В пятницу Виктор наконец победил Трансфигурацию. Его спичка посеребрилась и заострилась. 

Лаки был прав — предыдущие дни Вик думал о чем угодно, кроме трансфигурации. Но сегодня об этом чем угодно он успел подумать на Зельях — сегодня все уроки были спарены со Слизерином.

Сосед пришел на занятия с мокрой головой, а Лоусон успела шепнуть Виктору, что видела, как Фрезер шел откуда-то покрытый пятнами крови и что-то пряча за рукавом…

Вик все думал, чем же Фрезер с утра занимался и чья на нем была кровь, но так ничего и не надумал. По лицу соседа ничего не читалось, но Виктор бросал на него взгляды и думал, что Фрезера никто еще как следует не разглядел. Затравленный маглокровка, ага. Но Вик видит высокомерный изгиб бровей, пальцы ловко смешивающие травы… Окончательно Виктор убедился в магическом происхождении Фрезера, когда тот назвал пропорции стандартного ингредиента. А ведь даже Лоусон их не вспомнила!

Убедившись в своих подозрениях, Виктор преисполнился к соседу особенным отвращением. Крутилось в голове — преступления его родителей, утренняя кровь, шашни с убийцами… Чем они там занимались?

…А зелье сосед запорол. Опять. Может даже специально тормозил с помешиваниями, Виктору назло. Не отбирать же мешалку у Снейпа на глазах!

Чары прошли ровно. Странно, что именно на этом предмете они и не колдуют, а только делают упражнение за упражнением… 

Лоусон сидела с какой-то рыжей, а Вик сел с Джереми и они здорово поболтали о футболе, пока крутили пальцами. Это хорошо отвлекло Виктора и на Трансфигурации он наконец победил спичку!

Во время обеда Вик успел поделиться новостями с Саймоном — что Лоусон видела Фрезера всего в крови.

— Они где-то тренируют темные заклятья, — категорически сказала Мэри. — Где-то в школе.

— Пусть твоя подруга последит за ними, — тихо сказал Саймон. — Нам не удалось раскрыть их тайное место, но у неё может получиться.

Вик с трудом, но удержался от того, чтобы рассказать про план Талботта. Но честно говоря, Саймон как пойдет, так вернется битый. Нет, лучше молчать…

Обедать старшекурсники закончили быстро — они собирались проведать своего азиатского друга (черт, Вик опять забыл, как его зовут) в больничном крыле.

После обеда они всей компанией — Виктор, Лаки, Санни и каким-то чудом не опоздавшая опять Лоусон пересеклись в Зале Наград.

— Я бегала в тот коридор, — Зельда таинственно сверкнула глазами. — Я видела место, откуда начинались кровавые следы! Я положила к противоположной стене бумажку, так что… ведите скорее вашего Уингера, пока ее никто не убрал!

Ну и они помчались искать Уингера. Шестикурсники уже разошлись, к тому же у каждого из них было свое расписание… Вик взял на себя класс чар, Лаки — теплицы. Зельда должна была проверить, нет ли Уингера в подземельях, а Санни достались расположенные рядом кабинеты ЗОТИ и изучения магических существ.

…Встретившись снова, они выяснили, что Уингера никто не нашел. Изучив рейвенкловкую брошюру с планом замка, они отправили Санни в кабинет маггловедения, Лаки взял на себя древние руны, а Зельда — Нумерологию. Виктору, как самому спортивному, досталась башня прорицаний. Там он постоял, посмотрел на закрытый люк и, решившись проорал: “Уингер не у вас?”

Над головой зашебуршало, люк открылся. На Виктора сверху вниз глядела… хиппи. Многослойные мантии, огромные стрекозиные очки и куча блескучих бус-браслетов-цепочек никак не давали Виктору отделаться от этой ассоциации.

— Ты ищешь несчастий, бедный мальчик, — прошелестела она. — Но истинное несчастье найдет тот, кто не смирился с тем, кто он есть…

И закрыла люк. 

— Про Трелони говорят, что она немного… того, — Зельда выразительно постучала пальцем по виску.

— Не совсем так, — сосредоточенно сказал найденный Лаки Уингер. — Трелони слишком любит драматизировать, это верно. Ее любимый трюк — предсказать кому-нибудь смерть… Но ее небольшие замечания обычно сбываются. Однако, до этого их практически невозможно истолковать, — шестикурсник тяжело вздохнул.

— Если в ложь поверишь ты, мертвый, но живой у могильной у плиты заберет с собой… — пробормотала Бадия. — В прошлом году Трелони сказала это Ханне.

— “В ложь поверишь ты”? — зацепилась Лоусон. — А что-то еще Трелони говорила?

— Я не все запомнила, — призналась Бадия. — “Горьким семенем взойдет старая вражда, двое в лес за ней уйдут раз и навсегда…”

Ее голос задрожал, девушка умолкла.

— “Если пятеро придут, принеся огонь, то они повергнут в прах черную ладонь”, — глубоким голосом добавил Талботт. 

Вик бросил взгляд на Санни, тот стоял с таким лицом, будто Санта-Клауса увидел. “Настоящие предсказания, настоящее приключение”, — легко читалось в его глазах.

— Мордред, — не выдержала Лоусон. — В каком порядке это расставлено, я не понимаю?

— Горьким семенем взойдет
Старая вражда,
Двое в лес за ней уйдут
Раз и навсегда.
Если в ложь поверишь ты,
Мёртвый, но живой
У могильной у плиты
Заберет с собой.
Что-то там про имена
Потревожил сон,
И чего-то там еще
Было всемером.
Если пятеро придут,
Принеся огонь,
То они повергнут в прах
Черную ладонь.
В кости лучше не играть
Детям всех веков.
Слишком рано можно встать
В сапоги отцов,  — продекламировал Талботт.

Зельда смотрела на него с очень сложным выражением лица. 

— Что? — внезапно накинулась на нее Бадия. — Давай я тебе прочитаю внезапно стихотворение и посмотрю, сколько ты запомнишь! А Трелони сама тут же все забыла…

— Да мы ничего такого и не говорим, — успокаивающе произнес Санни. — Я так понимаю, первая часть предсказания, она… 

— Исполнилась, — кивнул Талботт. — Последняя часть предсказания содержит предупреждение, которое, на мой взгляд несет следующий посыл: “Хватит ворошить кости прошедшей войны”. Другими словами, делать то, чем занимается Саймон с подругами…

— “Если в ложь поверишь ты”, — задумчиво повторила Зельда. — Ханна пошла в лес,  поверив неправде. Я сперва подумала, что та троица не проводила запретных ритуалов, а остальные заблуждаются, но заблуждение — не есть ложь, понимаете? И даже неправда — не обязательно ложь.

Повисло глубокомысленное молчание. 

— Точно, — заметил Санни. — Только ложь есть ложь — намеренное введение в заблуждение.

— Верно, — медленно и очень задумчиво произнес Талботт. — Саймон, Мэри и Энис не врали Ханне. А вот карта… карта, которую удалось так удачно стащить у Барнаби из сумки… 

— Все это было ловушкой с самого начала, — прошелестела Бадия. — Так или иначе… Своими или чужими руками — они убили Бена и Ханну!

— Не так все просто, — вдруг сказал Талботт. — Их трое — а в предсказании говорится про семерых, потревоживших чей-то сон…

— Мертвых, — глаза Бадии вдруг широко раскрылись. — “Вспомнив мертвых имена потревожил сон!” 

— Может ты припомнишь, а всемером-то там чего было? — молящим голосом попросил Санни.

Девушка покачала головой. Одна из звезд на ее платке от движения сорвалась вниз, прочертив по ткани длинную белую черту.

— А меня больше волнует эта часть, — подал голос Лаки. — “Если пятеро придут, принеся огонь, то они повергнут в прах черную ладонь”. Это точно еще не сбылось. 

— Нас тут шестеро, — тут же сказал Санни. — Какая-то нумерология, а не предсказание. То двое, то семеро, то пятеро.

— Ты гений, — вдруг бросил Талботт. — Посмотри: двойка — сомнения, ложные иллюзии, запутанные ситуации, тайные игры, противостояние добра и зла. Это число находится под управлением Луны, которая бросает на все тень сомнений.

— Зато семь олицетворяет мудрость и тайное знание, — с сомнением заметила Бадия. — Число полноты мира. Счастливое число.

— А пятерка что значит? — заинтересовался Санни.

— Пятерка является числом победы, которая достигнута тяжелым трудом, — пояснил Талботт. — И это подходит, верно?

— По-моему, вы слишком ушли в символизм, — с глубоким сомнением произнесла Лоусон. — Давайте честно — мы сейчас ни за что не отгадаем, кто те пятеро. Я ставлю на авроров.

— А почему на авроров? — шепотом спросил Санни.

— А кто еще полезет с нежитью воевать? “Мёртвый, но живой, черная рука, вспомнив мертвых имена”... Ребята, это точно нежить. Вот что получается: семеро каких-то уродцев разбудили неживую дрянь. Барнаби, Мерула и Измельда нашли логово этой дряни и радостно потирая руки направили туда Саймона. Чуть получше, чем самим душить, но все равно уроды…

— И что нам теперь с этим всем делать? — задумчиво потер подбородок Лаки. — Может стоит подойти к школьной администрации?

— Доказательств никаких, — прошелестела Бадия. 

— Да, это была идеальная ловушка, — в голосе Зельды Вик неожиданно расслышал  нотки гордости… Нашла чем гордиться!

— … И мы в конце концов пойдём искать их логово или уборки дождёмся?

— Почему ты не пометила краской? — возмущенно спросил Санни.

— У меня не было краски, гений, — беззлобно фыркнула Зельда. — К тому же, увидев пометку Мерула, Барнаби или кто там ещё развлекался с утра… Они бы что-то заподозрили, а бумажка — это просто бумажка.

***

Просто бумажки на месте уже не было. Это было ожидаемо, но Вик расстроился.

— Ничего, — негромко сказал Талботт. — Теперь мы знаем что искать надо здесь и с этой стороны коридора, а все остальное лишь вопрос времени и терпения. А сейчас нам стоит сделать перерыв. И надо снова собраться всем вместе, возможно сейчас Саймон сумеет меня услышать…

Уингер попросил Виктора передать Саймону просьбу о встрече — в середине дня, в воскресенье. Он правда никуда не торопился. 

А Зельда позвала их посидеть в субботу в Общей гостиной, поиграть с ее друзьями в настолки.

— Что? — слизеринка выразительно приподняла бровь. — Мы же не можем жить одними только расследованиями. Мне тайна щекочет нервы так же, как тебе, Вик.

И Виктор смирился. Потерял бдительность. И был затащен учить уроки в башню Рейвенкло, а Зельда радостно ускакала куда-то по своим увлекательным делам.

Через пару часов, сделав уроки, переместился куда-то в сторону развлекательной литературы Санни. А они… Лаки внезапно напомнил Виктору, что они кое-что пообещали деду. Учить программу маггловской школы, например.

— Давай в клуб географов вступим, — предложил Вик, которому внезапно стало ужасно лень. — Какой смысл учить только маггловскую часть?

— Раньше в школе был тайный клуб исследователей Запретного Леса, — вдруг высказался отползший вроде бы Санни. — Я даже знаю, как туда вступить, но его закрыли…

— Это… не совсем то, что я имел в виду, — осторожно заметил Лаки. — Ладно. Пикси с ней пока, с той географией…

И остаток вечера они мучали книгу Саламандера, пытаясь запихнуть зверей в волшебный чемодан.

А перед отбоем Лаки внезапно заявил Виктору, что им надо в Запретную Секцию.

***