Знаете, есть такое ощущение, когда заходишь в котокомнату — и понимаешь: тут бунт. Серьёзный. С коллективным заявлением. С подписями всех присутствующих. И главное — всё по делу.

Сегодня утром директору Тамерлану поступила официальная жалоба. Снова. Again. От всех котов приюта. Единогласно.

Суть претензии: собаки. Вечно лезут без спроса в окно и подглядывают за котиками!

Ну вот смотрите на Тамерлана. Видите этот взгляд? Это взгляд руководителя, который понимает: проблема реальная. Системная. Требует немедленного вмешательства. Он сидит, слушает, анализирует. Рыжий, без передних лап, но с абсолютной харизмой начальника, который сейчас примет решение.

Вот и сейчас он смотрит. И я понимаю: он прав. Собаки действительно подглядывают.

Вот они. Маша, Нона и Жанна. Стоят у окна. С таким видом, будто вообще ничего не происходит. Будто они тут случайно. Просто проходили мимо. Просто решили посмотреть на двор. На травку. На облака.

Ага. Конечно.

А на самом деле — подглядывают за котами! Вечно так. Подойдут к окну, встанут все вместе, носами прижмутся к стеклу — и смотрят. Изучают. Анализируют кошачью жизнь. Как будто это сериал какой-то увлекательный.

И коты, конечно, возмущены.Они решили, кто тут старший, и подглядывание собак в этот список обязанностей точно не входило.

Вот Саруман. Девять лет ему. Окрас шпрот с белыми пятнами. Нет хвоста. И вот это выражение морды — чистое негодование. Он смотрит так, будто говорит: "Товарищ директор, это уже ни в какие ворота! Мы тут живём, отдыхаем, занимаемся своими делами — а они! Они подглядывают! Это нарушение личных границ! Это вторжение в частную жизнь!"

И знаете, он прав. Ласковый, общительный кот Саруман имеет полное право на приватность. Он не просил, чтобы за ним наблюдали три собаки одновременно.

Но собаки — они же не виноваты. Им просто интересно. Коты для них — как загадка. Как другая цивилизация. Сидят себе на мягких подстилках, умываются, смотрят куда-то вдаль философски. А собаки думают: "Что они там делают? О чём думают? Может, к ним можно присоединиться?"

А вот Лео вообще свернулся от всего мира. Кот-интроверт. И собаки для него — это вообще катастрофа. Он должен быть единственным котом в доме, иначе начнёт метить территорию. А тут — собаки в окне! Целая стая! Смотрят, высматривают, изучают!

Лео шесть лет. У него голубые глаза. Фенотип бенгала. Красавец невероятный. Но ему не до красоты. Ему бы спрятаться. Уйти. Исчезнуть. Чтобы никто не смотрел. Особенно собаки.

И вот я стою между двух огней. С одной стороны — коты с законной жалобой. С другой — собаки, которым просто интересно. Что делать?

Плюш смотрит на меня снизу вверх. Рыжий котёнок с глазами цвета карамели. Год ему. Не ходит на задних лапках. Атрофия. Но характер — золотой. Ласковый, общительный. И вот он сидит, смотрит — и я понимаю: он верит, что я разберусь.

Что директор Тамерлан примет правильное решение.

Что собак как-то ограничат в их подглядывательской деятельности.

Но как?

Повесить занавески? Но коты тоже любят смотреть в окно. Им тоже нужен обзор. Они же не виноваты, что собаки решили за ними наблюдать.

Объяснить собакам? Ну это вообще фантастика. Они посмотрят, кивнут хвостами — и снова придут к окну. Потому что интересно же!

Вот и сижу теперь, думаю. Директор Тамерлан тоже думает. Саруман возмущается. Лео прячется. Плюш надеется.

А собаки, наверное, уже снова у окна стоят. Смотрят. Изучают кошачью жизнь.