Регина Крапина 

История, что я хочу рассказать, началась с одной чашечки
кофе. 

Была зима, мысли грелись скорбной сонатой одиноких, почти
умирающих сюжетов. Где-то за гранью духовных стенаний, рождались герои, спасающие
мир, злодеи что им поддаются, ради достижения своих скрытых мотивов. Но все они
умирали.

Пока не пришел Шторм. Буря разразилась взрывом эмоций, и безликих
рук, тянущих за собой. В мире появились цвета, запахи и звуки, отзываясь в ушах
так, словно прежде их и никогда и не существовала.

Так начался путь.

И пусть ступающему по нему суждено сойти с ума, это по
крайне мере весело.

Внезапно, я откопала один файл с заметками сразу о нескольких связанных историй. 

Они долго жили у меня в голове, но так и не во что до сих пор не вылились, надо бы это исправить ^^
Но что еще выбрать как не историю, в которой почти все умрут. Естественно. 
Там и любовь есть и умрут главные герои в один день. Да, прелесть... а еще когда-нибудь на их убийцу наложат заклятие, из-за которого, все им убитые вернуться на сутки к жизни придя прямо к этому убийцу. Ну ниче, отпразднуют день рождения понимаются и вернуться с густой толпой на тот свет. 
Ладно, это прямо далекая сторона, которую я не особо уверенна что реализую XD 
Для начала нужно написать  само, о главное и центральное событие, которое перевернет их жизнь.  

Его имя Айзек Эйнсворд.

Его самый любимый профессор по архитектуре, объявил о том, что влюбился и уехал. Готэм стал причиной его жизни. И теперь, отказавшимся от нового профессора студентам приходится мотаться из Мидвейла в самый настоящий и полный ужасов и абсолютного безумия – Готэм.

Задержанный на сутки самолет это не причина опаздывать на занятия. И он добирался как только мог, и каким-то чудом все же прослушал лекцию от самого начала и до конца.

Самое странно, что, выйдя на улицу, он словно бы оказался в совершенно другом городе.

Спешка Айзека с самолета, пересадка с автобуса на автобус, когда он буквально спрыгивал из открытых на ходу дверей, и запрыгивая в такие же, и мотоциклист в странном красном шлеме, подвезший его, когда последний нужный автобус оказался существующим только на бумаге, и в разных расписаниях. Все это пахло жизнью. Каким никаким дружелюбием, и просто странностями.

Яркий светлый аэропорт, совершенно не вязался сейчас с этой темной и плотной готической застройкой. Город дышал дымом. Его меняющийся голос, резкие шумы, скрипы колес и внезапные фейерверки походили на кашель и отдышку.

Город сейчас смердел диким хаосом. Вор, выхвативший сумку у женщины, идущей всего в шаге от Айзека, был ей же застрелен, не успев пробежать и нескольких метров. Ее смех казался неестественным.

Пес, какая-то крупная смесь с бульдогом, подошла к студенту, с до одури усталым лицом.

– Закурить есть?

Айзек мог только молча мотать головой.

– Ну ладно. Бывай.

И пес прошел мимо, исчезнув между городскими тенями.

Он прошел мимо телефонной будки с тонированными стеклами и висящем проводом вместо телефона.

Серые люди вперемешку взрывами красочных эмоций. Запах сточных вод в пересмешку с люксовом парфюмом. И… цвета… безжизненно серое полотно города, с пятнами, напоминающими прорванные дыры, из неона, прожекторов и неуместных вывесках на странных местах.

Включилось радио, предвещая начало нового дня.

Центральный банк Готэм сити, снова пытались ограбить.
Четвертый раз за неделю, а сегодня только среда.

Но что странно ведущий уверяет в полной безопасности средств
так хранящихся, только он забыл о новости, с отказом о страховании средств там
хранящихся. А, нет, вспомнил. Только это нехрена не хороша новость.

Он выкарабкался из кровати, и доковылял до журнального
столика налить себе воды, и откусить вчерашний бутерброд, пока ведущий возносил
дифирамбы какому-то политику. Даже имя не разобрать. 

Стук. С балкона на него смотрела довольно немаленькая
птичка. Очередная причуда какого-то богатея. Привес сюда неведомо откуда, разумеется,
взяв с собой орнитолога-дрессировщика. Только бедный человек выйти с самолета
не успел, как к его голове приставили какую-то странную пушку. Богатей послал
бандита, схватил ящик с птицей и без зазрения совести слушал новы звук,
означающий, что возиться с этой пташкой ему самому.

Только не справился, а зверюга теперь ворует еду у всех, кто
не закрыл окна или соблаговолил есть на открытом воздухе. Одна радость,
приучилась вначале просить, и, кажется, пасётся в основном где-то здесь. 

Еще один стук. Еще один и еще.

– Да иду, я иду. – Он прихватил недоеденный бутерброд и
открыл дверь балкона. – А ну! Не торопись, – он завернул руку назад, избегая
клюва – даю, значит не вырывать. Ох, если б ты меня еще и понимала.

Человек гулял в лесу и забрёл неведомо куда. Он ушёл слишком далеко от привычных и знакомых троп. Его увлекло это спокойствие, легкая прохлада в жаркий летний день. А как прекрасна музыка леса? Шорохи и пение птиц. Иногда он готов был поклясться, что слышал голоса, шепчущие что-то приятное. Так он и шел, повинуясь странному чувству.

Вдруг он увидел ёжика. Тот, как ни странно, не испугался, не убежал, не скрылся, а подошёл к нему, так спокойно и сел прямо перед ним на дороге, ну типа, че ты, не надо идти дальше. Стой тут.

Человек поумилялся, погляделся, затем обошел ёжика и пошёл дальше. Ежик на это фыркнул, укусил штанину и попытался оттащить её назад. Не вышло.

– Какая прелесть… Что? Не хочешь пускать меня туда? А я сюда не просто так пришёл.

Ёжик зафыркал, снова попытался его просто укусить, но человек ушёл. Ой-ой как же мило, хотя странно, что ёжик пытается общаться с человеком. Да.

Итак? человек пришёл в самое сердце леса. Добро пожаловать! Что тут ещё сказать?

Это была совсем небольшая прогалина, пространства без деревьев было не так уж и много. В самой середине стоял, чтобы вы могли подумать, самый настоящий стол, вокруг пни, вырубленные, прямо как идеально поставленные табуретки, а чуть в стороне укрытые мерцающей тенью крон, стояла огромная величественная статуя волка.

Зачем сюда пришёл человек? В целом просто развлечься. Недавно по деревне ходили слухи, что, если прийти сюда, поставить на стол какое ни будь подношение, можно загадать желание, главное не наглеть сильно, и можно получить что-то приятное.

Сам же человек не то, чтобы в это поверил, но ему безумно хотелось вмешательства в свою судьбу. В его жизни все просто шло не так.

Он сел за стол. Подумал.

– Загадать желание значит? чтобы такое придумать. Спасти? Да, я вроде и не в беде. А знаешь, что? Если ты существуешь, сделай меня равным себе! Вот уж тогда-то мне больше ничто не будет мешать. Вот тогда-то я буду счастлив. – И стал потихоньку накрывать на стол все что смог принести.

Но тут, словно из ниоткуда подошёл кто-то странный, одетый в какие-то лохмотья, весь заросший. Человек было вначале испугался, что что это такое странное пришло, но это нечто поставило на стол бутылку. С чем-то зелёным я обратилась к человеку ох Ты к нам? Эх, как прекрасно. У меня как раз будет чем закусить. И сел, как у себя дома.

1 часть.

Он был рабом. Когда-то давно начал свой путь с севера. Там его и братьев продали собственные родители. Но с тех пор он не видел ни тех, ни других.

Его передавали из рук в руки, от одних хозяев другим. Снова и снова, обменивая то на овец, то на крупную кобылу. Сколько бы сделок не случалось, он только и мог смотреть на это c ужасом и непониманием.

Всё что оставалось, ему безымянному, это лишь притворялся послушным. Играть роль идеального слуги... но его взгляд всегда выдал характер. Наказание шло за наказанием, вне зависимости от того, что о н делал.

Но однажды он обрёл добрый хозяев. Так он подумал в начале. Они не били ни его, ни других рабов, кормили каждый день и даже не раз. Их одеждах ничем не отличалась от одежды обычных слуг или вольных людей. Это было странно, и казалось хорошим временем.

Но он совершил ошибку. Огромную и неисправимую. Он влюбился в хозяйку, и показал свои чувства. Ошибка, которую он никогда себе не простит.

Ей не то, чтобы это польстило, ей понравилось идея начать игру в "любовь". Ему казалось ужасно страшным если об этом узнает её супруг, но хозяину нравилось всё что делает её счастливой.

Он долгое время не видел ни одного человека кроме хозяев, они были до ужасного добры, и это страшно пугало. Ведь однажды им это надоест...

Время шло. Вокруг все же стали появляться новые люди, в основном очень маленькие и несуразные. Кажется, это были дети. Раз - один приползает из соседних покоев, два - другой, по младше пробегает мимо.