандаш химический возьмите, - посоветовал Каммингс. - Они не отмываются!
- Все попереставляла! Сил моих нет! Выгнал я ее!.. Что говорите, не смываются?..
Керидвен слезла с табурета. Выжала тряпку как следует. А почему бы, собственно, и нет?
- Ежели вам горничная нужна, господин аптекарь, то я могу, - громко сказала она.
- А? - аптекарь обернулся. Каммингс застыл с химическим карандашом в зубах.
- Читать-писать умею, - сказала Керидвен. - Цифры знаю. Так что если где что подписано - не перепутаю, не бойтесь.
Канаван подслеповато заморгал.
Главное, чтоб он меня не вспомнил, подумала Керидвен. А то развернет.
- Пять шиллингов в неделю, - сказал Канаван. - Один выходной.
Маловато будет, подумала Керидвен, а вслух сказала:
- Договорились, господин аптекарь.
Работы в аптекарской хватало - Канаван, видно, свою Мегги и правда погнал давненько. Керидвен засучила рукава и взялась за дело.
Чего она совсем не предвидела - что, когда руки заняты, а голова свободна, в мысли начинает лезть всякое.
Как-то там Эльфин?
Все сидит в своем подвале?
Или забыл про нее уже?
Забыл, небось.
Да чего ему.
Сколько до нее таких было, сколько потом будет.
Ей вдруг стало до чертиков обидно.
Керидвен прикусила губу, бросила тряпку и закрутила головой. Нашла флакон с нашатырем, откупорила и нюхнула.
Глаза немедленно полезли на лоб. Керидвен прочихалась, вытерла слезы и полезла за платком. Вот же ж гадость-то, мертвого поднимет.
Так не нанюхаешься. Чай, не барышня, соль нюхать да в обмороке лежать.
Блейз бы сказал "читай розарий". Так то Блейз.
Найти занятие, сказал внутри памяти мягкий голос. Простое, но занимающее все внимание. Первое время будет нелегко. И с собой тоже...
- Сгинь отсюда, сволочь! - не выдержала и заорала Керидвен.
- Что такое?! - переполошился Канаван. Он, притулившись за провизорским столом, пытался мастерить свечи. На пюпитре перед ним торчал неразборчивый рецепт с размашистой докторской подписью.
Керидвен натужно улыбнулась.
- Мышь увидала, господин аптекарь.
- Где мышь? - озаботился Канаван. - Как мышь? Еще мышей мне не хватало...
- Да она уже убежала, - заверила его Керидвен.
- И нечего орать тогда! - буркнул Канаван и вернулся к своему хозяйству. Керидвен заглянула ему через плечо. Расчет был какой-то мутный.
- Промилле, а не проценты, - сказала она. - Во второй строке.
- Сам знаю, - огрызнулся аптекарь. - Умная нашлась. Иди вон пыль протри.
Керидвен пожала плечами и пошла протирать. Какое-то время они работали молча. Наконец, Канаван удовлетворенно откинулся на спинку стула и утер пот со лба.
- Уфф! Вечно этот Каннингэм что-то вычитает, а мне отдуваться... Ну ладно, так сойдет. - Он махнул рукой Керидвен. - Эй, О’Флаерти! Приберись тут. И свечи в шкаф поставишь, как остынут. А я на перекур.
Канаван, радостно насвистывая себе под нос, потопал к себе наверх - жил он аккурат над лавкой.
Керидвен подошла к столу и уставилась на коробку со свечами.
Нда, не повезет кому-то.
А, ну и ладно, ее не за этим нанимали.
День шел своим чередом. Керидвен в аптеке вполне понравилось - светло, чисто. Камина, правда, нет, так что зимой холодновато будет - но до зимы еще дожить надо. Керидвен отдраила всю лавку, и Канаван велел приниматься за кладовую.
В кладовой чего только не было - Керидвен ушла в уборку с головой, как снаружи раздался голос:
- О’Флаерти! Свечи принеси!
Керидвен хмыкнула, выложила канаванское творение на поднос и попыталась сделать приличное лицо, как полагается служанке.
Шагнула в зал, и обнаружила посреди лавки Магду Киган - с самым умильным выражением на лице и в самом жутком капоре.
Ах, вот они для кого, оказывается. Керидвен вспомнила кислую физиономию молочника.
Вчерашний пирог заворочался в желудке.
Керидвен внимательно посмотрела на Магду, перевернула поднос - свечи шмякнулись вниз - и со всей силы на них наступила каблуком.
- Это еще что?! - завопила Магда.
- Ну как что, - сказала Керидвен. - Глаз дурной да руки кривые, что еще.
Магда завизжала и попыталась вцепиться ей в волосы. Керидвен увернулась и пнула Магду по лодыжке. Магда поскользнулась на раздавленной свече и с размаху села на задницу. Канаван, пользуясь моментом, кинулся ее поднимать. Магда преувеличенно застонала. Канаван обернулся и погрозил Керидвен кулаком. Керидвен сдула прядь с лица, подняла с пола поднос и ушла в кладовку.
Сквозь дверь было слышно, как Канаван улещивает Магду.
Ну вот и все, Керри. Первый день на работе, он же последний.
Ну и ладно. Сожженной кишки все равно никто не заслуживает. И какая у Магды была физиономия! Керидвен хохотнула и тут же помрачнела.
Чистая совесть чистой совестью, а жрать все-таки нечего, и любви соседской это ей точно не прибавит. Съехать, что ли?.. Интересно, осталось ли что от хибары Элисон, или разнесли ее по досточке...
Она нашла тряпку и принялась в такт мыслям оттирать поднос.
Огород можно будет завести. Картошку посадить... а, проклятье, не сезон, не посадишь ничего... Ну ладно, грибы можно начать сушить... Силки ставить, опять же...
Да уж, в лесу тебе, Керри, самое место... ладно, с феями не ужилась, так и с людьми тебе никак...
Ей захотелось изо всех сил запустить подносом в стенку, но она только начала драить сильнее.
За этим занятием ее и застал Канаван.
- Какого черта?! Ты что, припадочная?! Что на тебя нашло?!
- Что на вас нашло, господин аптекарь, когда вы в свечки десяточку вкатили, - равнодушно сказала Керидвен, снимая фартук.
Канаван побагровел:
- Врешь!
Керидвен пожала плечами:
- Дак проверьте.
Канаван надулся и засопел, как разбуженный барсук.
Сходил в зал, принес остаток свечи, не размазанный по полу в пылу борьбы, попробовал на зуб, скривился, сплюнул и принялся пересчитывать что-то на пальцах. Керидвен наблюдала за этим исподлобья. Ну давай, давай, выгони меня уже, и дело с концом.
Канаван досчитал, побагровел еще сильнее и гаркнул:
- Так какого черта ты молчала?!
Керидвен отвела взгляд в сторону.
- Чай, меня не за этим нанимали.
Канаван полез в карман и начал набивать трубку.
- Гордячка ты, О’Флаерти, - проворчал он, уминая табак желтым ногтем. - Обо всем просить надо. - Он зажег трубку и принялся затягиваться. - Вот и Элисон всегда говорила - стервозина моя О’Флаерти, каких мало. От горшка два вершка, башмаки каши просят, в амбаре мышь на аркане от голода повесилась - а гонору-то, гонору... королевишна. - Он махнул рукой. - А и сама такая же была... - Он выпустил клуб дыма, сжал трубку в ладони и задумался.
Керидвен скрестила руки на груди.
- Проводить-то ее проводили? - спросила она, глядя в сторону.
Канаван кивнул.
- Похоронили как смогли... Хозяйство... ну, ты видела, сколько там того хозяйства было. А кто к ней ходил... кто теперь бегает в монастырь Святого Раймонда к монашенкам - да они больше по травам да по женской части. А я вот для докторов лекарства смешиваю.
- Что, у нас и доктора теперь есть? - поразилась Керидвен.
- А то! - гордо заявил Канаван. - Уиттик - тот больше по благородным. Зато заказывает много. Брукса я редко вижу, он больше по фермам коновалом шастает, но мужик вроде дельный. А Каннингэм так... экспериментатор. Журнальчики читает, что-то там выписывает... но платит хорошо. Вот он магденому-то благоверному свечи и выписал, а она и рада слушать. А я что... ну, обсчитался малость. Почерк у него... - Канаван крякнул, поднялся с табуретки и похлопал Керидвен по плечу. - Ну, благо, теперь есть кому себе глаза ломать, - он принялся выбивать трубку о подоконник.
- Не сорили б вы, господин аптекарь, - сказала Керидвен. - Только промела.
- И кончай мне выкать, - крикнул Канаван из-за двери. - Как неродная, ей-богу.
о котах и людях - роман
(Господи, как же мне не хватает такой Керидвен в моем внутреннем демонятнике... я второй год не могу окна помыть!)
У меня с окнами отдельная печаль, потому что полон дом котов, и их надо запирать на кухне в процессе мойки, и тихо молиться, чтобы они дверь выносили не слишком активно и не передрались взаперти Т_Т. (О, я придумала - позову подругу и пусть она посидит с котами, а потом будем с чувством выполненного долга чай пить!)
Агааа, сейчас гляну )))
О, удачи вам с котами:))
Спасибо! )))