В 1810 году английская писательница Фрэнсис Берни почувствовала боль в груди. Врачи сказали ей, что «зло зашло слишком далеко, чтобы что-либо лечить». Единственным выходом было хирургическое удаление опухоли. «Вы должны быть готовы к страданиям», – предупредили доктора.

Берни составила завещание, ее дом в Париже обеспечили необходимыми бинтами, компрессами и другими средствами; вид всего этого вызывал у несчастной тошноту: «Я ходила взад и вперед, пока не подавила все эмоции и постепенно почти одурманилась, стала вялой». Затем врачи установили операционный стол в ее гостиной: «Теперь я начала сильно дрожать, скорее от отвращения и ужаса перед приготовлением, чем от боли».

Писательница смотрела то на дверь, то на окна, думая о побеге. Когда разум взял верх, она забралась на стол, и один из хирургов накрыл ей лицо батистовым платком. Сквозь прозрачную ткань она увидела, как ее окружили семеро врачей и медсестра: «Я видела блеск полированной стали, я закрыла глаза». С того момента, как орудие вонзилось в ее плоть, Фрэнсис, по ее словам, непрестанно кричала. «Затем я почувствовала, как нож скрежещет по грудной клетке – царапает ее! – Это происходило, пока я оставалась в состоянии абсолютной бессловесной пытки». Каждый раз, когда врачи вынимали орудие, пациентка надеялась, что мучения закончатся, но затем резня начиналась снова.

Ежегодно во всем мире регистрируется около 2,35 миллиона новых случаев рака молочной железы, и примерно 90% пациенток (обычно это женщины) проходят мастэктомию. К счастью, ни одна из них не испытывает тех мучений, которые пережила Фрэнсис Берни.