Девкалион Снейпом решил заняться сам. Во-первых, напрягала его эта внезапная тяга к отравлению окружающих без причины. Ну, во-вторых, толку от него не было. Потому что доверия не было. И, будь он хоть сто раз гениальным зельеваром, держать его при себе дальше просто опасно. 

Явившийся в мэнор Снейп явно опасности не чувствовал. Видимо, считал себя самым умным. Ну очевидно же, что он не самый надежный член партии. Удерживала его метка. Но она обеспечивала исключительно верность клятвам, и то условно. Вообще эта самая метка как средство контроля вызывала сомнения. Да, с её помощью можно убить на расстоянии какого-нибудь предателя, но для этого нужно о предательстве узнать. 

Девкалион бесшумно вошёл в камеру, куда уже доставили Снейпа. Тот всё ещё верил, что обойдётся. Это безо всякой магии ясно было. 

— Ну, с-с-сдравствуй, С-с-северус, — изобразил характерное шипение предшественника Девкалион. 

Снейп в мэноре редко бывал. Переменами в характере сюзерена с ним никто не делился. Даже Люциус, который со стороной определился, поскольку мог увидеть перспективу. 

— Я не понимаю. — Снейп посмотрел на него и тут же отвёл взгляд. Девкалион только плечами пожал. Чтобы информацию получить, совсем не обязательно мысли читать. Можно совсем без магии обойтись. 

— Так с-с-сачем ты хотел отравить Лейс-с-стреджей? — спросил Девкалион, вызывая у Снейпа панику. 

Оно и понятно. Если б Рабастан не откинулся, уступив место Питеру, об отраве могли и не узнать. Но Питер своего рода эксперт по всякой дряни в организме. Жизненный опыт позволял разобраться в ситуации. 

— Дамблдор приказал, — пробормотал Снейп. 

— И велел хранить это в секрете? — уточнил Девкалион с интересом. 

— Нет, — растерялся Снейп.

— Так почему ты не пришёл ко мне? Не рас-с-сказал всё? 

— Мой Лорд, я не успел. Подвернулась возможность и...

— И ты решил, что меня как-то обрадует смерть двух вернейших соратников? Или я тебе это простить должен буду за красивые глаза? 

Снейп бледнел, осознавая, что переоценил свою значимость. Похоже, Лорду хороший зельевар не слишком-то и нужен. 

— Ты не единственный талантливый специалист в мире, — с усмешкой сказал Девкалион, отступая на шаг. — Сам расскажешь всё, что обетом не связано? Или мне тебя опоить чем-нибудь и вопросы задавать по своему усмотрению? 

Снейп явно надеялся в очередной раз выжить, потому заговорил. Ничего нового не сказал, если честно. То, что Поттер таскал в себе осколок сознания Волдеморта, Девкалион выяснил сам. Опытным, как говорится, путем. Больше благодаря Нагайне, которой тоже не повезло считаться крестражем. Ментальная связь на пустом месте не заводится. 

Снейп ничего серьёзного не знал. А то, что знал, рассказать не мог. 

— Толку от тебя, — вздохнул Девкалион и банально свернул ему шею. После чего вызвал Люциуса. 

— Мой Лорд, — прошептал тот, глядя на труп друга. — Что нужно сделать? 

— Выбросьте это где-нибудь в Лютном и обеспечь слух, что светлые избавились от шпиона, — ответил Девкалион. — Ты ведь понимаешь, что он давно не перестал быть тебе другом? 

Люциус кивнул. Всё он понимал. Северус заигрался. Решил, что ценнее других для Лорда. Практически не скрывал свою деятельность. Да и приоритеты свои тоже демонстрировал порой слишком явно. 

— Я всё сделаю, мой Лорд, — сказал Люциус.

— Попроси Рабастана помочь, — посоветовал Девкалилон. 

Люциус снова кивнул. Он с младшим из Лейстрейджей толком знаком не был никогда. И теперь казалось, что зря. Рабастан оказался интересным собеседником. С ним можно было поспорить и сообразить интересную интригу. И хоть Снейпа было жаль, но раз ничего не изменить, лучше жить дальше. Пока он действительно стал близок к Лорду, больше не выглядящему сумасшедшим. 

*******

Дамблдор, не знавший ещё о кончине своего шпиона, не выдержал и вызвал к себе Драко Малфоя. Нашел даже формальный повод, опасаясь, что подкованный в правилах школы студент просто не придёт. 

Что удивительно, но переживающим Малфой не выглядел. Спокойно сидел в кресле и выжидающе смотрел на директора. От чая вежливо отказался. Дамблдор только вздохнул. Стоило помнить про ужин, коим отговорился Малфой. 

— Драко, мальчик мой, — проговорил Дамблдор. 

— А можно как-то без этого? — спросил тот. 

Дамблдор поморщился и принялся объяснять ему то, ради чего вызвал. Долго вещал о том, как убийство уничтожает душу. Речь вышла внушительная и достаточно пафосная. 

— А я причём? — уточнил Малфой под её финал. 

Директор замолчал и посмотрел на него пристально. Из сознания Драко его буквально вышвырнуло. Тот явно не один артефакт носил против чтения мыслей. 

— Ты ещё не понимаешь, но Неназываемый несет только хаос и разрушения, — осторожно сказал Дамблдор. 

Приходилось быть осторожнее. Мелкий Малфой числился героем, и это тоже бесило. Подвиг у него настоящий был. В отличие от сомнительного геройства Гарри, который прятался в таверне во время устроенного директором нападения. 

— Я не понимаю, о чём вы, — честно сказал Драко. — Можно я уже пойду?

Пришлось отпустить. Дамблдор вздохнул. Надо Снейпа озадачить разговором с упёртым пацаном. 

Стайлз за пределами директорского кабинета выдохнул. У него создалось впечатление, что Дамблдор живет в какой-то своей иллюзии. Иначе с чего он кинулся воспитывать сына последователя идейного врага? Надеялся привить свои ценности? Или, наоборот, спровоцировать на что-то? Совершенно непонятный тип. 

За дверями ждали Крэебб и Гойл. А то мало ли? Наткнётся на Уизли и пришибёт на радостях. А это излишне. 

— Чего хотел? — спросил Кребб. 

— Я так и не понял, — честно признался Стайлз. — О любви и добре рассказывал. Как мы неправильно живём. Пошли на ужин, а то ещё опоздаем с этими откровениями.