Солнце клонилось к закату, окрашивая вершины гор в медно-золотистые тона. Воздух был свеж, прозрачный, с едва уловимым ароматом хвои и сырой земли. Над лесистыми склонами лениво проплывали клочья облаков, а где-то внизу шумел горный ручей, напоминая о близкой ночи.

Лагерь Джейсон разбил под старыми, разлапистыми елями, чьи ветви укрывали его от посторонних глаз. Блэки всегда славились умением подготовиться к любой ситуации, и их походное снаряжение не уступало военному. В арсенале имелись палатки с расширением внутреннего пространства — каждая по-своему уникально.

Бывший агент выбрал самую практичную. По словам Кричера, она принадлежала некогда Арктурусу Блэку, старому охотнику и путешественнику, обожавшему африканские сафари. Внутри палатка поражала продуманностью: пять помещений — кухня, санузел, две спальни и кладовая для снаряжения. Всё строго, функционально, без излишеств. Остальные палатки, напротив, напоминали внутри миниатюрные особняки — с мягкими креслами, коврами и магическими каминами. Но для Джейсона они были бесполезны: в них не настроишься на работу и не испытаешь оборудование. Избыточные чары уюта лишь мешали защитным контурам.

В это путешествие он планировал начать практический этап обучения Поттера — с проверки уже имеющихся навыков и устранения пробелов. Для такого дела требовалась тишина, уединение и место, где никто не станет задавать лишних вопросов.

Он выбрал Албанию.

Ещё в прошлой жизни Борн знал эти места под другим именем — Про́клятые горы. Когда-то здесь скрывались террористы и бандформирования, устраивая схроны и базы в труднодоступных ущельях. Теперь, в 1994 году, Балканы вновь полыхали: в Югославии назревала гражданская война. До бомбардировок Белграда оставалось несколько лет, но беспорядки уже охватили пригороды, а Албанские Альпы стали прибежищем для тёмных личностей и контрабандистов.

Джейсон, как бывший агент и наёмник, видел в этом не угрозу, а преимущество. Где хаос и смута — там проще скрыться, проще действовать. Для магического поселения, желающего остаться вне поля зрения, лучшего места не найти.

— Мистер Блэк, мы что, сюда приехали, чтобы вы меня гоняли с утра до ночи? — устало спросил запылённый и злой Поттер, вытирая пот со лба.

— В том числе, — невозмутимо ответил Джейсон.

Когда стало ясно, что домашними тренировками дело не ограничится, Блэк достал через китайцев нелегальный порт-ключ и отправился с воспитанником в Албанию — на полевые испытания. В Про́клятых горах они жили уже третий день, и у Джейсона сложилось вполне определённое мнение о способностях Поттера. Оно было… удручающим.

Конечно, за последнюю неделю мальчишка заметно окреп: стал подвижнее, собраннее, но годы без малейшей физической подготовки и последствия травм, полученных в «лучшей школе Британии», не проходили даром. Времени катастрофически не хватало. Поэтому Джейсон добавил в распорядок дня гимнастику для насыщения тела магией и вместе с тем приступил к отработке стратегии поведения при встрече с огнедышащей тварью.

К вечеру Поттер валился с ног. Без поддерживающих зелий он бы не только рухнул от усталости, но и лёг спать голодным. Однако даже под гнётом изнуряющих упражнений неожиданно прорезалась старая гриффиндорская натура — жажда справедливости, от которой опытному агенту хотелось взвыть.

— Мистер Блэк, это же нечестно! — вспыхнул Гарри, сжимая кулаки. — Мы с вами отрабатываем задание первого тура, пусть и с иллюзорным драконом, а остальные увидят своих только на турнире!

— С чего ты это взял? — спокойно, почти лениво протянул Джейсон. — У Диггори отец — сотрудник Министерства магии, и не последний человек. Думаешь, там никто не принимает ставки, кто какого дракона получит? Уверяю тебя, Седрик знал о заданиях задолго до того, как бросил своё имя в Кубок.

— А остальные? Это же подсуживание! — не сдавался Поттер. — Так нельзя, это против правил!

— Когда британцев волновали такие мелочи? — хмыкнул Блэк. — Или, может, на обычных олимпиадах всё честно? Поверь, единственный, кто шёл на турнир вслепую — это ты. Думаешь, Каркаров или помощник французского министра магии не знали программы испытаний заранее? Даже твой бывший дружок Уизли — брат драконолога, сопровождающего зверей на турнир. Сказал он тебе хоть слово об этом? А ведь вы виделись в Хогсмиде каждые выходные.

Гарри нахмурился, промолчал и остаток дня тренировался с удвоенной злостью. В его движениях не осталось прежней растерянности — лишь упрямое, почти яростное стремление доказать, что он не хуже других.

Несмотря на камин, уютно потрескивающий в палатке, Джейсон предпочитал разводить костёр прямо под открытым небом. Привычка, выработанная годами — никогда не знаешь, где окажешься и будут ли под рукой удобства. Выживать надо уметь в любых условиях.

Вечер опустился на лагерь мягким синим полумраком. Воздух был прозрачен и холоден, пах дымом, хвоей и сырой землёй. В небе уже зажигались первые звёзды. Гарри сидел у огня, вертя на шампуре заячьи тушки — подрумяненные, шипящие, источающие терпкий аромат дичи и специй. Джейсон, устроившись поодаль, доставал из золы печёную картошку, счищая с клубней горячую золу.

— Можно спросить? — нерешительно нарушил молчание Поттер.

— Разумеется, — спокойно отозвался наставник.

— А та восточная дама… зачем она приходила?

Джейсон на секунду замер, будто взвешивая, стоит ли отвечать. Потом тяжело вздохнул. Парень имел право знать, но его защита разума оставляла желать лучшего. Придётся действовать официально — через запрет наставника по магическому контракту.

— Прежде чем отвечу, — произнёс Блэк ровным голосом, — я накладываю запрет. Ты, Гарри Поттер, не имеешь права разглашать никому сведения, полученные от меня, Джейсона Блэка, твоего наставника. А также — любые подробности о событиях, происходящих в моём доме или с моими партнёрами. Это не каприз, а мера предосторожности.

Поттер, ошеломлённый серьёзностью интонации, вытаращил глаза, но всё-таки кивнул:

— Я понял, сэр.

— Отлично, — кивнул Джейсон, возвращаясь к спокойному тону. — Так вот. Мисс Линь Сюэ — маг и судебный эксперт по магической медицине. Я пригласил её, чтобы установить истинную причину смерти моего старшего брата Ориона и его сына Регулуса.

Мужчина замолчал, бросил в огонь ветку, и языки пламени на миг осветили его лицо — резкое, усталое, с тенью чего-то давнего и невысказанного.

— Их убили, — произнёс он наконец. — А для расследования нужны конкретные данные: время смерти, причина, калибр пуль, тип оружия… Впрочем, тебе, вижу, это не слишком интересно.

Гарри опустил взгляд.

— Поэтому, — продолжил Джейсон, уже спокойнее, — мы договорились с мисс Линь об оборудовании в цоколе особняка полноценной прозекторской с магическим экранированием. Это позволит работать, не опасаясь постороннего вмешательства.

Поттер смог лишь выдавить из себя короткое:

— Вау...

Некоторое время он молча переворачивал дичь на шампуре, задумчиво глядя, как пламя облизывает подрумяненные куски мяса. Потом всё-таки решился:

— Мистер Блэк, а почему вы говорите, что те, кто называют меня героем, делают из меня... лоха?

Джейсон тихо усмехнулся, но в усмешке не было насмешки только усталость человека, видевшего слишком многое.

— Потому что, Гарри, — произнёс он спокойно, — эти люди хотят бесплатно решить свои проблемы твоими руками. Любая работа должна быть оплачена. Ладно, если ты решаешь собственные задачи, но когда берёшься за чужие — это уже должно стоить чего-то. Тебе хоть раз заплатили за то, что ты помог другим?

— Нет, сэр, — растерянно ответил парень. — Но ведь добро должно быть бескорыстным?

Блэк бросил в костёр ветку, наблюдая, как она вспыхивает и рассыпается искрами.

— Добро — может быть, — сказал он негромко. — Особенно если не тратишь на него свои силы, время и ресурсы. Только не путай добро с работой. Это две совершенно разные вещи.

Он повернулся к Поттеру, и в отблесках огня его глаза на мгновение блеснули холодной сталью.

— Вот, к примеру, школа страдает от нападений василиска. Они наняли специалистов, вызвали наёмников, заплатили им? Нет. Администрация решила проблему руками ученика. Твоими руками. А потом даже не удосужились оказать тебе нормальную медицинскую помощь. Это сделали мы с профессором Снейпом, помнишь?

Поттер кивнул, но не ответил. Взгляд его потух, словно огонь внутри потихоньку угас огонёк. Он уставился на шампур, где подгорали заячьи тушки, и, кажется, даже не замечал этого.

Джейсон только вздохнул. Состояние когнитивного диссонанса его подопечного стало за последние три дня чем-то вроде нормы. Каждый новый день рушил одну иллюзию за другой, и парень ещё не научился жить без этих удобных сказок.

— Зайчатина готова, — вернул ученика в реальность Джейсон, доставая из сумки походные тарелки.

Гарри послушно убрал шампуры с углей, и некоторое время они ели молча. Только потрескивание костра и редкий треск шишек нарушали тишину. Но по выражению лица Поттера мужчина понял: в голове парня кипит работа.

Он дождался, пока тот проглотит кусок, и внутренне приготовился к очередной порции вопросов.

— Мистер Блэк… — начал наконец Гарри, неуверенно глядя в сторону. — Вы хотите сказать, что директор Дамблдор, ну, тупо меня кинул?

Джейсон приподнял бровь.

— Почему же «тупо»? — спокойно отозвался он. — Вряд ли кто-то вообще это понял. Подумай: кто знал о твоих приключениях в подземельях?

— Ну… директор, — начал Гарри, морща лоб. — Ещё профессор Локхарт, но он… вряд ли вспомнит. Возможно, мистер Малфой.

Блэк замер, чуть наклонив голову.

— Стоп. Лорд Малфой? — уточнил он тоном, в котором послышалось лёгкое недоумение. — Каким образом он может быть в курсе?

Из сбивчивого рассказа Поттера мало что было ясно. Джейсон терпеливо дослушал до конца и тихо покачал головой.

— Так, давай по пунктам, — произнёс он. — Во-первых, лорд Малфой действительно аристократ, подданный Её Величества королевы Елизаветы Второй. Во-вторых, он член палаты лордов Британии — той самой, заседания которой твой дядя наверняка смотрит по телевизору. И в-третьих… зачем ему всё это? Подкидывать тетрадку маленькой девочке? Участвовать в потасовке с каким-то мелким служащим министерства на Косой аллее? — Он хмыкнул. — Это даже не просто нелепо, это — абсурд.

Блэк чуть подался вперёд, глядя на ученика поверх кружки.

— Ты не возражаешь, если я уточню всё это у самого Малфоя?

Поттер пожал плечами:

— Если хотите, я могу позвать эльфа Добби.

— Подожди, — Джейсон встал, зашёл в палатку и через минуту вернулся с небольшой ловушкой для магических существ, напоминавшей маленькую стеклянную клетку с защитными рунами. — Теперь зови.

Гарри позвал домовика — и через мгновение перед ними с лёгким хлопком возник ушастый пучеглазый уродец.

Блэк не стал терять ни секунды: резким движением бросил вперёд ловушку. Раздалась короткая вспышка, и Добби, заверещав, оказался заперт внутри стеклянного куба.

— Урок первый, Гарри, — спокойно произнёс Джейсон, наблюдая, как эльф мечется за магическими прутьями. — Домовые эльфы — призванные духи. Они не существуют сами по себе: только в связке с родом или хозяином, который их вызвал. Если такой дух начинает наказывать себя — значит, с магией рода, его призвавшего, что-то не так. Либо кто-то пытался переподчинить его и заставить действовать против прежних хозяев.

Гарри нахмурился:

— Странно… У Рона семья чистокровная, и народу там много. Почему бы им не призвать себе эльфа? Он бы им пригодился.

— Хороший вопрос, — кивнул Джейсон. — Насколько я знаю, подобные ритуалы в магической Британии теперь запрещены. Да и энергии они требуют немало. У Уизли, скорее всего, просто не хватит магической силы на поддержание связи.

Он подошёл ближе, разглядывая пойманного Добби, и уголки его губ чуть дрогнули.

— Есть способ узнать, кому этот эльф принадлежит, — сказал он. — Правда, ритуал в Британии тоже под запретом… но, к счастью, мы не в Британии, а в Албании, не так ли?

Гарри кивнул, и в его взгляде мелькнул азарт. Правила — последнее, о чём он думал в такие моменты.

Джейсон достал из походной сумки серебряный кинжал — из тех, что используют в полевых ритуалах. Остриё блеснуло в отблесках костра. Он порезал палец себе и затем Гарри, позволив каплям крови, упасть на землю между ними и клеткой. Несколько коротких строк на древнем языке — и воздух вокруг мальчика и эльфа засветился мягким голубоватым светом.

У Гарри ореол был чистым, ровным, а вот у Добби сияние переливалось с примесью мутных буро-серых пятен.

— Поздравляю, Гарри, — произнёс Джейсон, убирая кинжал. — Это твой домовик. Ты — последний из Поттеров, и этот эльф принадлежит твоему роду.

Об одном Джейсон благоразумно умолчал. Этот, на первый взгляд, простой ритуал позволял определить, принадлежит ли конкретный домовик одному из двух магов, участвующих в обряде. Догадаться о сути несложно, если знать природу этой искусственно созданной расы: эльф способен откликнуться, лишь на зов своего истинного хозяина или члена рода, чьей магией он был воплощён.

А уж «освободить» подобное существо, просто сунув ему носок, — было за пределами всякой логики. Но афера всё же состоялась, и теперь с этим предстояло разобраться.

— А эти пятна, сэр, вокруг Добби — это следы того, что его пытались переподчинить?

— Думаю, да. Чтобы восстановить вашу связь, завтра утром проведём стандартный обряд очищения для вас обоих. Заодно я расспрошу его о похождениях после гибели твоих родителей.

— Сэр, давайте сейчас. Я не устал, просто хочу знать, кто меня так не любит.

Джейсон махнул рукой: раз уж всё необходимое есть в наличии, можно и сегодня.

Подготовка заняла считаные минуты. На утрамбованной земле он начертил звезду магов, положил в центр клетку с домовиком, а рядом встал Поттер. В свете костра серебристые линии рун мерцали живым светом, будто шевелились. Ритуал вёл сам Джейсон — наставник и опекун.

Добби визжал, извивался, закатывал глаза, но постепенно вопли перешли в жалобный писк, а потом и вовсе стихли. Когда ритуал завершился, домовик дрожал, но его взгляд стал осмысленным и мягким, полным преданности.

— Ну что, попробуй выпустить его. Сразу увидим, получилось или нет, — сказал Блэк, стряхивая с пальцев остатки пепла.

Гарри осторожно открыл дверцу ловушки и позвал:

— Добби, иди сюда.

Эльф, неловко переступая короткими ножками, выбрался наружу.

— Гарри Поттер снова спас Добби от злого волшебника! Добби теперь служить своему настоящему хозяину! — пронзительно выкрикнул он, склонив голову.

— Скажи, кто тот злой волшебник, что хотел тебя украсть? — тихо спросил Джейсон.

Домовик мял длинные пальцы, не решаясь говорить, но всё же пролепетал:

— Добби поймала злая ведьма из семьи Дож. Она заставляла Добби делать плохие вещи… а он не мог ослушаться.

— Что же, многое становится ясно, — задумчиво произнёс Блэк, глядя в огонь.

— Что именно, сэр? — поднял глаза Гарри.

— Авторство аферы с дневником. Это Дожи. А Альбус просто прикрыл и подыграл своему дружку. И ты говоришь — обычный развод… Вон как заморочились. — Он кивнул на домовика. — Спроси его, кто подбросил Джинни тетрадку.

Гарри обернулся к эльфу, собираясь задать вопрос, но замер, увидев, как по морщинистым щекам Добби катятся крупные прозрачные слёзы.

— Учитель Гарри Поттера прав, — дрожащим голосом произнёс домовик. — Это Добби подбросил плохую тетрадку младшей предательнице крови...

— Кто велел тебе это сделать? — тихо спросил Гарри.

— Мистер Дож заставил Добби. Добби не хотел, но не мог ослушаться.

— Всё ясно, — коротко сказал Джейсон. — Давай заканчивать. Завтра у нас задачка посерьёзнее, драконов четыре, а мы отработали только одного — и то не до конца. Домовика оставь, пусть готовит еду.

Поттер сиял от радости. Джейсон не сразу понял, отчего ученик так воодушевился, — видимо, перспектива не возиться утром с костром и завтраком показалась юноше настоящим подарком.

Они вместе залили костёр, наблюдая, как дым поднимался в тёмное небо, и вернулись в палатку. Добби, старательно звеня посудой, мгновенно навёл порядок.

— Скажите, сэр… — начал Гарри, устраиваясь на походной кровати. — Вы знаете, почему Дожи так меня ненавидят?

— Разумеется, я знаю, — ответил Блэк, поправляя плащ и садясь напротив. — И тебе сто́ит запомнить: нужная информация может спасти жизнь. Всегда надо знать своих врагов — чего они хотят и почему.

— И что же нужно Дожам?

— Бизнес Поттеров. И их деньги, — спокойно сказал Джейсон. — Это долгий разговор, но мы с тобой разберёмся во всём, когда вернёмся. Сейчас артефактные мастерские захвачены Дожами, но лишь до твоего совершеннолетия. И, надеюсь, ты понимаешь, что живым ты им не нужен. Теперь видишь, зачем им была вся эта история с черно-магическим дневником и глупой первокурсницей из Гриффиндора?

Гарри сжал кулаки.

— Сэр, я обязательно выживу в первом туре. И верну мастерские.

— Думаю, выживешь, — с лёгкой усмешкой ответил Блэк. — А мастерские… с этим мы тоже что-нибудь придумаем.

Он потянулся, приглушил свет фонаря и, прежде чем пойти в свою спальню, бросил коротко:

— Спи. Завтра день будет тяжёлый.

В палатке стало тихо. За тонкой тканью шумел ветер, свистели ночные птицы. Огонёк костра окончательно угас, и только редкие искры вспыхивали в темноте, словно отголоски давнего заговора, который теперь предстояло распутать.

Блэк ещё долго не сомкнул глаз. Он слушал ровное дыхание мальчишки и думал, как быстро наивность может обернуться силой, если направить её правильно.

Где-то далеко, за линией гор, полыхнула гроза — короткая, как вспышка магии.

Джейсон тихо выдохнул и произнёс почти шёпотом:

— Держись, парень. Завтра начнётся самое сложное.