Однажды мне приснился сон с весьма нестандартным сюжетом, который я решил запечатлеть в мини-рассказе. До сих пор вспоминаю его с ажиотажем и трепетом, ведь он заставляет меня задуматься одновременно об устройстве мозга, мистике, будущем — и все это смешивается с пугающими картинами.

Предлагаю ознакомиться с ним поближе:

Из серых, пыльных домов не доносится ни одного звука, хотя за занавесками центрального что-то происходит, двигается, отсвечивает.

Уже поздно, фонари редеют, да и те, что работают, горят тусклым светом. Стекла в старой, деревянной раме выискивают тебя, побуждают зрачки машинально расшириться, чтобы животные рефлексы выискивали что-то потустороннее.

Кто же живёт в том синем доме? Кажется, что это двухэтажное здание перевернуло мир вверх ногами. Оно лелеет звуками, звоном бокалов, столовых приборов о позолоченный фарфор. Однако окна дома темные, даже поглощающие свет. Ничего не видно. По периметру дворовой лужайки стоят начищенные скамейки, посажены аккуратные деревца и кусты, подле тротуаров видны каменные клумбы с новорожденными сочными бутонами. А совсем рядом песочные пустыри, прибившиеся к серым глухим домам. Приоткрытые люки канализации, дыры в асфальте, щели в фундаменте, из которых тоже вырывается свет, совершенно бессмысленный и пугающий.

Когда я устаю от серого зрелища и безжизненного звона бокалов в голубых стенах, я перевожу свои глаза чуть вверх, но вижу лишь ярко-красное зарево, будто поглощающий пожар, океан горящих оттенков. Самого пожара не видно, видно лишь мир света, рождённого им. Если отойти от голубого дома, то в тишине от ядовито-красного занавеса доносятся еле слышные крики и треск, а также вой сирен.

Если я хочу заглянуть в будущее, то смотрю на улыбку оранжевых оттенков в небе, постоянно и неминуемо приближающихся. Если в прошлое, то пытаюсь заглянуть в окна глухих серых домов, ловя образы отсветов на занавесках. Если же меня заинтересует настоящее, то я слушаю звуки голубого дома – обманчивого, но живого, звучного, насыщенного. Однако насыщенность эта отбирает весь свет, то есть саму жизнь. А в окнах я вижу только то, что представлю сам.

Иногда меня посещают мысли о том, чтобы броситься навстречу пожару, но каждый раз я нахожу лишь новый голубой дом, слушая, слушая. И вот застолье заканчивается, загорается свет и меркнут звуки. Все исчезает. И я снова несусь среди серости с бьющимся сердцем, кровавым дыханием и горечью в мышцах, чтобы найти свое настоящее.

Не могу не бежать, не могу находиться среди серых домов.